+1283.19
512 читателей, 173 поста

Виктор Гишлер. "Go-go girls апокалипсиса"



«Go-go girls апокалипсиса»" Вот как случилось, что Мортимер Тейт убил трех человек, которые первыми попались ему на глаза после девяти лет одиночества.

Облако лежало саваном на вершине горы, холодное и белое, как ветчинный жир на черной сковородке. Верхушки хвойных деревьев торчали сквозь него, замерзшие после снегопада прошлой ночью. Последние дни зимы, не слишком холодной – Мортимер Тейт приблизительно определил минимальную температуру примерно нолем градусов. Термометр взорвался на третий год, в самую холодную зиму. Он был изготовлен маленькой компанией в Огайо.

Как любил говорить отец Мортимера, ничто на свете не служит дольше отпущенного срока.

Мортимер сидел у окна хижины, которая была построена у входа в пещеру, тянувшуюся в глубь горы. Он потягивал чай из женьшеня и древесной коры, которые собирал и сушил сам. Кофе закончился в первый же год вместе со многими другими прелестями жизни.

Наблюдая, как люди поднимаются в горы, исчезая в тумане, Мортимер думал, что он наконец повредился в уме и теперь жизнь, видимо, будет значительно приятнее. Но люди были реальными, они держали перед собой ружья и шли не слишком прячась, но и не разговаривая громко.

Мортимер хотел было метнуться в пещеру и там, в шкафу с оружием, взять двенадцатикалиберное ружье или что-нибудь еще более убойное, но тогда он потеряет из виду людей, а ему не хотелось, вернувшись, обнаружить пропажи и повреждения. К тому же в кармане его армейской парки лежал полицейский револьвер. Этого могло быть достаточно. Он хотел разговаривать, а не стрелять, но, конечно, придется быть осторожным.

Мортимер не думал, что они заметят хижину, скрытую соснами и двухмесячным снегом. Вероятно, он мог бы сидеть на месте, а люди прошли бы мимо и больше никогда не появились. До сих пор никто не поднимался так высоко, – по крайней мере, Мортимер никого не видел. Может быть, они застрелили дичь и теперь поднялись за ней. Мортимер сам убил большого оленя три недели назад и ел оленину четыре ночи подряд, оставив остальное для вяления.

Черт возьми, его уже тошнило от вяленого мяса."

Виктор Гишлер. «Go-go girls апокалипсиса»

Читать книгу: librebook.me/go_go_girls_of_the_apocalypse/vol1/2

Рейтинг книги 18+.

Книга попала в конечности почти что случайно, но рискнул прочитать. Аннотация на обложке издания «Центрполиграф» беззастенчиво лжет.

Сюжет незамысловат и собирает в себя сразу несколько штампов, которые так и тянут книгу к жанру «юмор». Некто Мортимер несколько лет проживает близ вершины горы, укрытый расстоянием и временем от конца света, что происходил немного ниже его месторасположения. Но однажды он встречает людей, знакомство не срастается и вот рядом с ним несколько трупов. Это событие буквально всколыхнуло размеренную жизнь, и он решает вернуться в мир, который пережил апокалипсис. Вместе с новыми знакомыми ему предстоит не только обустроиться там, где всё погрязло в падших удовольствиях и разрухе, но и изменить определенный баланс сил, который сложился за годы после конца мира.

Положительных моментов в книге не слишком много.

Наверное, главное преимущество — она полностью прямолинейна, но декорации предоставляет качественно сбитые и толково встроенные в повествование. Они не блещут разнообразием — заброшенные дома сменяют восстановленные бары с разгульной атмосферой, затем несколько опасных дорог, новые встречи и угрозы, парочка почти ничего не значащих бесед и испытаний, которые почти не отражаются на главном герое.

Где-то после трети повествования Мортимер находит определенную цель, достижению которой и будет посвящена большая часть истории.

Запоминающихся мест в произведении буквально три-четыре, но загвоздка в том, что серьезные испытания мало влияют на персонажа, если не сказать больше — не отражаются никак, только добавляют к нему в команду новых фоновых персонажей, которые посредственны до отвращения.

Первый раз взглянув на обложку, я предположил, что меня будет ждать что-то довольно нереалистичное, пропитанное духом безбашенности и несерьезности. Частично это ощущение присутствует, но вот только во многих моментах автор пытается нагнать серьезную драму, с намеком на определенный посткатастрофический реализм. Получается откровенно не очень.

Книга в некоторые моменты показывает себя как довольно жесткий и натуралистичный труд — к примеру, сцена в поселении каннибалов, эпизод в закрытом монастыре, переделанном из приюта для сумасшедших и прочее.

Боевые сцены довольно бодры, но однотипны по составляющей своей и проторены множество раз — попытка ограбления поезда, перестрелка в баре, перестрелка в лесу, перестрелка в доме и далее по списку, затем повторить. Раскрашивает это то, что герои не пытаются играть в супергероев и ведут себя в такие моменты адекватно ситуациям.

Толи язык автора не слишком хорошо раскрывает суть постапокалиптичного мира, толи переводчики постарались, но стиль книги не особенно сильно цепляет. Диалоги и моменты действия почти не создают напряжения и описываются довольно скупо и сухо, не запоминаясь ну никак.

Моральные терзания персонажей, как и их истории, поверхностны, зачастую выливаются в несколько предложений-откровений без каких-либо детальных последствий для сюжета.

С другой стороны — с героями вообще зачастую обращаются исключительно мягко, особенно при первых знакомствах в новых поселениях, оставляют их прикрывать спины незнакомцам и прочее. На контрасте с тем, как их периодически проносит по трудностям путешествия в негостеприимных землях. Это частично объясняется репутационно-ресурсной базой, которую приобретает главный герой в самом начале, но все равно, чувство наигранности не оставляет до самого конца в подобных моментах.

Мотивация прописана у главного героя, остальные персонажи вроде как под руку подвернулись, стереотип на стереотипе, несколько пережитых приключений — вот и ещё одна банда на пустошах готова.

Юмор в книге ниже среднего. Завязан на парочке пошлых шуток, переигрывании или контрасте. Типичный пример выглядит примерно так — автор пишет, что герои были заряжены энергией, позитивом и готовы неостановимо двигаться. Начало новой главы, сразу после этого, и один из персонажей опровергает это одним предложением.

Некоторые действующие лица иногда появляются более одного раза, но лишь затем, чтобы немного подсобить главным героям и полезно умереть, не вызывая при этом никакого отклика у читающего.

Простая история с несколькими примитивными сюжетными ходами, но достаточно бодрая и короткая, чтобы её можно было прочесть любителям посткатастроф и столь же скоро забыть.

Сюжет: 6\10

Персонажи: 5\10

Стиль: 7\10

Проработка мира: 5\10

Общая оценка: 6\10

Алексей Доронин. "Поколение пепла"



«Поколение пепла»" Первое, что он увидел, когда пришел в себя, было густым как кисель туманом. Тот, казалось, выползал из всех щелей и стелился по земле, сильно ограничивая видимость.

Он пытался разглядеть за дымкой панельные дома Озерска, но не сумел. Лежа на рыхлом ковре из прелых листьев и валежника, старик перевел взгляд на небо. Оно было от края до края затянуто бурыми, песчаного цвета тучами, толстыми, как вдоволь насосавшиеся пиявки. Почему-то он был уверен, что такие же бесформенные, будто беременные, тучи висели и над городом атомщиков.

Тут его вниманием снова завладел туман. Дед пытался понять, почему же тот ему так не нравится, и сообразил: на вид он казался теплым, почти как радиоактивный пар в реакторе.

— Тьфу, зараза, — выругался старик. Все, кто его знал, удивились бы, услышав от него такое мягкое выражение. Но голова после удара гудела, как трансформаторная будка, и он чувствовал, что ни одно матерное слово не обладает нужной выразительностью.

Хорошо же он приложился…

Он попытался восстановить в памяти события сегодняшнего утра. Получилось не сразу, но постепенно картинка в голове сложилась.

Все началось с того, как этим утром он сказал бабке, надевая болотные сапоги:

«Зайца пойду бить».

«Как бы он тебя не побил», — ответила она, подбоченясь.

«Молчи ты, дура», — беззлобно бросил дед, не желая вступать в перепалку. Да, силы уже были не те, ну так и календари исправно отсчитывают месяцы и годы. И никакая ядерная война на это не повлияла.

