О гражданской войне в США или заминуси, но прочти. (Часть 3)

Заключительная часть официального взгляда на причины американской гражданской войны.



Теннеси

(речь губернатора на съезде по сецессии 7 января 1861)

Девятая часть третьей статьи Конституции гласит, что по чрезвычайным случаям Губернатор может созывать Генеральную Ассамблею. Веря в то, что крайняя необходимость имеет место в данное время, я созвал вас вместе. Приветствуя вас в столице Штата, я не могу не сожалеть о мрачных обстоятельствах, по которым мы собираемся. Возникли тяжёлые и важные обстоятельства, которые, на беспрецедентном уровне будоражат общественное сознание и угрожают вечности Правительства.
Систематическая, злонамеренная и продолжительная агитация вопроса рабства, вместе с настоящей и угрожающей агрессией Северных Штатов и части их народа к ясно определённым конституционным правам Южных граждан; быстрый рост и усиление во всех структурах власти чисто региональной партии, чьи узы единства — бескомпромиссная враждебность к правам и институтам пятнадцати Южных Штатов — привели к кризису деловых отношений в стране, не имеющему равных в истории прошлого и уже приведших к выходу из Союза одного суверенного составляющего, пока остальные быстро готовятся двинуться в том же направлении. Полностью оценивая важность долга, возложенного на вас тяжёлым грузом, так как ваши действия должны быть с последствиями высшей возможной важности для народа Теннеси; зная, что как часть Соружества, наш собственный любимый Штат так же заинтересован в своих братских штатах, которые прибегли или готовятся прибегнуть к этой жуткой альтернативе, я созвал вас вместе с целью спокойного и бесстрастного обдумывания, искренне веря, что как избранные представители свободных и просвещённых людей, вы, в этом критическом стечении обстоятельств, покажете себя достойными событию, которое бросит вызов вашему таланту и патриотизму.
Краткий обзор истории прошлого необходим для правильного понимания проблем, представленных для вашего рассмотрения.
До принятия Федеральной Конституции каждый штат был отдельным и независимым Государством, с полным суверенитетом внутри себя, в договоре с союзом, каждый сохранил все права и власть, свойственную суверенитету, за исключением тех, которые были прямо переданы Конституцией Генеральному правительству, или тех, которые свойственны и необходимы делегированной власти. Конституция чётко устанавливает собственность в рабах — делает долгом Штатов доставлять беглецов своим хозяевам, но не содержит предоставления власти Федеральному Правительству взаимодействовать с этим видом собственности, кроме «власти, сопряжённой с долгом», общим для всех гражданских Правительств, защищать право собственности, как и жизнь и свободу граждан, что чётко проистекает из объяснения данного инструмента Верховным Судом Соединённых Штатов по делу Дреда Скотта против Стэнфорда. Вынося решение Суда, Верховный Судья Тони сказал:
«Теперь, как мы уже сказали в предыдущей части этого решения по другой точке зрения, право собственности в рабах чётко и ясно подтверждено Конституцией.»
«И нельзя найти в Конституции ни слова, которое даёт Конгрессу высшую власть над рабской собственностью, или которое устанавливает этому виду собственности меньшую защиту, чем любой собственности другого вида. Единственная дарованная власть — это власть, сопряжённая с долгом охраны и защиты собственника в его правах.»
Это решение высшей судебной инстанции, известное нашему Правительству, снимает все сомнения, что рабская собственность лежит на той же основе, и наделена той же защитой, как и любой другой вид собственности; что Федеральное Правительство не имеет власти ограничивать или держать его в любых рамках; определять, где она должна или не должна существовать или любым образом уменьшать его ценность. И уж точно никто не станет спорить в эти светлые времена, что любой член Союза может осуществлять высшие права в этом вопросе в пределах его собственных границ, чем любой избранный в Генеральное Правительство.
Штаты входили в Союз при условии полного политического равенства, каждый делегировал определённые власти в Генеральное Правительство, но никто не ограничивал власти другому, чтобы вмешиваться в его зарезервированные права или национальные вопросы; следовательно, нет власти на всей земле, которая может законно определить, должно или не должно рабство существовать в границах любого Штата, кроме народа такового, действующего в его вышей суверенной ипостаси.
Попытка народа Севера через инструментарий Федерального Правительсвта — правительств их Штатов и обществ помощи эмигрантам — ограничить этот вид собственности в нынешних Южных Штатах, принизить его ценность постоянной агитацией и отказом выдавать беглецов, присваивать новые территории, являющиеся общей собственностью народов всех Штатов, даже южного человека, не желающего жить под правительством, которое по закону может признать свободного негра равным ему; «и, наконец, поместить вопрос туда, где, как сочтёт северное сознание, он будет на пути к полному исчезновению» справедливо считается народом Южных Штатов как грубое нарушение духа и очевидного значения договора Союза — наглое вмешательство в национальные вопросы, разрушение братского духа, банальной вежливости и чётко обозначенных прав.
Как только рабство было изгнано с Севера, его стала преследовать самая жестокая и фанатичная оппозиция. Поначалу антирабовладельческое облако, которое сейчас затеняет всю нацию, было не больше ладони. Большинство из вас могут ярко и отчётливо помнить эти братские времена, когда по всему Северу аболиционистов справедливо считали лишь врагами своей страны. Слабые, мелкие и ничтожные, какими они был в ясные дни Республики, теперь они переросли в колоссальные размеры, и недавнее быстрое продвижение к власти позволило им захватить Палату Представителей и выбрать одного из своих лидеров в Президенты Соединённых Штатов; и с таким ходом событий Сенат и Верховный Суд тоже вскоре должны будут быть переданы в руки этой партии — партии, на чьём революционном знамени написано «Не будет боле ни рабских Штатов, ни рабских Территорий, ни возврата беглеца его хозяину», что есть «неукротимый конфликт» между Свободными и Рабовладельческими Штатами; «и будь она долгой или короткой, мирной или кровавой, борьба продолжится, пока Солнце не зайдёт для хозяев или для рабов».
И это не всё; она пытается присвоить себе, исключив рабовладельца, территорию, приобретённую кровью и богатствами всех Штатов.
Посредством сообществ помощи эмигрантам, она, под покровительством Штатов, наводнила новые Территории своими приспешниками, вооружёнными карабинами Шарпса и охотничьими ножами, пытаясь, таким образом, через угрозы, насилие и убийства достичь того, что не могла сделать по законам Конституции.
Она потребовала, и ото всей нашей любви и преданности Союзу, к несчастью, вынудила в 1819-1820 нас принять соглашение, которое исключало Юг из половины территории, приобретённой от Франции.
Она потребовала, и получила как предложение мира в 1845, всю часть Техаса к северу от параллели 36°30', если народ на ней потребует отделения от его территории.
Она не соглашалась ни на что меньше компромисса в 1850, по которому она расчленяла этот Штат и возвращала к Территориальному статуса значительную часть его территории к Югу от параллели 36°30'.
Тем же Компромиссом она исключила Южный народ Калифорнии, чьё минеральное богатство, плодородная почва и целебность климата не превзойдены на всей Земле, навсегда затащив её в Союз под Конституцией, обманом принятой кучкой авантюристов, в полном отсутствии любого закона, разрешавшего бы формировать Конституцию, устанавливающего пригодность избирателей, регулирующего время, место и способ проведения выборов, или место сбора такой Конвенции. Однако все эти ненормативные и неразрешённые процедуры были санкционированы тем фактом, что Конституция запрещала рабство и навсегда закрывала двери на эту богатую и желанную территорию народу Юга. И пока Южные умы ещё горели от унизительного чувства этого зла, она отказалась принять Канзас в Союз под Конституцией, составленной властями Конгресса и избранными делегатами, в нарушение закона, под которым рабство было признано и защищено.