Но, несмотря на возраст, он легко прошагал те семь километров, которые отделяли их жилой район от объекта. Пока он шел, в пустом желудке противно урчало. Да, он не отказался бы от зайчатины. Зимой, еще в апреле, старик несколько раз видел здесь на снегу цепочки следов, и теперь ходил сюда всегда, когда были силы. Иногда удача ему улыбалась. Дважды ему удалось подстрелить лисицу и один раз тощего волка. И хотя их мясо тоже было условно съедобным, он предпочел бы что-нибудь другое.

Мелкие хищники и те, кто может питаться чем угодно — это понятно. Но зайцы… Одно время он думал, что ему померещилось. Чем эта животина всю зиму питалась, когда кругом было ни травинки? Она что, как крот лапами снег рыла?

Выходит, рыла, заключил дед. Иначе следы не появлялись бы снова по всей территории комбината и вокруг него. Но никогда — рядом с человеческим жильем. Значит, жили и плодились.

Вышел старик рано утром, чтоб не попасться на глаза ребятам Валета. Иначе пришлось бы рассказывать, куда он идет, а потом, если привалит удача, еще и делиться. Но тот еще ничего. О своих заботится, хотя за неподчинение может и шкуру спустить. Гораздо хуже ваххабиты, мать их. Те отберут и добычу, и ружье, а могут и горло перерезать как курице.

Он мог пройти и через главную проходную, но предпочел выбрать другой путь. Как человек, проработавший на объекте тридцать лет, он знал места, где можно попасть на него, не перелезая через стены с «колючкой».

В час Ч он находился в центральной заводской лаборатории и уцелел, как и все те, кто в этот день не имели контакта с атмосферным воздухом и не вышли из герметичных помещений раньше времени. Всего около ста человек. Остальные умерли быстро и без мучений, будто у них внутри повернули рубильник. Город тоже задело краем. Будто кто-то прочертил окружность радиусом в десять километров с центром аккурат в административных корпусах «Маяка». Все, кто находился за ее пределами, не испытали никаких симптомов.

Продукты из системы общественного питания Комбината и оружие подразделения внутренних войск, которое его охраняло, помогли им продержаться зиму. И все было нормально, пока не пришли бородатые. Похоже, аккурат перед войной кто-то обучал их, накачивал деньгами и оружием. Иначе они не сумели бы так воспользоваться неразберихой после атомных ударов и превратиться в армию в две тысячи штыков."

Доронин Алексей. «Поколение пепла»

«Поколение пепла» является продолжением книги «Черный день».

Конец света уже наступил, но это не стало помехой для самых примитивных черт рода людского. Напротив, в остатках разрушенной страны установилось право сильнейшего, а те, кто не успели обзавестись вооружением или техникой, быстро стали расходным материалом. Человек в критических условиях зачастую отбрасывает те немногие моменты социального, которые оказались привиты ему цивилизацией, чтобы научиться выживать по-звериному. В этом моменте автор не отходит от установок, которые расписывал в предыдущей книге.

Произведение разделено структурно на две большие части, кратко о каждой чуть ниже.

«Призраки Ямантау»

Жизнь постепенно приходит к размеренности после ядерной войны в одном отдельно взятом поселении, где обитают герои предыдущей книги. Однако вокруг них начинают сгущаться тучи — начиная от вопросов надвигающегося голода и заканчивая угрозой прямого уничтожения. В это же время группа выживальщиков решает организовать экспедицию к секретному правительственному бункеру, чтобы найти ответы на некоторые вопросы, которые привели к концу мира, и раздобыть нечто весьма ценное.

«Поколение пепла»

Ядерная зима сильно подкосила привычный уклад жизни, сильно урезав возможности ведения сельского хозяйства. Кто-то пытается найти новые территории для земледелия, а кто-то — просто отнять силой то, что нужно для выживания. И этот конфликт грозит с недели на неделю перерасти в полноценную гражданскую войну.

Картина подается сразу с нескольких сторон и увязывается в логичное повествование, что идет в однозначный плюс. Отлично расписан общий упад медленно деградирующих поселений, переход части населения едва ли не к первобытнообщинному способу добычи ресурсов, повсеместная жестокость и жесткость, как к соседям, так и к новым встречным. Хорошо рассмотрены препятствия на дорогах героев, их повседневность и мысли по поводу того, какой путь существования они должны выбрать в дальнейшем.

Подробно и обстоятельно рассказано о новых опасностях последствий ядерных ударов, которые знакомы всем, кто не прогуливал уроки ОБЖ. Не скажу, что везде это выглядит реалистично в плане удачи некоторых персонажей, но если закрыть на это глаза в нужный момент — то можно на некоторое время проникнуться атмосферным постапокалипсисом.

Теперь про оборотную сторону монеты.

Эта книга масштабнее в плане совершаемых действий многочисленными сторонами нескольких конфликтов — задействованы большие группы героев, причем не просто поверхностными широкими мазками, но с определенным уровнем обоснования причин их действий; показаны настоящие батальные сцены и сражения, где участвуют сотни человек. Но при этом в ней отчетливо проявилось много довольно расхожих для постапа клише: некоторая шаблонность многих персонажей, можно даже сказать карикатурность; отсутствие серьезных развитий сюжета(путь в Ямантау лишь более подробно раскрывает пару-тройку предложений, оброненных в предыдущей книге); несколько крупных линий в повествовании и развязки предугадываются почти сразу, как только автор начинает их развивать; немного разнообразия вносят дополнительные эпизоды и новые персонажи, чуть дополняющие картину, но выходит все равно довольно очевидно. По итогу можно сказать, что здесь ничего нового не привнесено, по отношению с предыдущим произведением, а лишь происходит неспешное развитие истории, начатой ранее.

Я понимаю, что написать что-то новое в жанре «реалистичный постапокалипсис в РФ» довольно затруднительно, но здесь автор ушел в направлении простых решений, при этом разносторонне пытаясь компенсировать это разнообразным окружением.

В первых книгах не слишком бросалась в глаза некая вторичность в действиях и размышлениях героев, но тут это выставлено в первые ряды, причем подается с сильной наигранностью и наивностью. К тому же, автор несколько раз идет в самоповторы по ходу книги(размышления персонажей об эмоциональном зачерствении, например).

Не смотря на все указанное, книга вышла довольно занятной. Просто, без особых изысков показывается, что конец света — не самое страшное. Настоящий кошмар начинается много позже, когда уничтожена инфраструктура, первые тысячи выживших поглотили друг друга в несколько недель и пришел черед выхода на охоту самых жестоких выживших. Тех, кто облюбует несколько оазисов со скудными остатками ресурсов и начнет думать, что же делать дальше. И ответ напрашивается один и он неизменен — уничтожение лишних ртов и тотальная деградация оставшегося населения, тяжелая и опасная рутина выживания в изменившемся мире.

Но вполне возможно и возникновение определенных противовесов, которые стремятся, основываясь на довоенной морали, построить на сожженных останках что-то более рациональное, нежели просто общество присваивающего хозяйства.

Кого оказалось больше и что вышло из этого противостояния — автор и предлагает узнать в новой части произведения.

Концовка книги довольно проста, предсказуема и довольно реалистично подтверждает то, что было написано в книге ранее, вот только выглядит отчего-то немного скомкано и выбивается из общего темпа повествования.

В целом для меня — это среднее произведение, наполненное многими проторенными сценарными ходами, но обыгранными и поданными в качественных декорациях.

Если получится задвинуть подальше несколько спорных моментов, то можно почти до самого конца книги проследить за несколькими историями в продуманном мире, созданном на атомном пепелище. Однозначно хуже, чем начиналась серия, но все ещё может доставить много впечатлений для тех читателей, которые только открывают для себя данный жанр.

Сюжет: 6\10

Персонажи: 6\10

Стиль: 8\10

Проработка мира: 8\10

Общая оценка: 7\10

Джеймс Баллард. "Привет, Америка!"



«Привет, Америка!»" — Золото, Уэйн, оно повсюду! Проснись, глянь на этот сверкающий песок! Улицы Америки усыпаны золотом!

Позже, когда «Аполлон» причалил к заброшенному пирсу Кунард в южной части Манхэттена, Уэйн с усмешкой вспомнил, с каким взволнованным видом Макнэр, главный механик, ворвался в парусную каюту. Он бурно жестикулировал, борода светилась, как яркий фонарь.