Она заявляет о конституционном праве отменить рабство в Округе Колумбия, фортах, арсеналах, причалах и других местах, переданных Соединённым Штатам, в границах рабовладельческих Штатов.
Она предлагает запрет работорговли между Штатами, таким образом, ограничивая рабов вместе и предотвращая их выход с Юга, пока они не станут невыгодными до такой степени, что это заставит хозяина, наконец, бросить их из соображений самозащиты.
Она через преднамеренные нормативными акты от большинства северных Штатов открыто и грубо отменила тот пункт Конституции, который гарантирует, что: «Ни одно лицо, находящееся на службе или работе в одном Штате по его законам, сбегающее в другой, не должно в последствии ни по какому закону в нём быть освобождено от этой службы или работы, но должно быть возвращено по требованию лица, которому эта служба или работа может принадлежать».
Эта гарантия Конституции была проигнорирована и растоптана ногами этих поборников «высших законов». Он абсолютно бессилен, так как все попытки исполнить основанный на нём закон о беглых рабах стали преступлением в некоторых из этих Штатов, грубым правонарушением в других, наказуемыми высокими штрафами и заключением. Сумасшедшее мнение общественности в этих местах поднялось выше Конституции и всех остальных законов, ставя себя в анархистские доктрины «высшего закона», безнаказанно не повинуясь Правительству, топчась по нашим правам и грабя Южных граждан.
Она через губернатора Огайо открыто отменила ту часть Конституции, которая гарантирует, что: «Лицо, обвинённое в любом Штате в предательстве, преступлении или другом нарушении, которое убежит от правосудия и будет найдено в другом Штате, должно быть по требованию исполнительных органов того Штата, из которого оно сбежало, выдано для возвращения в Штат, имеющий юрисдикцию над преступлением»
При исполнении своих официальных обязанностей мне, в прошлом году, случилось потребовать губернатора Огайо «лицо, обвинённое в Штате (Теннеси) в преступлении похищения рабов, которое скрылось от правосудия и было найдено в Штате Огайо. Губернатор отказался дать распоряжение на арест и выдачу беглеца, и в ответ на письмо с запросом, что я ему посылал, он сказал: „Преступление похищения негра неизвестно ни общему закону, ни уголовному кодексу Огайо, это не тот тип преступлений, который рассматривается Федеральной Конституцией, за совершение которого я уполномочен, как представитель Огайо, выдавать беглеца правосудию братского Штата, и посему я отказал в подписании распоряжения“; таким образом, намерено отменив и не повиновавшись пункту Конституции, цитированному выше, также как и указу Конгресса от 12 февраля 1793, и грубо нарушив вежливость, существующую между отдельными и независимыми нациями, не говоря уже о вежливости, которая должна существовать между братскими Штатами одного Союза; вся переписка, связанная с этим, будет передана.
Она через исполнительную власть другого Штата отменила экстрадицию убийц и мародёров.
Она создала себе компромисс с Конституцией, чтобы продолжить импорт рабов, и теперь устанавливает закон, который выше Конституции, чтобы уничтожить эту собственность, завезённую и проданную нам их отцами.
Она стала причиной убийства владельцев, преследующих их беглых рабов, и укрыла убийц от наказания.
Она многократно посылала своих эмиссаров в Южные Штаты, чтобы испортить наших рабов; подтолкнуть их к побегу или вдохновить на восстание.
Она помогла сбежать нашей рабской собственности, посредством „подземной железной дороги“, на несколько миллионов долларов, и таким образом, сделала срок содержания рабов в пограничных Штатах непредсказуемым, вплоть до материальной несоразмерности к их цене.
Она, через рейды Джона Брауна и Монтгомери, вторгалась в суверенные Штаты и убивала мирных граждан.
Она оправдала и „возвеличила до высочайших почестей обожания ужасающие убийства, поджоги и грабежи рейдов Джона Брауна и канонизировала преступников как святых и мучеников“.
Она сжигала города, травила скот и подговаривала рабов опустошить Северный Техас.
Она, через конкретных лидеров, объявила рабам ужасный девиз „Просыпайтесь ото сна, сжигайте жилища, отравляйте еду и воду рабовладельцев“.
Она отвергла и осудила решение Верховного Суда.
Она нападала на наши права, гарантированные яснейшими положениями Конституции, с каждого зала Конгресса, с каждой кафедры, предвыборного выступления, класса в школе, Законов их Штатов и через публичную прессу, разделяя и разрушая церкви, политические партии и гражданские правительства.
Она, в лице избранного Президента, утвердила равенство чёрной и белой расы.
Вот те злодеяния, против которых мы протестовали более четверти века, надеясь, но напрасно, на их исправление, до тех пор как некоторые из наших братских Штатов, в полном отчаянии получить справедливость перед этими бандитскими союзниками, решили разорвать узы, которые связывали их вместе, и обеспечивать свои права вне Союза, будучи объектом постоянных атак и вторжений внутри него.
Никто не сможет утверждать, что Южные Штаты или народ в любой момент не выполнили, полностью и с добросовестностью, все обязательтсва, возложенные на них Конституцией.
И никто не сможет притвориться, что они в любой момент покушались или проявляли агрессию к правам братского Северного Штата. Правительство много лет было под контролем Южных граждан, но при создании и совершенствовании политических инструментов, да будет сказано во вечную славу Юга, он никогда не пытался вторгаться в конституционные права Севера. Журналы Конгресса не покажут и вступления от единого предложения от любого Южного Представителя, рассчитанного нарушить его права в собственности, его торговле, или ранить его чувства. И ни в какой момент они не требовали от Федерального Правительства или Северных Штатов большего, чем чётко установленных по Конституции прав. Напротив, они терпели эти злодеяния из чувства преданности Союзу со степенью терпения и прощения, невиданной в истории отважных и свободных людей. Более того, они тихо подчинились системе доходов, которая не напрямую, но точно устанавливает налог на продукты рабского труда, на примерно пятьдесят или шестьдесят миллионов долларов ежегодно, чтобы повысить производственны прибыли тех, кто таким образом нагло атаковал их.
Увиливать от опасности, направленной на нас в этот раз, без гарантии полнейшей безопасности для наших прав, по моему мнению, смертельно для института рабства. Пришло время, когда народ Юга должен приготовиться либо бросить, либо укрепить и поддерживать его. Бросить его мы не можем, так как он переплетён с нашим богатством, процветанием и национальным счастьем. Мы в долгу перед механиком, чья лавка закрылась, миллионами тружеников, выброшенных на улицу, торговцем, обанкротившимся из-за этой агитации. Мы в долгу перед самими собой, нашими детьми, нашим самоуважением и равенством в Правительстве, разрешить этот вопрос раз и навсегда на условиях, согласующихся со справедливостью и честью, и которые подарят нам мир и полную безопасность на настоящее и будущее.
Успокоительные и обезболивающие в виде законодательных компромиссов можно применять для достижения временного облегчения; но не будет полной безопасности или мира, пока Северные предрассудки не будут уничтожены, и общественные настроения этого региона не будут радикально изменены и национализированы. Испытать применение эффективных лекарств ранее — эта великая цель была достигнута, как очистка струи в отравленном фонтане.
Последствия и огромный интерес, связанные с правильным решением окружающих нас трудностей, глубоких, долгих и жизненная необходимость разрешения их по принципам справедливости и равенства требует самого серьёзного рассмотрения всего народа, как и должностных лиц Штата. И хоть я охотно подчинюсь вашему усмотрению в вопросе наших федеральных отношений, лично не сомневаясь в необходимости и правильности сбора Конвенции Штата, но я всё же с уважением порекомендую вам по закону предоставить народу Штата право решать, быть Конвенции или нет, а также выбирать делегатов на уровне законного представительства для встречи на этой Конвенции в Столице, в Нэшвилле, как можно раньше, чтобы принять к рассмотрению наши федеральные отношения и определить, какие действия должны быть предприняты Штатом Теннеси для безопасности прав и мира для его граждан.
Вопрос, быть Конвенции или нет, может и должен быть решён, и делегаты должны быть выбраны на тех же выборах, чего можно легко добиться, озаглавив один набор бюллетеней „КОНВЕНЦИИ ДА“, а другой „КОНВЕНЦИИ НЕТ“. Если большинство людей проголосуют за Конвенцию, тогда люди, получившие наибольшее количество голосов в их избирательных округах и районах будут избраны делегатами.
Так мы передадим весь вопрос в руки народу, чтобы он, своим суверенитетом, определил, насколько были нарушены его права, какого возмездия или гарантий он потребует, и какие действия он предпримет для своей настоящей или будущей безопасности.
Если и есть лекарство ото всех бед, которые свалились на эту страну, согласующееся с продолжением Союза, оно, по моему мнению, будет найдено в таких конституционных поправках, которые бы лишили финансовое большинство с Севера власти вторгаться в наши права или нарушать безопасность и ценность нашей собственности.
Ясны и чётко определены наши права под действующей Конституцией участвовать, наравне с гражданами всех остальных Штатов, в заселении общих Территорий и содержать наших рабов на них, пока это не будет исключено формированием Конституции Штата, однако любая организованная Территория станет землёй яростного, если не кровавого, раздора между Южным человеком и Аболиционистом, и мы увидим больше повторений трагедий Канзаса в каждой из них, когда они приблизятся к стадии формировании Конституций Штатов.
Пряма и недвусмыслена обязанность каждого Штата выдавать беглого раба его хозяину, но попытка возврата опасна для жизни хозяина. Этих бед можно избежать в большой степени, если не полностью, следующими поправками к Конституции:
1-е. Установить линию на северных границах настоящих Рабовладельческих Штатов и продолжить её через Территории до Тихого Океана на такой параллели, какая разделит их поровну между Севером и Югом, ясно обозначив, что вся территория, приобретённая к Северу от этой линии, будет вовеки свободной, а к Югу от этой линии — вовеки рабской. Это уберёт вопрос существования или несуществования рабства в наших Штатах и Территориях раз и навсегда с политической арены. Вопрос, будучи решён по Конституции, больше не будет открыт для политиков, которые захотят въехать на пост, апеллируя к фанатичным предрассудкам или нападая на права соседей.
2-е. В дополнение к пункту о беглых рабах добавить, что если раб был потребован у исполнительной власти Штата, в который он бежал, если это не было ложной информацией, то Штат, который не сможет выдать, должен будет заплатить хозяину сумму в размере двойной стоимости такого раба, и закрепить это в Верховном Суде Соединённых Штатов. Это гарантирует возврат владельцу раба, либо его стоимости с достаточной суммой в качестве компенсации за провал возврата.
3-е. Обеспечить защиту хозяина в спокойном владении его рабом во время проезда или временного проживания в любом Штате Союза; и в случае побега раба или его кражи требовать от Штата возврата или возмещения, как в случае с беглецом.
4-е. Категорически запретить Конгрессу отменять рабство в Округе Колумбия, в на любой пристани, военном порту, арсенале или в области любого характера в границах любого рабовладельческого Штата.
5-е. Чтобы эти гарантии никогда не были изменены, кроме как с согласия рабовладельческих Штатов.
С этими поправками к Конституции, я буду чувствовать, что наши права более-менее защищены не только в теории, но и в реальности, и сохраню надежду о жизни в Союзе в мире. Без этих или некоторых других поправок, обещающих равную долю и гарантию безопасности, надежды на мир и безопасность в правительстве нет.
Если нерабовладельческие Штаты откажутся согласиться с требованием столь справедливым и разумным; откажутся бросить раз и навсегда их несправедливую войну против нас, наших институтов и наших прав; откажутся, как делали до сего дня, добросовестно исполнять обязательства уговора союза и как мы уважать власть, процветание, величие и славу его правительства; как и мы, глубоко сожалеть о существовании причин, которые уже отвернули один Штат от Союза; как бы мы не сожалели о неотложной необходимости, которую они столь бессмысленно и злобно нам навязали, любое упоминание самоуважения требует, чтобы мы утвердили и поддержали наше „равенство в Союзе или независимость вне его“.
По моему мнению, единственный оставшийся у нас способ сохранения Союза на принципах равенства и справедливости, на которых он был изначально основан — это Южным Штатам, самоопределившись по интересам, и чувствам, и долгу, и по естественному ходу вещей, разделить общую судьбу, объединившись в выражении неизменной решительности, что права, гарантированные Конституцией, нужно уважать и полностью обеспечивать в нынешнем правительстве или утвердить и поддерживать их в однородной Конфедерации Южных Штатов.
На мелкие политические вопросы часто можно найти правильный компромисс, но никого компромисса не может быть в кардинальных и жизненно-важных принципах; нет компромисса между добром и злом. Принципы нужно отстаивать, и в последствии правда восторжествует. Пойти на компромисс в одном или оставить другое — не только немужественно и унизительно, но и приведёт к катастрофе в конечном итоге.
У Юга нет власти соединить разбитые фрагменты нарушенной Конституции когда-то славного правительства. Он действует в свою защиту. Его прижали к стене, и он может согласиться на дальнейший мир. Север, однако, может восстановить Конституционный Союз наших отцов, уничтожив собственный прогресс по отчуждению и ненависти, созданный за тридцать лет непрерывной агрессии, и забыв уроки пагубной враждебности к Югу и его институтам, которую его пресса, духовенство и школы внедрили в сознание общественности.
Пусть они это сделают, и мир вновь установит свой суд посреди этой однажды счастливой страны, и союз этих Штатов вернётся к духу братства, равенства и справедливости, который и породил его.
Пусть они это сделают, и жизненные силы, когда-то выбитые из Конституции, могут восстановиться, давая новую силу и законность политике.
Но можем ли мы надеяться на такие результаты? Два месяца прошло с момента развития фактов, которые ставят вечность Союза в зависимость только от получения Югом удовлетворительных гарантий страхования его прав. Однако не было совершенно ни одного удовлетворительного предложения от любого члена доминантной и агрессивной партии того региона. С точностью до наоборот, их Сенаторы и Представители в Конгрессе отвергли и затоптали все предложения, которые были нацелены на достижение этой цели, несмотря на все последствия; и тот факт, что их электорат никаким законным способом не осудил и не предупредил их, должен быть принят как доказательство их попустительской политики.