— Уэйн, вот оно — все то, о чем мы мечтали! Взгляни хоть одним глазком!

Макнэр едва не вытряхнул его из гамака, но Уэйн уцепился за металлический потолок и пристально посмотрел на бороду механика, которая приобрела пламенный оттенок. Каюту наполнило жутковатое медное свечение, золотистым покрывалом окутывая Уэйна. Они словно попали в самый эпицентр радиоактивного урагана.

— Макнэр, стой! Сходи к доктору Риччи! Вдруг ты…

Но Макнэр уже побежал оповещать остальных членов экипажа. Его крики теперь доносились из угольного бункера, наверняка он перепугал там рабочих. После ночной вахты, что закончилась в восемь утра, Уэйн проспал весь день, а «Аполлон» тем временем встал на якорь в километре от побережья Бруклина — видимо, чтобы профессор Саммерс и другие ученые проверили атмосферу. Теперь они были готовы войти в нью-йоркскую гавань и наконец-то ступить на берег — впервые с начала плавания.

Скрипнули и запыхтели лебедки, якорные цепи заскребли по обшивке. Уэйн слез с гамака и быстро оделся. Треснутое зеркало на двери показало золотистое лицо и испуганные глаза под крышей из соломенных волос, как у растрепанного ангелочка. Когда Уэйн вышел на палубу, дымоход выплюнул облачко сажи, а сияющий передний парус будто покрылся сотнями светлячков. У перил толпились члены экипажа и пассажиры, нетерпеливо переступая с ноги на ногу, пока древние двигатели «Аполлона», явно выдохшиеся за семь недель плавания из Плимута через Атлантический океан, с трудом вели корабль по спокойным прибрежным водам."

Джеймс Баллард. «Привет, Америка!»

Уже некоторое время интересуюсь творчеством данного автора. «Привет, Америка!» попалась на глаза в книжном магазине, аннотация сумела меня заинтересовать, да и сам Баллард пока не разочаровывал.

Без небольших спойлеров обойтись не удалось.

Автор красиво рисует альтернативную историю мирового упадка, связанного с нехваткой нефти для повседневных нужд, рассказывая, как мир сотрясали кризисы, как пустели и чахли некогда процветающие страны, как это воспринималось населением, в первую очередь из США, каким образом мир приспосабливается к новым условиям существования и многое другое.

Конец привычного мира усугубила череда климатических катастроф, которые навсегда изменили континенты, вызвав отток почти всего населения из Северной Америки, которая начала превращаться в выжженную пустошь. Новая миграция свершилась, оставив США пескам надвигающейся пустыни. Минуло столетие — и новое поколение людей из Европы решает узнать, что же происходит там, за океаном, пока континентальная Европа решала многочисленные проблемы внутри себя.

По тексту автор четко проводит параллели команды с пилигримами, которые вскоре после начала освоения континента хлынули к новому свету в поисках лучшей жизни, в попытке накинуть лассо на госпожу удачу и добиться исполнения самых заветных мечтаний. У каждого из них есть цели, связанные с заброшенными, как создается ощущение, землями — кто-то жаждет повторить славу немногих счастливчиков золотой лихорадки, кого-то интересуют военные секреты, а кто-то размышляет об открывающихся перспективах после возможного триумфального возвращения.

Книгу можно разделить, довольно условно, разумеется, на три части. Первая — прибытие команды «Аполлона» на континент и попытки команды выяснить, есть ли ещё в этом месте полезные ресурсы для новых колонистов. Вторая часть представляет из себя тяжелый путь-выживание посреди пустыни, где постепенно раскрывается изменившаяся страна, которая оказывается вовсе не так пустынна, как создавалось впечатление в самом начале. И завершение — кульминация всего произведения, которое вышло самой занимательной частью, где происходит больше всего действия и даются ответы на некоторые вопросы, поставленные по ходу повествования.

С легким налетом технофетишизма Баллард дает картину разделенной страны, где одна часть замерла во времени, на которой оставила неизгладимый отпечаток старая катастрофа, после которой люди пытались уйти из обреченных мест проживания. Другая — кардинально меняет стиль повествования, добавляя значительную плеяду новых героев, погружает в совершенно иные по настроению эпизоды, разбавляя это видами Нового Вегаса, когда-то забытого, но воспрянувшего.

Саркастично обыгрывая деградацию и показывая, как в обществе отражаются полузабытые знания о прошлом, автор отлично иронизирует над упадком, и теми суевериями, что неотрывно следуют за ними.

Но в чем Баллард развернулся на полную — так это в нарисованных картинах. Отличные сравнения, грамотно подобранные сочетания описаний и мыслей персонажей создают проработанную экскурсию, где открывающим эпизодом служит картина города, почти поглощенного природной пустыней, которая перекраивает остатки жилищ и техники под свои нужды.

Примерно на середине повествования возникают дневниковые записи одного из персонажей, показывая нам, как меняет психика нескольких людей под воздействием критических условий. Автор не стесняется уходить в определенный сюрреализм, символизм и религиозные отсылки, неплохо сочетая их с размышлениями одного персонажа о том, куда и зачем движется их экспедиция.

Занятно меняя пейзажи, книга раскрывает нам сразу несколько климатических поясов, пока группа людей движется по вновь открываемым для людей из Европы дорогам.

О кульминации произведения можно говорить отдельно и довольно долго. От завершения книги веет духом Fallout: New Vegas — некая лихая, безбашенная обреченность, фатум, что тянет к неминуемой взрывной развязке, где судьба играет в рулетку, а шарик решает судьбу не денег, но жизней. И вместе с этим — показывается рождение чего-то нового, личности, которая изменилась во время тяжкого пути и готова сотворить в будущем что-то новое.

Дабы более подробно не раскрывать сюжетные повороты отмечу, что для ценителей культуры Америки эпохи пятидесятых-шестидесятых годов тоже заготовлено несколько приятных сюрпризов.

Данная история вполне может приглянуться тем, кто любит относительно неспешные путешествия-выживания по меняющимся декорациям, со значительной долей сюрреализма и едкой иронии. Трагикомедии в этой книги так же хватает, как и низвержений авторитетов, заигрывания с технологиями двадцатого века, соседствующими с первобытно-общинными порядками. А между делом, где-то далеко-далеко за горизонтом, города восстают из руин по воле одиноких гениев и странных безумцев.

Здесь найдутся эпизоды и для тех, кто любит искать отсылки на многие моменты из истории геополитики и культуры середины двадцатого века, которые вполне себе находят отражение в посткатастрофическом будущем, где человеческая психология продолжает толкать людей на преодоление и самоуничтожение.

Сюжет: 8\10

Персонажи: 9\10

Стиль: 9\10

Проработка мира: 8\10

Общая оценка: 8,5\10

Рэй Брэдбери. "Из праха восставшие"



«Из праха восставшие»«На чердаке, где весенними днями нежно шуршал по крыше дождь, где декабрьскими ночами ты чувствовал близкую — какие-то дюймы — пелену снега, прозябала Тысячу-Раз-Пра-Прабабушка. Она не жила, но и не была навеки мертвой, она… прозябала.

И теперь в преддверии Великого События, накануне Великой Ночи, теперь, когда близился радужный фейерверк Семейной Встречи, нужно было ее навестить!

Дверца чердачного люка вздрогнула.

— Все в порядке? — донесся снизу голос Тимоти. — Я иду! Да?!

Молчание. Египетская мумия не шелохнулась.

Она стояла в темном закутке, подобно ветхому, почерневшему обрубку дерева или обгорелой, выкинутой за ненадобностью гладильной доске. Тонкие, сморщенные руки накрест уложены на иссохшей груди, сквозь узкие щели шелковой ниткой зашитых глаз проглядывает бездонная синева, древний пепельно-серый рот, где таится сморщенный лоскуток языка, беззвучно вздыхает, вспоминая каждый час каждой безвозвратно ушедшей ночи, извлекая из бездны четырех тысячелетий те времена, когда она, дочь фараона, одетая в паутинно-тонкое полотно и легкий, как сонное дыхание, шелк, с изумрудами и рубинами, горящими на запястье, сбегала по мраморным террасам сада, чтобы посмотреть на пирамиды, вспарывавшие яростный египетский воздух.

Тимоти уже поднял вековою пылью покрытую дверцу и осторожно окликнул полночный чердачный мир:

— О прекрасная!

Губы древней мумии дрогнули, уронив несколько пылинок.

— Нет, уже не прекрасная.

— Ну, тогда бабушка.

— И не просто бабушка, — прошелестело в недвижном воздухе.

— Тысячу-Раз-Пра-Прабабушка?

— Это уже лучше. Вино?

— Вино. — Тимоти просунулся сквозь узкий люк и встал. В его руке поблескивал крошечный флакон.

— Какого урожая, дитя?

— До Рождества Христова, бабушка.

— На сколько лет?

— На две тысячи до Рождества Христова, почти на три.

— Прекрасно. — Иссохшая улыбка сбросила легкое облачко пыли. — Подойди.

Осторожно пробираясь сквозь папирусные залежи, Тимоти подошел к более не прекрасной, чей голос сохранил все свое былое очарование.

— Дитя? — окликнула иссохшая улыбка. — Ты боишься меня?

— Всегда, бабушка.»

Рэй Брэдбери. «Из праха восставшие»

Не так давно решил освежить воспоминания, да и просто попалось произведение, которое прочитал когда-то в электронном виде, а затем по скидке приобрел «pocketbook».

Великий Брэдбери — один из немногих писателей, которые могут на меня действовать… размягчающе. Многие из его произведений (цикл «Мы — плотники незримого собора», «Кошкина пижама» и другие) наполнены каким-то невероятным количеством приятного оптимизма, который через мягкие строки словно обволакивает теплым пледом и пододвигает поближе кружку с горячим чаем. Самое занятное, что мои ощущения от многих коротких рассказов почти не меняются со временем при перечитывании, оставаясь такими же светлыми и уютными. Разве что с приростом новых знаний вновь и вновь открывают ранее почти незаметные грани таланта писателя.

Книга начинается странно и в чем-то жутковато, когда мальчик приходит к своей Прапрародительнице, которая готова рассказать ему множество захватывающих историй в преддверии ночи всех ночей — того момента, как вся странная семья вновь соберется в доме.

Удивительным образом соединяя повседневность(через восприятие ребенком окружающих его людей и обстановку) и мистику, автор творит свою мифологию, обыгрывая многочисленные сюжеты и персоналии из классических книг, проводя всех желающих дорогой тысячелетий, узкими тропинками полустертых из истории личностей, загадочных и нелюдимых существ, ненадолго вышедших из-под ткани столь привычной реальности.

Отлично раскрывая внутрисемейные перипетии, Брэдбери показывает сложность взаимодействия мира живых и тех, кто уже перешагнул последнюю черту, изредка возвращаясь оттуда с ценными советами для ныне существующих. Это воспринимается как добротная аллюзия на важность воспоминаний об ушедших безвозвратно и о том, что они когда-то сотворили, передав новым поколениям.

При всем антураже напускной несерьезности и шутливого суматошного задора, вопросы ставятся, скажем откровенно, отнюдь не детские, и даже не подростковые. Здесь в сюжет вплетены размышления о том, что живущие во тьме далеко не всегда могут олицетворять зло; рассуждения о ценности скоротечной жизни и её преимуществ перед вечным существованием; рассматриваются вопросы ответственности за содеянное при жизни и многое иное.

Здесь показано, что вопросы о поиске предназначения будут идти с взрослением рука об руку, до самого конца, да и после него. Ведь, как известно, смерть полна тайн. А жизнь — тем более.

За легким налетом иронии и шутовства скрывается почти что притча о добродетелях, жизни, смерти, памяти в отдельной взятой семье и целых народах.

Что темнота не всегда таит в себе что-то плохое и что даже нечто изначально созданное быть пугающим, может скрывать в себе доброе начало.

И нам не дают обобщенных выводов, которые бы подытоживали рассказанные истории. В которых погружали читателей в истории древней Александрии, показывали размышления тех, кто был стар ещё до начала нашей эры, завораживали водоворотом серьезных и забавных призраков ушедшего, которые иногда могут даровать поучение неразумным потомкам.

Если данный текст видит кто-то, уже прочитавший «Из праха восставшие», то он может понять, что некоторые цитаты я взял прямо из книги и встроил в некоторые предложения. Наверное, я сделал это потому, что данная книга осталась в памяти частями сильных эпизодов — рассказ о странном доме, который стал отдушиной для всех немертвых; момент появления тысяч и тысяч старых родственников, привлеченных к этому месту; ожившее воспоминание о долгом путешествии по миру, с загадочными попутчиками и проникновенными разговорами. Да, думаю это можно назвать приключением с постепенным открытием новых сторон из истории мира и «самое себя».

В конечном итоге, данная повесть воспринимается не как цельная книга, а как сборник историй, в которых увлекательно объединено мистическое и реалистичное, пропущенное через восприятие человека, который только начинает понимать, какой же мир многогранный в своих проявлениях вокруг него. В котором стоит спешить жить.

Марго Ланаган. "Черный сок"



Черный сок" И вот мы прихватили циновки, чтобы стоять, и всей семьей спустились к смоляной яме.

Икки уже поджидала на краю; руки ее были скручены за спиной стальной проволокой. Она больше не злилась, лишь смотрела странно, словно удивляясь чему-то.

Вождь Барнаридр указал на яму.

— Ну, дочка, пора. Как дойдешь до середины, выбирай место и стой. Потом родные к тебе спустятся.

Сестренка ступила на смолу — и пошла спокойно, как ни в чем не бывало. Я даже подумал: вот сейчас перейдет на другую сторону и скроется в кустах… Однако чудес не бывает.

Икки шла, как обычно ходят по смоле, разве что руки не разводила для равновесия. Был момент, когда она оступилась и чуть не упала, но Матушка окликнула, и все обошлось. Сестренка вскинула голову, дошагала до середины и остановилась.

Мы дружно, как один, посмотрели на Вождя. Только Матушка не повернула головы.

— Теперь вы, — сказал Вождь.

Матушка вздохнула и ступила на смолу, как будто сама так решила, и никакие вожди тут ни при чем. Мы потянулись следом. Нас, таким образом, тоже наказывали: родственники преступившей закон девчонки на глазах всего народа спускаются, чтобы разделить ее позор.

Зимой детишки бегают сюда, к яме, чтобы погреть ноги в горячей смоле. Стоять можно, пока не утонешь по щиколотку. Чем меньше весишь, тем дольше удается погреться — только следи, чтобы смола не схватила намертво. Благодать, даже самые теплые ботинки не сравнятся! Зато летом, особенно в жаркие дни, от ямы лучше держаться подальше, потому что духота и воняет нестерпимо.

Сегодня, как назло, с утра стояла жара, и все же мы безропотно спустились в яму, да и на берегу собралась толпа: всем хотелось посмотреть."

Марго Ланаган «Черный сок»

После прочтения данного сборника первое, что приходит на ум — это термин «самобытное». Второе — «тяжелое» по эмоциональной составляющей и, частично, по восприятию.

Здесь собраны далеко не типичные произведения, которые поведают нам несколько историй на гранях фантастики и фентази, легенд и открыто сюрреалистичных зарисовок. Главное в этой книге — мрачная образность и бесчисленное количество полунамеков.

Рассказы не проводят меж собой единой сюжетной линии, а создают впечатление того, что их просто выдернули из каких-то длинных историй и поместили под одну обложку, не особенно задумываясь над тем, что нужно создать хоть намек на связующую их тему. Одновременно кажется, что не смотря на разность миров и ситуаций, через которые проходят разнообразные герои, их объединяет несколько факторов, которые есть в большинстве рассказов: наличие некой сверхъестественной преграды или существа, с которым надо взаимодействовать; определенная психологическая ломка после предыдущего события; крайне быстрое завершение повествования после тяжелого эмоционального события.

Смысл многочисленных рассказов постоянно пытается ускользнуть — казалось бы, что уже вроде разобрался в происходящем, а затем начинается следующий абзац и всё снова тонет в вопросах — герои переживают ложные воспоминания или пытаются как-то странно осмыслить происходящее, а может что-то иное. Или просто автор решил вставить дополнительный сюрреалистичный момент для нагнетания обстановки.