Ввиду этих фактов, я не могу закрывать глаза на заключение, что штат Теннеси будет бессилен в любых попытках утихомирить бурю, накрывающую страну. Работа по отчуждению и разобщению зашла так далеко, что будет чрезвычайно сложно, если вообще возможно, остановить ей; и перед нашим роспуском, что вполне возможно, единственным практичным вопросом для Штата будет должен ли он объединить свою судьбу с Северной или Южной Конфедерацией; вопрос, ответ на который, я уверен, будет мало или совсем не будет разделения по мнениям, что мы по всем вопросам солидарны с Югом.
Если эта беда случится со страной, у Юга будет утешение в знании, что он ни в коей мере не ответственен за эту катастрофу. Ответственность лежит только на народе Севера, который намеренно разрушил связи союза, отрёкся от своих обязательств и долга, и остался верным лишь своей выгоде. Однако даже в этот мрачный час ответственности и опасности, пусть ни один человек не допустит на секунду и мысли, что разрушение Федерального Союза отбросит страну в анархию или покажет теорию самоуправления провальной. Такие заключения были бы не только ошибочными, но и недостойными нас и наших революционных предков, пока существуют правительства наших Штатов, обладая всеми механизмами, идеальными и законченными, что необходимо для целей гражданского правительства, как и во времена формирования Союза.
Мудрецы и патриоты революции, разрывая связь с их материнской страной и устанавливая великие кардинальные принципы свободного правительства, торжественно заявили, что среди людей учреждаются правительства, „черпающие свои законные полномочия из согласия управляемых. В случае, если какая-либо форма правительства становится губительной для самих этих целей, народ имеет право изменить или упразднить ее и учредить новое правительство, основанное на таких принципах и формах организации власти, которые, как ему представляется, наилучшим образом обеспечат людям безопасность и счастье. Но когда длинный ряд злоупотреблений и насилий, неизменно подчиненных одной и той же цели, свидетельствует о коварном замысле вынудить народ смириться с неограниченным деспотизмом, свержение такого правительства и создание новых гарантий безопасности на будущее становится правом и обязанностью народа.“
Признавая эти великие принципы, народ Теннеси включил в свою декларацию прав как фундаментальную статью Конституции Штата „Что правительство установлено для общего блага, и доктрина несопротивления деспотичной власти абсурдная, рабская и деструктивная для благополучия и счастья человечества.“
Когда народом Теннеси может быть принят политический курс, касательно текущих Федеральных отношений Штата, я уверен, что мечи его почтенных сынов никогда не будут обнажены с целью принуждения, покорения или удержания как захваченной провинции его братских Штатов, чей народ может объявить их независимость от Федерального правительства с целью освобождения их от „длинного ряда злоупотреблений и насилий“. Признать право или политику покорения было бы неверно перед примером наших отцов и славной памятью о прошлом, разрушительно для великих и фундаментальных принципов гражданской свободы, добытой их кровью; разрушительно для суверенитета и равенства Штатов; направлено на централизацию, и таким образом, предавало бы права меньшинства деспотизму несдержанного большинства.
Как бы широко мы ни различались с нашими братскими Южными Штатами; как бы мы ни рвались принять решение, любые действия, предпринятые в этой чрезвычайной ситуации, должны были быть предприняты Югом как единым целым; как бы мы не надеялись найти лекарство от наших бед, совместимое с вечностью нынешней Конфедерацией, этот вопрос, в конечном итоге, должен быть решён каждым членом Конфедерации для себя, и любая попытка остальных сдержать путём военной силы суверенитет члена общего Союза должна неизбежно привести к худшей форме междоусобной войны, и в случае успеха будет установлено совершенно новое правительство, чем то, что было установлено Конституцией — Конституционный Союз, основанный на согласии, а не на силе, на мире, а не на кровопролитии, свободный и политически-равный. Но в случае провала новое и принудительное правительство, „черпая свои законные полномочия“ на управление горсткой Штатов „из согласия управляемых“, и будут черпать свои полномочия для управления остальными из пушек и мечей, а не из их согласия — Союз не из равных, а из победителей и побеждённых, приколотых друг к другу штыком и увязших в крови.
Я искренне верю, что милостивое Провидение отвернёт эту беду, и верю, что нет заметной части нашего народа, каковы бы их различия ни были по другим вопросам, кто будут столь слепы к разуму или столь потеряны для патриотизма и всех чувств гражданской свободы, что поддержат политику столь фатальную для этих результатов и столь отвратительную всем человеческим чувствам.
Хоть я и искренне верю, что Теннеси может никогда не будет вынужден в отчаянии обратиться к орудиям защиты прав его народа, я всё же считаю правильным, в свете нынешнего возбуждённого состояния мнения общественности и неспокойного состояния страны, привлечь ваше внимание к тому факту, что за исключением небольшого числа волонтёрских организаций, у нас нет военной силы в Штате, а ополчение было расформировано сразу после отмены закона, требующего учений и военных парадов. Независимо от надвигающегося кризиса, я считаю полную реорганизацию ополчения обязательным требованием по всем соображениям осторожности и безопасности. Таким образом, я выдвигаю этот вопрос на ваше рассмотрение с серьёзной надеждой, что вы примите такой план организации, какой обеспечит Штату на все времена и при всех условиях эффективную военную силу.
Я не способен в отсутствие полных докладов от секретарей нескольких округов, проинформировать вас о военной силе Штата. Такого рода доклады, которые были для этого учреждения, будут выложены перед вами. Я не сомневаюсь, однако, что сила ополчения в этом Штате может быть с уверенностью оценено в сто двадцать тысяч человек.
Будет правильным, в этой связи, если я привлеку ваше внимание к докладу Джона Херигеса, Смотрителя Общественного Арсенала, показывающему цифры, характер и состояние общественного вооружения Штата и с уважением порекомендую, чтобы вы обеспечили закупку такого количества и вида вооружения для использования Штатом, какое понадобится, чтобы как следует вооружить эффективную военную силу.
Я сожалею, что не могу завершить это послание продолжительным перечислением всех фактов, имеющих отношение к политическому кризису сегодня.
Но сравнительный неурожай два года подряд и подрыв торговой уверенности, вылились в заморозку транзакций, общую стагнацию торговли и финансовую запутанность, которая наполнила всю страну, сопровождаемая злом всеобщего материального кризиса, в начале которого множество банков замораживает операции с драгоценными металлами, навлекая на себя санкции, предписанные банковским кодексом последней сессии.
Многие утверждают, и я полагаю, правдиво, что состояние банков не было таким, при котором подобные заморозки были бы необходимы с их стороны; что приняв полностью эгоистичную политику, они, может, и пережили бурю и поддержали себя, но сделали так, что им потребовалось снять все скидки и усилить сбор долгов с населения, что усилило общий кризис. Также идут споры, и очень жаркие, среди большого количества людей, что вы должны принять законы, для облегчения и наибольшей возможно помощи банков людям до следующего урожая, чтобы снять санкции с банков за заморозки операций.
И хотя я уверен во мнении, что заморозки операций с драгоценными металлами банками неправильны в принципе и ведут к обесцениванию валюты и приводят в беспорядок стандарты стоимости, я в равной степени уверен, что политика облегчительных законов, к которой этот кризис подвёл общественное сознание — по меньшей мере сказать, политика сомнительная и вредная для сообщества в конечном результате. Идея об освобождении народа от финансового кризиса путём законодательных инициатив, на мой взгляд, невозможна. Однако проявляются столь всеобщие волнения, и столь уверена надежда на облегчение от принятия предложенной политики, что хоть я и не могу согласиться или рекомендовать принятие этой политики, я не чувствую свободы упрямо стоять между народом Штата и их избранными Представителями, чтобы предотвратить принятия такой инициативы, связанной с этими вопросами, которая, как они считают, посодействует их интересам и общему богатству.