Если говорить о том, как построены короткие рассказы, то первое, что приходит на ум — они полностью нелогичны. Какая-то школа невест; странный обряд, кроме которого, как создается ощущение, в мире вообще ничего не существует; непонятные «ангелы», возникающие из ниоткуда и совершающие абсолютно оторванные от происходящего действия. Возможно автор хотел показать определенную социальную проблематику, скажем, вопросы взаимодействия религиозных общин и остального мира, на примере рассказа «Дом для Многих», но сделано это, повторюсь, очень своеобразно и запутанно. Даже такие специфические писатели, как Нун и Вандермеер, воспринимаются более связно и последовательно. Может быть, как раз потому, что они не размениваются на короткие отрывки и творят объемные истории в рамках одного созданного мира. Иногда проскальзывают параллели с образами разрушения привычных мировоззрений, как реакция на происходящие изменения, но есть произведения, которые данную тему раскрывают много полнее и в разы изящнее(Дороти «Дитя человеческое»).

Все в «Черном соке» играет на контрастах — везде объединяя повседневное и что-то жутковатое, обыденное и мистическое, зачастую неотделимо одно от другого. Это делает книгу довольно самобытной и специфической, даже немного утомляющей к середине. Чертой доброй некоторых произведений в сборнике является момент, когда вводится непонятный термин, которого опасаются персонажи, но почти не дается обоснований, откуда это неведомое опасное нечто взялось. Проводя аналогию, можно сказать, что всем стоит бояться Гадвулзитартов.

Звучит страшно, правда? Если ничего не ясно — то это нормально. Подобное ощущение возникает здесь через страницу.

В каждом рассказе есть один эпизод, буквально наполненный действием, бурей переживаний героев или же пессимистичный отрывок, задающий настроение для всей зарисовки. Многие из них выглядят следующим образом: начало действия, словно вырванного из иного повествования, хорошо поданный момент, где происходит что-то странное и гротескное, а затем — плавное завершение повествования, где что-то меняется в главном герое. Понять бы ещё, почему вообще что-то происходит в этих коротких обрывках.

Некоторые тексты полны довольно бессмысленной жестокости, которая явно подается, как вырванная из контекста и встроенная насильно в какую-то отдельную вселенную. К концу подобный подход просто начинает раздражать.

По совокупности впечатлений оценку составил для себя чуть выше среднего. Скомкано, чрезмерно вычурно там, где создается накал обстановки ради невнятной развязки.

Книга приглянется тем, кто любит гипертрофированность в эмоциональных отображениях действий нескольких героев, сплетенную с иносказательностью, где всё густо замешано на мистике, без каких-либо обоснований происходящим событиям.

Сюжет: — Персонажи: 6\10

Стиль: 7\10

Проработка мира: 6\10

Общая оценка: 6,5\10

Михайлов Дем. "Эхо войны"



«Эхо войны»«Вот уже тридцать лет небольшой городок медленно уходит в песок, что беспрестанно приносит горячий ветер из сердца раскаленной пустыни. Окраины давно скрылись под пологими и сыпучими барханами, на которых растут редкая верблюжья колючка и жалкие кустики саксаула, с редкими вкраплениями уродливо торчащих бетонных плит и причудливо изогнутой арматурной сетки.

Городскому центру повезло — если окраины большей частью состоят из самых старых трехэтажных, редко четырехэтажных, кирпичных построек, то дальше идут дома повыше, собранные из массивных бетонных плит. Именно они отрезали песку путь в сердце промышленного городка. Но так не могло продолжаться слишком долго: регулярные ураганы приносили тонны мелкого песка, который, словно абразив, медленно, но упорно подтачивал стены построек. Среди пологих песчаных холмов виднелись первые жертвы песчаной ярости — обрушившийся остов длинного семиэтажного здания, рядышком притулилась провалившаяся посредине, почти засыпанная четырехэтажка. Таких свидетельств апокалипсиса более чем достаточно. Еще полвека — и пустыня поглотит последние свидетельства некогда великой цивилизации.

Но жизнь пока еще теплится в окружающих окрестностях — кое-где за полуразрушенными остовами домов поднимаются к небу редкие жидкие дымки костров, в воздухе чувствуется запах готовящейся похлебки из юрких пустынных ящериц и беспомощных в своей медлительности черепах. Оставшиеся в живых после Великого Затмения и Смертного Холода продолжают жалкие попытки выжить в раскаленной домне пустыни, некогда носившей имя Кызылкум — пустыня Красных Песков… Теперь ее называют иначе — Знойной Пустошью. Еще чаще — Адским Пеклом. В обиходе же говорят просто: пески.»

Михайлов Дем «Эхо войны»

Как-то раз мне понадобилось немного разгрузить рассудок, знакомый посоветовал эту книгу. В целом, я предполагал, что это будет не самое лучшее произведение в жанре, но книга создала ощущение довольно добротной истории, без особых переигрываний в разные стороны и, в целом, оставила впечатление крепко сбитого рассказа об одном крошечном местечке посреди бескрайней пустыни в условиях агонии после конца света.

Вывод и обобщение — последний абзац.

Сюжет неплохо описан на задней стороне обложки. Малый городок, неподалеку от парочки довоенных предприятий, оказался не самой приоритетной целью для атомных зарядов, так что пережил последнюю мировую войну достаточно спокойно. И теперь, спустя много лет, пытается как-то существовать в не самой гостеприимной местности.

Главный герой охотник/одиночка/нелюдимый парень Битум, старается выживать как можно неприметнее, но неторопливую жизнь города взбаламучивает целый конвой приезжих гостей с бывшей «большой земли», которые ищут нечто весьма ценное, то, что может находиться где-то в этом забытом высшими силами месте. Битум оказывается лишен выбора и прикрепляется к экспедиции в поисках довоенных сокровищ. Все дальнейшее — производное вышеуказанного.

Конвой пробирается по пескам, напарывается на шаблонные опасности, исследует руины, несет потери. Не могу сказать, что это вышло у автора сильно захватывающе, поскольку буквально через пару десятков страниц эпопеи можно сказать, как будет протекать «опасное путешествие», в каких моментах напряжения надо бы немного понервничать за судьбу персонажей, а где — глубокомысленно следовало бы кивнуть, морально поддерживая изречения главного героя.

Интерес держится буквально на двух вопросах(любой читатель поймет на каких где-то к тридцатой-сороковой странице) и антураже. Несколько полунамеков, данных по сюжету, раскрываются на последних десяти страницах.

С другой стороны, это не делает произведение плохим. Да, автор четко следует проторенным дорогам — таинственные мутанты, полуодичавшие люди-каннибалы, разрушенные промышленные предприятия, враждебный почти ко всему живому песок, в котором кипит жизнь, многие проявления которой даже не заметили, что старому миру пришел конец. Книга проста, но приятна своим ровным стилем повествования, полнится яркими описаниями(привал у костра, охота на немногочисленную фауну и др.) и хорошо проработанным окружением. Писатель создал повествование, не перегруженное оборотами и при этом образное, в какой-то степени мифологическое по передающемуся настроению.

Книга, не смотря на суровый жанр пост-апокалипсис, выглядит довольно мягко, не выходя за рамки рейтинга «16+». некоторые моменты явно можно было бы расписать более жестко, нежели представлено в книге. Этим можно оправдать отстраненностью персонажа, но всё равно выглядит немного недоделано, ведь эпизоды, которые бы создавали напряжение, подстегивали к чтению развязки, отсутствуют.

Персонажи — наверное самое слабое место данного произведения. Первое — они примитивны до ужаса и делятся в своей массе на два типа: ловкие и прижимистые; сильные и прямолинейные. И, разумеется, без советов и комментариев Битума, сами мало что могут.

Второе — главное действующее лицо. Это классический персонаж, который и мастер на все руки, и весь из себя превосходящий окружающих на пару голов, который сразу получает все возможные авторитеты во всех вопросах, даже не смотря на то, что он не единственный проводник. Вроде его пытается автор как-то сбалансировать в повествовании, но выходит все равно плохо.

Итог.

Мизантроп, который преследует свою цель, несколько простых и грубых попутчиков, бывшие военные, девушка-снайпер — всё это проторено сотнями книг и рассказов, которые показывают подобных героев с завидной регулярностью. Из этого следует логичное заключение, что если данная книга является начальным шагом в познании жанра посткатастрофы в декорациях пустыни — то она способна вызвать небольшой отклик эмоций, как естественную и, скорее всего, положительную реакцию на происходящее.

Сюжет: 5\10

Персонажи: 5\10

Стиль: 8\10

Проработка мира: 8\10

Общая оценка: 6,5\10

Локхард Джордж. "Восход черного солнца"


Локхард Джордж. «Восход черного солнца»«Ночное небо медленно светлеет. Свистит ветер, изредка доносятся далёкие раскаты грома; последние отголоски грозы, пронёсшейся недавно, стремяться догнать свою мать, умчавшуюся за горизонт. Пахнет мокрой травой.

Взгляд плавно движется вперёд, мимо руин старого замка, туда, где в предрассветном сумраке смутно виден свет. Тревожное мерцание огня озаряет скалы, беззвучно порхают ночные мотыльки. Взгляд опускается к самой земле, теперь видна каждая травинка, каждый лепесток, их цвета переливаются словно радуга, причудливо мелькают тени. Костёр всё ближе и ближе.

«Не бойся»

Взгляд несмело поднимается над травой, скользит к пламени, окаймлённому бархатным плащом искр. Две яркие звёздочки мерцают над огнём, их свет манит и пугает.

«Не бойся»

Внезапный порыв ветра относит несколько искр, они касаются чего-то невидимого и гаснут, на миг вырвав из тьмы призрачный образ. Одна из звёздочек весело подмигивает.

«Я ждал тебя»

Взгляд трепещет, не смея приблизиться. Тогда тьма величественно ниспадает, обнажая то, что в ней скрывалось.

«Кто ты?»

«Твой сон»

«Я боюсь…»

«Не бойся мечтать»

«Я боюсь проснуться, боюсь потерять тебя!»

«Ты всегда можешь вернуться»

Теперь в небе горит множество звёзд. Огонь костра тянется к ним, будто знает, что звёзды его родня, но сил не хватает – и пламя падает, ломая крылья, успев лишь подбросить в небо своих птенцов. Искры подхватывает ветер, возносит навстречу тьме.

Костёр танцует странный танец без музыки. Он радуется за птенцов, он смотрит на звёзды и видит в них бесконечную жизнь, которую породил… Искры давно погасли, но милосердный ветер не даёт им пасть обратно, в объятия родителя, и пламя танцует, не ведая судьбы своих потомков.»

Читать книгу: www.e-reading.club/book.php?book=34836

Локхард Джордж." Восход черного солнца"

О данном авторе не знаю ничего, книга досталась случайно и так далее по списку. Для тех, кто смотрит сразу на вывод — два последних предложения.

Небольшие спойлеры неизбежны, хотя самым большим из них является пролог ко всей истории, без которого некоторую интригу можно было бы сохранить до завершения книги. Если есть желание получить небольшой «вот это поворот» ближе к завершению — рекомендую пропустить его.

В одном из бесчисленных придуманных миров проживает разумная ящерица(украшающая обложку), которая служит одному из многочисленных феодалов своего континента. Но в один день, благодаря своему природному любопытству и ряду совпадений, она становится заложницей тайны из далекого прошлого своего мира, которая способна полностью изменить сложившийся хрупкий баланс сил, а может быть и привести её к смерти. За ней начинается настоящая охота, где жестокие эльфы и слуги тьмы готовы на всё, чтобы вытянуть информацию из героини. Но, к счастью, трудный путь не обходится без светлых сторон — она обретает настоящих друзей, первых, но не последних, в своей короткой жизни; начинает выстраивать картину мира, который до этого момента ей представлялся чем-то необъяснимо-неведомым и, наконец, ступает на путь самого захватывающего путешествия в своей жизни.

Положительных моментов, к своему удивлению, открыл больше, чем рассчитывал.

Стиль автора приятный для глаза и восприятия, он не сбивается ни в одном моменте, будь то короткая, но яростная схватка за жизнь или же описание сказочных созданий.

Книга динамичная до живости — здесь нет моментов, где повествование проседает до невнятных размышлений. Все подается довольно кратко, но емко, пусть даже часто оставляя многочисленные логично возникающие вопросы без ответов.

Персонажей много, но их изобилие не приедается. Они хорошо связаны между собой нитями сюжета, которые двигают их в едином заданном направлении. Довольно предсказуемо, учитывая, что основная деталь сюжета указано на задней стороне книги. Но подобная явная предопределенность не мешает с определенной долей интереса воспринимать текст. В данном случае реализуется тот вариант повествования, когда важнее пройденный путь героев, нежели его завязка с завершением, те приключения, которые они вместе пережили.

Разнообразных декораций здесь предостаточно — экзотичные поселения, отдающие ближневосточной романтикой, неприветливые казематы с узниками-рабами, полунамеки на темные стороны жизни почти вымерших рас, поданные через несколько сцен во время путешествия героев, далекие острова со своими странными жителями и многое другое. Это всё пронизано нехитрой сетью интриг нескольких основных сторон конфликта.

К сожалению, многие плюсы мгновенно обесцениваются бросающимися в глаза проблемами для более-менее начитанного человека. Хотя поданы они вполне неплохо, вписываясь в создаваемый мир почти бесшовно.

Книга полнится штампами, от которых автор и не пытается уйти: если встретился гном — то изобретательный и трудолюбивый, если обозначается на горизонте Злой Повелитель(читай Повелитель Зла), то без нескольких избитых фраз дело далее не пойдет. Читателям разрывов шаблонов и ныряний в запутанные мотивации опасаться не стоит.

Ещё один нюанс — повторение образов. К примеру, оборот «ветер захохотал». Возможно, что это происки переводчиков, поскольку о том, на каком языке изначально было написано произведение, ничего не знаю. Обратил внимание на это по той причине, что сам порой допускаю схожесть в описаниях, но не слово в слово же.

В некоторых эпизодах довольно неуместно выглядят душеизлияния, да и сближения персонажей проходят настолько быстро и наивно, что начинает проскальзывать фальшь в проработке характеров персонажей. И даже немногие конфликты, мягко говоря, различных по складу ума героев и происхождению возникают и рассасываются буквально за считанные строчки.

Предсказать схождение нескольких героев по сюжету не представляет труда через несколько страниц, как и то, что им придется объединиться вопреки всему, что предлагает нам история сотворенного автором мира.

При прочтении многих эпизодов, вроде тех, где рассказываются легенды или происходят ключевые моменты сюжета(первое пленение Ри, огромный завод-кузня и другие эпизоды) не покидает чувство вторичности — параллели проводятся неосознанно, от цикла «Темный эльф» Сальваторе до классической мифологии школьного уровня. Здесь можно прийти к предположению, что автор либо не способен создавать собственную независимую мифологию, или хотя бы грамотно реализовать красивую обертку для заимствований, либо ему было просто лень что-то расписывать подробно.

Книга вроде бы входит в какой-то цикл, но после прочтения желание узнать продолжение не возникает от слова совсем. Ну, это можно записать в плюс книги — «рояли в кустах» встречаются на регулярной основе, чтобы немного продвинуть сюжет в ту или иную сторону, и где-то ко второй трети воспринимаются не как недостаток, а как неотъемлемая составляющая.

Итог.

Хотите прочесть глубокую, внутренне не противоречивую историю с подробным раскрытием персонажей, истории мира и его предтеч — данное произведение не предлагает подобного.

Если ищете простое приключенческое повествование с легким налетом гуманистической псевдофилософии на вечер-другой и вплетенными в нее небольшими дракончиками — книга подойдет отлично.

Сюжет: 6\10

Персонажи: 7\10

Стиль: 8\10

Проработка мира: 6\10

Общая оценка: 7\10

Вампиры



А почему бы и не пытаться воскресить эту рубрику. Псевдоним автора Барон Олшеври. (Больше Ври)
По мнению большинства историков, это некая девушка. Но, доподлинно это так и не будет известно.
Очень романтичное произведение про вампиров. Сразу говорю — вампиры здесь исчадия ада, старые демоны, которые выпивают кровь из всего что движется, а не шляются по ночным клубам и соблазняют девушек своей непонятностью и богатым духовным миром. Но в остальном очень романтично и легко читается. Есть очень неплохие гиперболы.

bookz.ru/authors/baron-ol6evri/vampiri_101/1-vampiri_101.html

Рэй Дуглас Брэдбери "451 градус по фаренгейту"



451" Жечь было наслаждением. Какое-то особое наслаждение видеть, как огонь пожирает вещи, как они чернеют и меняются. Медный наконечник брандспойта зажат в кулаках, громадный питон изрыгает на мир ядовитую струю керосина, кровь стучит в висках, а руки кажутся руками диковинного дирижера, исполняющего симфонию огня и разрушения, превращая в пепел изорванные, обуглившиеся страницы истории. Символический шлем, украшенный цифрой 451, низко надвинут на лоб; глаза сверкают оранжевым пламенем при мысли о том, что должно сейчас произойти: он нажимает воспламенитель – и огонь жадно бросается на дом, окрашивая вечернее небо в багрово-желто-черные тона. Он шагает в рое огненно-красных светляков, и больше всего ему хочется сделать сейчас то, чем он так часто забавлялся в детстве, – сунуть в огонь прутик с леденцом, пока книги, как голуби, шелестя крыльями-страницами, умирают на крыльце и на лужайке перед домом; они взлетают в огненном вихре, и черный от копоти ветер уносит их прочь.