Я, таким образом, выдвигаю на ваше рассмотрение вопросы подобных действий, которые покажутся вам правильными.
Мне известно, что есть множество вопросов общего характера, в отношении которых избиратели многих из вас хотят поправок к законам, но созвав вас на внеочередную сессию, на предмет того, что я счёл экстраординарным событием в истории страны, и чувствуя необходимость оперативных и немедленных действий по увлекательным вопросам, связанным с политическим кризисом этого времени, я специально избегал всех, кроме тех, на которые я особо обратил внимание, веря, что материальный интерес не пострадает, будь он отложен до следующей сессии Генеральной Ассамблеи.
С серьёзной надеждой, что ваша сессия может быть короткой и согласной, и полностью веря, что Божественное Провидение может присматривать за вашими размышлениями и направлять вас в принятии мер, которые поспособствуют всеобщему богатству, миру, процветанию и славе нашего Штата и страны, вопросы с грузом ответственности и с ужасающе-важными последствиями с уважением переданы в ваши руки.

Ссыль
Не уснул ещё, читая эту простыню? Хотя если ты пропустил, то я пойму, такую нудятину не каждый выдержит. Представь, каково это переводить. Меня чуть не стошнило. Но увы, мы ещё не закончили.

21 марта 1861 года, в Саванне, Джорджия вице-президентом новорождённых Конфедеративных Штатов Америки была произнесена так называемая „Краеугольная речь“. Приступим, помолясь…
Когда полная тишина восстановится, я продолжу. Я не могу говорить долго, когда вокруг шум и суматоха. У меня будет время, я чувствую себя вполне готовым провести с вами ночь, если необходимо. Я очень сожалею, что все, кто желают, не смогут услышать, что мне есть сказать. Не то, чтобы мне было что наглядно показать или предоставить что-то очень интересное, но я хочу, чтобы те взгляды, которые я предоставлю, не только в этом городе, но в этом штате, и во всей Конфедеративной Республике мог услышать каждый, кто желает их слышать.
Я обозначал, что мы проходим через одну из величайших революций в анналах мировой истории. Семь Штатов за ближайшие три месяца свергли их старое правительство и сформировали новое. Эта революция была обозначена до сих пор тем фактом, что была совершена без потери и единой капли крови.
Эта новая конституция или форма правления представляют собой предмет, к которому будет частично привлечено ваше внимание. Ссылаясь на неё, я сделаю первую общую ремарку: она в полной мере все наши древние права, привилегии и свободы. Все великие принципы Великой Хартии Вольностей содержатся в ней. Ни один гражданин может быть лишён жизни, свободы или собственности, кроме как судом его равных по закону земли. Великий принцип религиозной свободы, который был честью и гордостью старой конституции, всё ещё поддерживается и охраняется. Все важнейшие пункты старой конституции, столь полюбившиеся Американскому народу, были сохранены и закреплены. Были внесены некоторые изменения. Некоторые из них я предпочёл бы не видеть; но другие важные изменения достойны моей сердечной похвалы. Они вносят значительные улучшения в старую конституцию. Так что глядя в целом на новую конституцию, я не побоюсь дать свою оценку, что она решительно лучше старой.
Позвольте мне быстро упомянуть некоторые из этих улучшений. Вопрос о создании классовых интересов или поощрении одной отрасли промышленности в ущерб другой при осуществлении власти над доходами, который создавал нам столько проблем при прошлой конституции, навсегда закрыт в новой. Мы не позволяем вводить никакие налоги с целью предоставления преимущества одному классу людей, в любой отрасли торговли или бизнеса, над людьми в других отраслях. Все в рамках нашей системы находятся под одним общим принципом полного равенства. Честный труд и предприятия оставлены свободными и неограниченными в преследовании любой цели, какую они себе поставили. Старая колючая пошлина, вызывавшая столько раздражения в старой политике, навсегда удалёна из новой.
Опять же, предмет внутренних улучшений, находящихся под контролем Конгресса в целях регулирования торговли, отправлен на покой в нашей системе. Власть, данная строительству по старой конституции, была, по меньшей мере, сомнительна; она полностью отдавалась строительству. Мы, народ Юга, как правило, сторонимся рассмотрения конституционных принципов, выступали против осуществления этого принципа на основании его нецелесообразности и несправедливости. Несмотря на эту оппозицию, миллионы денег из общей казны были изъяты для таких целей. Наша оппозиция возникла не из-за враждебности к торговле или ко всем необходимым средствам для ее облегчения. Для нас это было просто вопросом того, на кого должно пасть это бремя. В Джорджии, например, мы сделали столько же для дела внутренних улучшений, как и в любой другой части страны, согласно населению и средствам. Мы протянули ветви железных дорог от морского берега до гор; срыли холмы и заполнили овраги потратив не менее $25,000,000. И всё это было сделано, чтобы открыть выход для внутренних продуктов и дать нашим западным соседям дотянуться до мировых рынков. Ни один штат не нуждался сильнее в таких объектах, чем Джорджия, но мы не просили, чтобы эти работы проводились путём присвоения всеобщей казны. Стоимость планирования, строительства и оснащения наших дорог была создана теми, кто входил в этот проект. Нет, более того, не только стоимость железа и каждой мелочи в совокупной стоимости создавалась по-своему, но мы были вынуждены заплатить в общую казну несколько миллионов долларов за привилегию импорта железа уже после того, как за него было заплачено за границей. Что справедливого было в том, чтобы брать эти деньги, которые наш народ заплатил в общую казну за импорт железа, и применять эти деньги для улучшения рек и причалов где-то ещё? Истинный принцип состоит в том, чтобы подвергать торговлю каждой местности любому бремени, которое потребуется, чтобы облегчить её. Если причалу Чарльстона нужны улучшения, пусть торговля Чарльстона несёт это бремя. Если русло реки Саванна нужно расчистить, пусть морское судоходство, которое выигрывает от этого, несёт это бремя. Так же и с руслами Алабамы и Миссисипи. Точно также внутренние продукты, наш хлопок, пшеница, кукуруза и другие изделия оплатят стоимость своих перевозок по железным дорогам до моря. Это, опять же, общий принцип полного равенства и справедливости, и он особо выдвинут на первый план и установлен в нашей новой конституции.
Еще одна особенность, на которую я буду ссылаться, заключается в том, что новая конституция предусматривает, что министры и главы департаментов кабинета министров могут иметь привилегии на места в зале Сената и Палаты представителей и могут иметь право участвовать в дебатах и обсуждениях по различным моментам управления. Я предпочел бы, чтобы это положение продолжилось, и потребовал, чтобы президент выбрал своих конституционных советников из Сената и Палаты представителей. Это бы полностью согласовалось с практикой британского Парламента, который, по моему суждению, является одним из мудрейших гарантий британской Конституции. Это единственная особенность, которая спасает то правительство. Это то, что даёт ему стабильность в его способности изменять свою администрацию. Наша особенность, как она есть, — это великое приближение к этому правильному принципу.
Под старой конституцией, секретарь казны, например, не имел возможности, кроме своих годовых отчетов, представить какую-либо схему или план бюджета или другого вопроса. У него не было возможности объяснять, комментировать, настаивать или защищать его взгляды на политику; его единственной надеждой был его орган власти. В британском парламенте, премьер-министр выдвигает свой бюджет и выступает ответственным перед нацией за каждый его пункт. Если он неоправдан, то он падает под градом атак на него, как и положено. Так теперь и есть, в определённой степени, в нашей системе. По новой конституции было сделано постановление, по которому главы департаментов могут говорить за себя и администрацию, касательно всей своей политики, не прибегая к непрямой и очень спорной среде прессы. Следует надеяться, что в нашей системе у нас никогда не будет так называемого правительственного органа.
Другое изменение в конституции относится к длительности пребывания в кабинете президента. По новой конституции это шесть лет, вместо четырёх, и президент отныне не может быть переизбран. Это определённо консервативное изменение. Это снимет с лица, занимающего эту должность, все соблазны использовать его кабинет или злоупотребить властью, данной ему для любых целей личных амбиций. Единственным мотивом для амбиций, которые должны двигать и возбуждать человека, держащего такое доверие в руках, будет благо народа, развитие, процветание, счастье, безопасность, честь и истинная слава Конфедерации.
Но дабы не утомить вас перечислением всех множественных изменений к лучшему, позвольте мне перейти к последнему, но не по значению. Новая конституция отправила на покой, навсегда, все волнующие вопросы, относящиеся к характерному для нас институту африканского рабства, поскольку у нас установлен надлежащий статус негра в нашей форме цивилизации. Это было непосредственной причиной недавнего разрыва и нынешней революции. Джефферсон в своём предсказании ожидал этого, как „камня, об который разобьётся старый Союз“. Он был прав. Что было догадкой для него, — теперь осознанный факт. Но осознавал ли он в полной мере ту великую истину, на которой этот камень стоит, сомнительно. Господствующей идеей, исповедуемой им и большинством ведущих политиков во времена формирования старой конституции было то, что порабощение африканцев было нарушением законов природы; что это было неверно по всем принципам, социально, морально и политически. Это было злом, с которым они плохо знали, что делать, но общим мнением людей того дня было, что каким-то образом или по воле Провидения, институт сойдёт на нет и уйдёт в небытие. Эта идея хоть и не закреплена в конституции, но была господствующей идеей в то время. Конституция, правда, обеспечила все важнейшие гарантии для института, пока он существовал, и таким образом, ни один аргумент не мог быть использован против конституционных гарантий просто из-за общественного настроения в какое-то время. Эти идеи однако, были в корне неверны. Они были основаны на предположении равенства рас. Это было ошибкой. Это было песчаным фундаментом, и государство, построенное на нём, пало, когда „пришла буря и подули ветры“.
Наше новое государство основано на прямо противоположной идее; его основания заложены, и его краеугольный камень покоится на великой истине, что негр не равен белому человеку; что рабство и субординация к высшей расе — его естественное и нормальное состояние. Таким образом, наше новое правительство, по сути, — история мира, основанная на физической, философской и моральной истине. Эта истина была медленной в процессе своего открытия, как и все остальные истины в разных разделах науки. Она была такой даже среди нас. Многие, кто слышат меня, возможно, могут хорошо вспомнить, что эту истину широко не принимали даже в их дни. Ошибки прошлых поколений всё ещё цепко держались за многих всего каких-то двадцать лет назад. Народ на Севере, который держится за эти ошибки с рвением превыше знания, мы справедливо зазываем фанатиками. Весь фанатизм происходит от искажения сознания от дефекта в логике. Это подвид сумасшествия. Одна из самых ярких характеристик сумасшествия, во многих случаях, — это формирование правильных заключений из выдуманных или ошибочных предпосылок; прямо как у анти-рабских фанатиков. Их заключения были бы правильными, если бы таковыми были предпосылки. Они считают негра равным, и поэтому заключают, что он наделён равными привилегиями и правами с белым человеком. Если бы их предпосылки были верны, их заключения были бы логичны и справедливы, но так как их предпосылки ошибочны, все их аргументы разваливаются. Я помню, как услышал одного из джентльменов из северных Штатов, имеющего огромную власть и возможности, заявившего в Палате Представителей, с впечатляющим эффектом, что Юг будет вынужден, в конечном итоге, сдаться по вопросу рабства, и что невозможно успешно сражаться против закона в политике, как физике или механике. Что этот закон, в конечном итоге, восторжествует. Что мы, поддерживая рабство таким, какое оно существует среди нас, сражались против закона, закона, установленного в природе, закона равенства людей. Ответом, который я дал ему, было, что по его же логике мы должны, в конечном итоге, преуспеть, и что он и его крестовый поход против наших институтов должен, в конечном итоге, провалиться. Заявленную истину, что невозможно успешно сражаться против закона в политике, как физике или механике, я принял; но сказал ему, что это он и его сторонники сражались против закона. Они пытались сделать равными вещи, которые Создатель создал неравными.
В этом конфликте, пока что, успех был на нашей стороне, на всей длине и ширине Конфедеративных Штатов. На этом, как я сказал, прочно основывается ткань нашего общества, и я не могу позволить себе сомневаться в окончательном успехе полного признания этого закона во всём цивилизованном и просвещённом мире.
Как я и сказал, истина данного закона могла быть долгой в открытии, как и все истины в разных ветвях науки. Так было с законами Галилео, так было с Адам Смитом и его законами политэкономии. Так было с Гарвеем и его теорией кровообращения. Известно, что ни одна медицинская специальность, существовавшая во время объявления им выведенных им истин, не признавала их. Теперь они повсеместно признаны. Не можем ли мы, в таком случае, смотреть с уверенностью на признание истин, на которых основана наша система? Это первое государство, которое когда-либо было установлено в строгом соответствии с природой и указаниями Провидения в управлении благами человеческого общества. Многие государства были основаны на принципе субординации и закрепощения определённых классов одной расы; таковые были и остаются противными природе. Наша система не совершает подобных нарушений законов природы. С нами, вся белая раса, не важно как высоко или низко, богатая или бедная, равна в глазах закона. Но не с неграми. Их место в подсинении. Они, по природе, или по проклятию Ханаана, поставлены в то положение, которое занимают в нашей системе. Архитектор, строя здания, закладывает фундамент из подходящего материала — гранита; затем идёт кирпич или мрамор. Субстрат для нашего общества сделан из материала, подходящего для этого по природе, и по опыту мы знаем, что так лучше не только для высшей, но и для низшей расы, и что так должно быть. Это и вправду согласуется с волей Создателя. Не нам ставить под сомнение мудрость Его указов или обсуждать их. Для Его собственных целей Он сделал одну расу отличной от другой, как Он сделал „одну звезду отличной от другой по величию“. Великие цели человечества лучше достижимы, когда есть согласие с Его законами и указами в формировании правительств, как и во всех остальных вещах. Наша конфедерация основана на принципах, строго согласующихся с этими законами. Этот камень, который был отвергнут первыми строителями, „стал главным в углу“, настоящим „краеугольным камнем“, в нашей новой системе взглядов. Меня спросили, а как же будущее? Кем-то было предположено, что мы настроим против себя цивилизованный мир. Меня не волнует, кто и в каком количестве может быть против нас, когда мы стоим за вечные принципы правды, если мы верны себе и принципам, за которые мы боремся, которым подчиняемся, мы обязаны одержать триумф.