Жесткая улыбка застыла на лице Монтэга, улыбка-гримаса, которая появляется на губах у человека, когда его вдруг опалит огнем и он стремительно отпрянет назад от его жаркого прикосновения.

Он знал, что, вернувшись в пожарное депо, он, менестрель огня, взглянув в зеркало, дружески подмигнет своему обожженному, измазанному сажей лицу. И позже в темноте, уже засыпая, он все еще будет чувствовать на губах застывшую судорожную улыбку. Она никогда не покидала его лица, никогда, сколько он себя помнит."

Рэй Дуглас Брэдбери «451 градус по фаренгейту»

«Когда мы солнце отдадим

На расправу темным силам,

Три цифры будут править бал –

Число четыре пять один,

На шлеме смотрится красиво.

Пуcкай свершится ритуал

И оставит смертельный шквал

Пепел веков.»

Ария. «Симфония огня»

Возвращаясь от написанного, скажу, эти предложения не даются легко. Слова не те, эмоции, ощущения. Или просто слишком скудный словарный запас, не позволяющий охватить всю гамму переживаний и впечатлений. Иногда замечал за собой, что мозг вместо привычных ответов подталкивает произнести самые подходящие цитаты этой истории. И самое странное, что никто их не может узнать или понять.

Первая из антиутопий, до которой мой ищущий познания рассудок добрался. Ни одно другое произведения на меня так не повлияло, как это. Единственная книга, которую я полностью прочел на двух языках.

Сюжет прост, как всё гениальное — недалекое будущее почти что совершенного, как создается впечатление, мира, где индустрия развлечений полностью подчинила себе все нужды общества, рекламу возвела в культ и отбросила пережитки научного познания как тормозящий балласт. Пожарники теперь выполняют роль блюстителей интеллектуального порядка, без сомнения уничтожая любые книги, которые выбиваются за рамки развлекательного жанра.

Один из них — Гай Монтэг, привык добросовестно выполнять свою работу и считает, что жизнь его полностью удалась. Любимая работа, верная жена, свой дом и множество способов приятно и весело провести время. Но одним вечером он встречает странную девушку по имени Кларисса, которая невольно разрушает его хрупкую, как оказалось, систему ценностей и взглядов, после чего Монтэг понимает, что мир далеко не такой, каким всеми силами пытается казаться.

И силою череды совпадений или предназначения, он оказывается поражен почти что искорененной порчей, едва уловимой тлетворной заразой — книгами. В ответ на это диктат свободы без выбора показывает свою истинную сущность, всем весом обрушиваясь на того, кто посмел пойти против установленных порядков.

Идя дорогой прозрения, он полнится гневом и отчаянием, когда понимает, что если первый раз в жизни взглянуть на мир открытыми глазами, то раскроется чудовищная в своей подноготной картина: поверхностность чувств и примитивность мышления, зашоренность картины мира вместо всестороннего рассмотрения накопившихся проблем, яркая мишура бесконечных телепередач, скрывающая бессмысленное топтание на месте и открытое презрение ко всем, кто хоть малейшим действием дает понять людям, что мир идет к пропасти.

Главный герой показан наиболее контрастно остальному обществу — не приспособленный к открывшейся картине истины, не умеющий изворачиваться и не научившийся выжидать, он бросается реализовывать свои задумки без оглядки на возможные последствия. После чего следует неминуемая расплата.

Каждая часть этой книги есть завершенное произведение с размышлениями, которые продолжают друг друга в непрерывной истории, ведущей к неизбежному падению агонизирующего мира. Мира без подлинной радости от достижения цели, без отчаянной искренности влюбленности, где нет вдумчивых бесед или продуманных моральных установок, направляющих общество.

И вместе с этим, страницы пронизаны страхом и надеждой автора.

Страхом не за себя, а за неумолимо подступающее будущее, в котором пустопорожние слова нескончаемым океаном размывают и растворяют добродетельный рассудок, подменяя, искажая, убивая что-то человеческое в людях.

Надеждой не о возвышенных технологиях, но обычных гражданах, среди которых всегда есть те самые неучтенные переменные, неизбежные недоработки рекламы, незаметные и разрозненные последователи здравого смысла и голоса разума.

Глубоко символичная повесть о пустоте людей, которые ощущают некую внутреннюю неудовлетворенность и пытаются выбирать, чем бы заполнить эту пустоту — бесцельно развлекаясь, потребляя, убивая, поскольку система не желает предлагать им пути выхода из сложившегося лабиринта кривых зеркал.

Книга, которую стоит познать всем. И сразу после завершения — перечитать снова.

Чтобы понять, что все мы есть книги. Кровь есть чернила, а прожитые годы — страницы. Всё происходящее с нами оставляет свой след, но самый отчетливый отпечаток на себе оставляем мы сами. Поиском ответов, погоней за впечатлениями, поддаваясь бесконечному потоку информации, подчинившись эмоциям и минутным страстям, захваченные в плен потоком цветастых фальшивок и ложных путей, затмевающих всё разумное, что создал человек за предыдущие эпохи.

Рэй Брэдбери напоминает всем, что важны не только радость, но и горе для ощущения всей полноты возможностей окружающего. Что нельзя жить только лишь представлениями о жизни. И что всегда нужно искать те книги, которые смогут поддержать на пути к действительно значимым целям.

Роман об упрощении и декаденстве, подчинении и оглуплении ради сиюминутной наживы на тех, кто не смог противостоять наводнению из примитивных шаблонов и стереотипов. В подлинном смысле пророческое произведение, поражающее описаниями диссонансных терзаний нескольких персонажей, нещадное в клеймении пороков и немного сказочное по своей стилистике.

Артур Кларк."2001: Космическая Одиссея"



2001: Космическая Одиссея" Засуха продолжалась десять миллионов лет, и царству ужасных ящеров уже давно пришел конец. Здесь, близ экватора, на материке, который позднее назовут Африкой, с новой яростью вспыхнула борьба за существование, и еще не ясно было, кто выйдет из нее победителем. На этой бесплодной, иссушенной зноем земле благоденствовать или хотя бы просто выжить могли только маленькие, или ловкие, или свирепые. Питекантропы, обитавшие в первобытном вельде, не обладали ни одним из этих свойств; поэтому они отнюдь не благоденствовали, а были, напротив, весьма близки к полному вымиранию. Около полусотни этих существ ютилось в нескольких пещерах на склоне сожженной солнцем долины; по дну ее протекал слабенький ручеек, питаемый снегами с гор, лежавших в трехстах километрах к северу. В особо засушливые годы ручеек исчезал совсем и племя сильно страдало от жажды.

Питекантропы всегда голодали, а сейчас попросту умирали от голода. Когда первый слабый проблеск рассвета проник в пещеру. Смотрящий на Луну увидел, что его отец ночью умер. Собственно, он не знал, что Старик был его отцом, — такая связь одного существа с другим была совершенно недоступна его пониманию, но, глядя на иссохшее тело умершего, он ощутил смутное беспокойство — зародыш будущей человеческой скорби. Два детеныша уже скулили, требуя еды, но смолкли, когда Смотрящий на Луну заворчал на них. Одна из матерей сердито огрызнулась в ответ, защищая дитя, которое не могла накормить вдосталь, но у Смотрящего не хватило сил дать самке подзатыльник за ее дерзость. Снаружи уже почти совсем рассвело, и можно было выходить. Смотрящий на Луну подхватил иссохший труп и поволок за собой, пригибаясь, чтобы не задеть за скалу, низко нависшую над входом в пещеру. Выйдя из пещеры, он закинул труп на плечи и выпрямился во весь рост, стоя на задних конечностях, — из всех животных на этой планете только он и его сородичи умели так ходить.