Тысячи людей, которые начинают понимать эти истины, ещё не совсем вылезли из своей скорлупы; они ещё не видят их длины и ширины. Мы много слышим о принесении цивилизации и Христианства в варварские племена Африки. По моему суждению, эти цели никогда не будут достигнуты, кроме как научив их первому уроку Адама, что „в поте лица его будет есть он свой хлеб“, и научив их работать, кормить и одевать себя.
Но двигаясь дальше: некоторые из них выдвинули вопрос о том, целесообразно ли будет для нас продолжать конфедерацию без дельнейших связей? Есть ли у нас средства и способность поддерживать национальность среди мировых властей? На это я бы сказал, что как бы восторженны мы ни были по поводу присоединения к нам пограничных штатов с институтами, близкими к нашим, мы всё ещё полностью способны сохранять наши позиции, даже если они в конечном итоге предпочтут не связывать с нами свои судьбы.
То, что они в конечном счете присоединятся к нам, будучи вынуждены это сделать, — в этом я уверен; но без них сможем прекрасно прожить, если они этого не сделают.
У нас есть все необходимые элементы для успешной национальной карьеры. Идея о том, что мы слишком малы и слабы для того, чтобы поддерживать отдельную национальность, была подана на Севере, даже не в пограничных Штатах. Это огромная ошибка. По размаху территории мы протянулись на пятьсот шестьдесят четыре тысячи квадратных миль, и даже больше. Это более, чем на двести тысяч квадратных миль больше, чем включали в себя изначальные тринадцать Штатов. Это территория страны более, чем вдвое больше территории Франции или Австрийской империи. Франция, если округлить, имеет не более двухсот двенадцати тысяч квадратных миль. Австрия, если округлить, имеет двести сорок восемь тысяч квадратных миль. Наша территория больше обоих вместе. Она больше Франции, Испании, Португалии, Великобритании, включая Англию, Ирландию и Шотландию вместе. По населению мы имеем более пяти миллионов, согласно переписи 1860; это включая белых и чёрных. Всё население изначальных тринадцати Штатов, включая белых и чёрных, было меньше четырёх миллионов в 1790, и даже меньше в 1776, когда была достигнута независимость наших отцов. Если они, с меньшим населением, посмели сохранять свою независимость против величайшей власти на Земле, должны ли мы сомневаться в сохранении нашей теперь?
В части материальных богатств и ресурсов мы намного впереди них. Облагаемая налогом собственность Конфедеративных Штатов не может быть меньше двадцати двух сотен миллионов долларов! Это, я думаю, что ничем не рискну сказав, что в пять раз больше, чем было у колоний в то время, когда они достигли своей независимости. Одна только Джорджия обладала в прошлом году, согласно докладам нашего главного контролёра, облагаемой налогом собственностью на шестьсот семьдесят два миллиона. Долги семи Конфедеративных Штатов, сложенные вместе, образуют меньше восемнадцати миллионов, в то время как долги других Соединённых Штатов, сложенные вместе, образуют огромную цифру в сто семьдесят четыре миллиона долларов. Это без учёта городских долгов, долгов корпораций, железных дорог, которые давят и продолжат давить тяжёлым бременем на ресурсы этих Штатов. Эти долги, добавленные к другим, образуют общий долг немногим менее пятисот миллионов долларов. С таким размером территории, который у нас есть, с таким населением, климатом и почвой, непревзойдёнными на всей Земле, с такими ресурсами в нашем распоряжении, с производством, которое контролирует мировую торговлю, кто может испытывать сомнения в нашем успехе, присоединятся к нам остальные или нет?
Это правда, я считаю, что выражаю общее чувство, когда высказываю своё желание, чтобы пограничные Штаты к нам присоединились. Различия во мнениях, которые существовали между нами до сецессии, относились больше к политике по закреплению этого результата через сотрудничество, чем от разногласий на тему безопасности, к которой мы все стремились.
Эти разногласия скорее относились к политике, чем к самому принципу, и как сказал мистер Джефферсон на его инагурации в 1801, после разгорячённой гонки, предшествующей его выборам, могут быть различия во мнениях без различий по сути, и что все в какой-то степени были Федералистами и Республиканцами; то же самое можно сейчас сказать и о нас, что как бы не были различны наши мнения насчёт лучшей политики сотрудничества с нашими братскими пограничными рабовладельческими Штатами, когда дошло до худшего, мы все сотрудничали, и теперь мы все за независимость, придут они к нам или нет.
В связи с этим я воспользуюсь случаем, чтобы сказать, что и я был не без серьёзных сомнений, что когда дойдёт до худшего порвать со старым правительством будет единственным решением для нашей безопасности, это будет связано с ещё большими болезнями, чем было до того. Но пока мы не увидели никаких подобных инцидентов, которые обычно происходят с революциями. Мы не увидели ничего похожего на конвульсии. Мудрость, благоразумие и патриотизм отмечали каждый шаг нашего прогресса до сего момента. Это предзнаменование хорошего будущего, и для меня предмет истинного удовлетворения, что я могу сделать это заявление. Меня могут помиловать за то, что я скажу, но люди, которых я встретил в Конгрессе в Монтгомери — самый компетентный, мудрый, консервативный, решительный, непоколебимый и патриотичный коллектив, какой я встречал в своей жизни. Их работа говорит за них; временное правительство говорит за них; конституция и постоянный парламент будут вечным монументом их достоинства, заслуг и прозорливости.
Но возвращаясь к вопросу будущего. Каков же будет результат этой революции?
Продолжится ли всё столь хорошо, как началось? В ответ на этот взволнованный вопрос я могу сказать только что всё зависит от нас самих. Молодой человек, начиная свою взрослую жизнь со здоровьем, талантом и способностями, под благоприятным Провидением, можно сказать, является архитектором его собственной судьбы. Его судьба в его руках. Он может создать себе имя честное или бесчестное, в зависимости от своих действий. Если он планирует жить по правде, чести, доблести и справедливости, с трудом терпением и энергией, он не может провалиться в своём успехе. Так же и с нами. Мы молодая республика, только входящая на арену наций; мы сами будем архитекторами своей судьбы. Наша судьба, под Провидением, в наших руках. С мудростью, благоразумием и прозорливостью со стороны наших публичных личностей и умом, добродетелью и патриотизмом со стороны нашего народа, можно рассчитывать на успех в полной мере наших самых искренних надежд. Но если преуспеют неблагоразумные планы, если мы разделимся, если произойдёт раскол, если взойдут противоречия если будут рождаться фракции, если партийный дух, питаемый нечестивыми честолюбивыми намерениями, поднимет голову своей гидры, у меня нет хорошего пророчества для вас. Без ума, добродетели, честности и патриотизма со стороны людей никакое республиканское или представительное правительство не может быть долговечным или стабильным.