Среди подобных себе Смотрящий на Луну казался чуть ли не великаном. Ростом он был почти полтора метра, а весил более сорока пяти килограммов, хотя и был сильно истощен. Его волосатое, мускулистое тело было наполовину обезьяньим, наполовину человечьим, но формой головы он уже больше походил на человека. Лоб у него был низкий, крутые надбровные дуги резко выступали, но гены его уже несомненно несли в себе первые признаки человеческого облика. Он стоял у пещеры, оглядывая раскинувшийся вокруг враждебный мир плейстоцена, и в его взгляде уже было нечто такое, на что не была способна ни одна обезьяна. В этих темных, глубоко посаженных глазах мерцало пробуждающееся сознание — первые ростки разума, который не раскроется до конца еще многие века, а может быть, вскоре и вовсе угаснет навсегда. Признаков опасности не было, и Смотрящий на Луну начал спускаться по крутому, почти отвесному склону от пещеры; ноша на плечах ничуть не мешала ему. Остальные члены стаи, словно ожидавшие сигнала вожака, мигом повылезали из своих пещер, расположенных ниже по склону, и заторопились вниз, к мутным водам ручья, на утренний водопой. Смотрящий на Луну глянул на противоположный берег ручья — не видно ли Других. Но те не показывались. Наверно, еще не вышли из своих пещер, а может, уже пасутся внизу, под горой… Поскольку их нигде не было видно, Смотрящий тут же забыл о них — он не умел думать о нескольких вещах сразу."

Артур Кларк.«2001: Космическая Одиссея»

" Существует две возможности: либо мы одиноки во Вселенной, либо нет. Обе одинаково ужасны."

После не самого лучшего произведения мне надо было срочно перечитать что-то действительно великолепное. Выбор был недолог.

Грандиозные замыслы и дух романтики подлинной космической эры, смертельные опасности и морально-этические дилеммы, торжество человеческого гения и безграничная вселенная непознанного — всё в одном произведении.

Бессмертная «Космическая Одиссея».

Тем, кто когда-то прочитал эту книгу, вполне стоит напомнить, что же значимого содержится в коротком труде Артура Кларка и, может быть, поискать то, что не было обнаружено во время первого прочтения. Иным же — несколько причин, почему это следует прочитать ценителям титанов из эпохи космических идеалистов.

Я, даже если захочу, не смогу заметить тут недостатки. Это цельная, превосходно продуманная и отлично воплощенная история о людях и том, какой путь им ещё предстоит пройти.

История будущего поведает нам сразу несколько историй. Стоит разделить их для обсуждения, на три части. Объединяя ключевые моменты, из которых складывается повествование, писатель создает книгу, достойную остаться в истории литературы навсегда.

Перед нами разворачивается летопись не сотворенного мира, начатая задолго до появления первых людей современного типа и не завершенная подведенным многогранным итогом. Интересно, увлекательно, масштабно продуман и воплощен на страницах сотен страниц трактат о неизбежности противостояния человека думающего и открытого космоса.

Во вступлении нам показывают историю сотворения человеческого разума некими сущностями, которые едва ощутимыми прикосновениями формируют зачатки интеллекта в несведущих животных, ведущих примитивнейший образ жизни в дикой стае. Но после вмешательства что-то начинает меняться в глубине мозга, что-то, предрекающее появление первых орудий труда, огня и железа, лодок и телег, кораблей и самолетов, атомной энергии и космолетов.

Вторая часть поведает о том, что человечество, развившись до уровня космических исследований и получив в руки технологии, позволяющие строить базы на Луне, обнаруживает таинственный артефакт предтеч, подготовленный именно для тех, кто смог вырваться за пределы своей планеты — и дает ему имя ЛМА. Этот предмет — памятник загадочному совершенному техническому гению инопланетной сверхцивилизации. Но что же он из себя представляет? Является последним словом бесследно исчезнувшего, осколком прошлого миров и лишь частицей непознаваемого наследия? Или это нечто, способное передать знания и показать весь масштаб событий, происходящих за пределами человеческого восприятия?

Третья расскажет нам о том, как протекает длительный полет космического корабля в поисках ответов, на вопросы, которые были заданы три миллиона лет назад. И что не всегда разум выходца с Земли способен постичь сокрытое на одном из спутников Сатурна.

Книга разбита на небольшие главы, имеющие четкую структуру и свой смысл, поскольку они умело разделяют моменты идиллического повествования и накала напряженности.

Роман позволяет себя воспринимать по-разному. Здесь есть элементы триллера, космооперы, философского трактата, романтической наивности, фаталистичной задумки, исторической летописи. Всё указанное объединено сюжетом о познании и вмешательстве, равном для всех тех, кто обладает сознанием.

Бесконечный потом творчества разного уровня качества уже многократно знакомил всех нас с инопланетными сущностями. Но единицы из этой волны книг и фильмов показывали нам нечто разумное и одновременно далекое от понимания человеческим рассудком. Артур Кларк в их числе. Сложно сказать, о чем думал автор, показывая нам технологии, которые существуют миллионы лет и способны осуществлять своё предназначение таким образом, что оставляют у любого стороннего человека одни лишь вопросы. Думает всё же, что здесь можно найти точки пересечения с книгами Станислава Лема, который затрагивал вопрос принципиальной непознаваемости иной психологии разумных существ.

В конце повествования становится ясно лишь одно — человек есть безмерно малая величина в существующем мире, меньше, чем ничто, невероятно мелочная сущность, пытающаяся взглянуть в бездну с наивностью любопытного зверя, не понимающего, что принесет следующий миг соприкосновения с неизвестным.

Это неспешное, немного созерцательное повествование, чрезвычайно подробное в плане описания и размышлений. И любой читатель ощутит всю тяжесть предстоящих изменений, в этом не стоит сомневаться.

Слова перетекают в образы, оседающие где-то в воображении, благодаря прекрасно выверенному стилю, где переходы плавно перемещают нас между эпизодами космических перелетов, прогулок по поверхности Селены, обнажают загадку, оставленную вечность времени назад, чтобы подтолкнуть людей к ещё одному осколку истины о мире, который стоит познать ради самих себя.

Рассказывая о первом, едва заметном шаге в исследовании Солнечной системы, автор степенно рисует картины невероятных мистерий, для которых ещё не пришло время.

Изящно сочетая повесть о невероятном прошлом, научно-техническую составляющую, рассуждения о пространстве и путях развития разумных рас во вселенной — он творит тропу, которая четко устремлена к безмерной цели осознания замыслов окружающего бытия.

Здесь уникально соотносятся меж собой все элементы — повесть о первобытно-общинном строе и принципах мышления питекантропов, на которых решили оказать влияние могущественные технологии, следуя указам тех, кто осознал безразличность времени к жизни без разума; повесть о противостоянии живого и механического ума в узких коридорах космического скитальца; рассказ о том, как стоит воспринимать безудержную правду о более не одиноком существовании во вселенной; рассуждения тех, кто смогли осознать, что же последует за открытием, перевернувшем сознание и почти полностью поменявшем представление о дорогах через космос; наконец, вопрос, который останется актуальным до скончания времен — что же есть подлинное развитие, которое обеспечит понимание сущности процессов, управляющих звездами?

Превосходно раскрыта история преобразования, познания крупицы окружающего мира, на фоне грандиозных событий галактических масштабов, где тысячи лет — ничего не значат для подлинной истории разумной жизни во Вселенной.

Сильными, пронизывающими словами Кларк показывает, что действительно знал, что должно представлять из себя человечество и на какие цели обязаны быть направлены всеобъединяющие устремления.

Книга легко может вогнать в долгие невеселые раздумья о том, когда же человечество станет способно на подобное. И закрадывается неприятная правда — не застанут подобного ближайшие поколения. Но останется знание, что люди станут способны на всё.

Не сегодня, не завтра, не через половину века — но станут достойными продолжателями первооткрывателей истинных целей познания беспредельно захватывающего мира.

И, когда-нибудь, человек оставит значимый след в галактике, не в виде бедствий или разрушений — но в творении вечного.