У нас есть ум, добродетель и патриотизм. Это всё, что нужно, чтобы поддерживать нас. Ум не сработает без добродетели. Франция была нацией философов. Эти философы стали Якобинцами. Им не хватало добродетели, этой преданности моральным принципам, и патриотизма, необходимого для хорошего правительства, организованного на принципах идеальной справедливости, поиска правды и дружбы со всеми другими властями — я не вижу препятствия на пути нашего прогресса. Наш рост с приходом других Штатов будет зависеть от того, представим ли мы миру, а я верю, что представим, лучшее правительство, чем то, которому принадлежат соседние Штаты. Если мы сделаем это, Северная Каролина, Теннеси и Арканзас не будут долго колебаться; как и Вирджиния, Кентуки и Миссури. Они обязательно потянутся к нам по всемирному закону. В нашей конституции мы предусмотрели достаточное количество условий для допуска других Штатов; этот вопрос более защищён, и я думаю, справедливо, чем в старой конституции по тому же вопросу, но не слишком защищён, чтобы принять их так быстро, как может потребоваться. Смотря в далёкое будущее, и вероятно, даже и не в далёкое, не за пределами возможного и даже вероятного, что все великие Штаты северо-запада потянутся туда же, куда и Теннеси, Кентуки, Миссури, Арканзас итд. Они должны это сделать, и наши двери достаточно широки, чтобы принять их, но только когда они готовы согласиться с нашими принципами.
Можно ожидать почти с абсолютной точностью, что процесс дезинтеграции старого Союза продолжится, если мы продолжим верный курс. Мы теперь — ядро растущей силы, которая, если мы будем верны себе, нашей судьбе и нашей высшей миссии, станет контролирующей силой этого континента. Насколько продолжатся пополнения или когда они закончатся, будущее покажет. Что касается Штатов старого Союза, то этот процесс не будет основываться на таких принципах реконструкции, о которых сейчас говорится, а на реорганизации и новой ассимиляции. Таковы некоторые взгляды в будущее, как его вижу я.
Но поначалу мы обязательно должны встретить неудобства и сложности и конфузы со всеми изменениями в правительстве. Это почувствуется в наших почтовых вопросах и изменениях в каналах торговли. Эти неудобства, надеюсь, будут временными, и должны быть встречены с терпением и снисходительностью.
Насчёт того, должны ли мы воевать с нашими недавними союзниками или должны ли все различия между нами быть улажены по-доброму, я могу лишь сказать, что вариант мирного урегулирования лучше, насколько я уведомлён, чем он был ранее. Вариант войны, по меньшей мере, не так пугает, как раньше. Идея принуждения, затененная в инаугурационной речи президента Линкольна, кажется, не прослеживается до сих пор так энергично, как ожидалось. Считается, что Форт Саммер будет скоро эвакуирован. Какой курс будет выдвинут для Форта Пикенса и других фортов залива, пока что не совсем понятно. Очень хотелось бы, чтобы они все сдались. Наша цель — мир, не только с Севером, но и со всем миром. Все вопросы общественной собственности, общественных долгов Союза, когда мы были его членами, мы готовы и жаждем уладить на принципах права, равенства и добросовестности. Война не может быть более выгодна Северу, чем нам. Будет ли намерение эвакуировать Форт Самтер быть получено в качестве доказательства стремления к мирному урегулированию наших трудностей с Соединенными Штатами или в результате необходимости, я не берусь сказать. Я хотел бы надеяться на первое. Однако ходят слухи, что это следствие необходимости. Всё, что я могу сказать вам, таким образом, по этому вопросу, — это хранить броню начищенной, а порох сухим.
Самый верный путь сохранить мир — это показать свою способность постоять за свои права. Принципы и позиция нынешней администрации Соединенных Штатов, республиканской партии, представляют некоторые загадочные вопросы. Хоть у них и установлен принцип никогда не ступать и ногой на нашу территорию, они кажутся равно решительными не отдавать ни дюйма „проклятой земли“. Несмотря на их крики против института, они, казалось, одинаково возражали, чтобы получить больше, или отдать то, что они получили. Они были готовы сражаться против вступления Техаса и в равной степени готовы сражаться против его отделения. Почему так? Как можно объяснить этот странный парадокс? Кажется, есть только одно рациональное объяснение, что несмотря на все их заявления о гуманности, они не склонны отказываться от тех благ, которые они получают от рабского труда. Их филантропия уступает их интересам. Идея обеспечения соблюдения законов имеет лишь одну цель, и это сбор налогов, взимаемых с рабского труда, чтобы наполнить фонд, необходимый для покрытия их тяжелых приобретений. Добыча — это то, за чем они следуют, хотя она происходит из труда раба.
Принятие Штатов Конгрессом под конституцией было законодательным актом, и по природе контракта или уговора между принимающими и принимаемыми Штатами, почему бы к этому договору или уговору не относится как к, своего рода, всем остальным гражданско-правовым договорами, подлежащим расторжению по взаимному согласию обоих сторон? Отделившиеся штаты расторгли его со своей стороны и вернули свой суверенитет. Почему, если Север желает мира, весь вопрос нельзя уладить просто в конгрессе с обоих сторон с подачи президента, дающего согласие на наше отделение и признание нашей независимости?

Ссыль
Остались два штата, не оставивших явных и публичных документов и речей, объявляющих причины их сецессии — Северная Каролина и Арканзас. По крайней мере, их посланий сквозь время я не нашёл. Но если всех приведённых мною фактов не хватает, чтобы убедить моего читателя, то я поднимаю белый флаг, ибо на мой взгляд я предоставил более чем достаточные доказательства того, что рабство было не просто „одной из“ причин. Оно было главной, и подавляющей причиной отделения Юга, на фоне которой все остальные причины канули в лету и были забыты.
— Сегодня мы обсуждаем один из самых запутывающих вопросов в американской истории. Что стало причиной гражданской войны? Шучу, конечно, никакой это не запутывающий вопрос, рабство стало причиной гражданской войны!
— Мистер Грин, мистер Грин! Но как же насчёт прав штатов, национализма, экономики?
— Я из прошлого, в твой первый год обучения тебе будет преподавать мистер Флимминг, белый южанин, который покажется тебе 182-летним, и ты скажешь ему что-то в классе насчёт прав штатов. И мистер Флимминг повернётся к тебе и скажет: „Права штатов на что, сэр?“, и это будет первый раз в твоей мелкой жалкой жизни, когда тебе будет поистине нечего сказать.

— Джон Грин, историк с YouTube.

В заключении хочу поблагодарить участников данного срача (на самом деле нет, идите нахуй) за дополнительную мотивацию к изучению данной темы. Ибо однажды мне всё же придётся сдавать по ней экзамен. С чувством выполненного долга я поднимаю бокал вина.
Тебя же, мой читатель, я попрошу лишь об одном — помнить. Когда в следующий раз кто-то заявит тебе, что столь крупная братоубийственная война произошла просто из-за бабок, вспомни этот пост. Вспомни все источники, которые я постарался для тебя найти. И вместо того, чтобы верить демагогии о деньгах, помни, что на этой войне сражались люди, а не банкоматы. Это были люди. Внушаемые, идейные, разгорячённые свободой слова и жаждой справедливости, как бы каждая сторона ни понимала её. Помни слова тех, кто был там непосредственно и рисковал своей свободой и жизнью за правду, в отличие от истины, для каждого свою. Ведь лишь сейчас, сквозь призму времени, мы можем рассуждать, кто из них герой, а кто — подонок.
Конечно, сегодня мы коснулись лишь вершины айсберга письменных свидетельств причин этой войны, и их существует ещё огромное множество. Но увы, моих сил не хватит рассмотреть их все сейчас. Если же ты, мой читатель, имеешь что добавить к данному труду или оспорить его, с радостью приглашаю тебя в комментарии. А я пока откланяюсь.

54 комментария

В ленту.
Что это?
Да это же многабукф!11, прочтения, пожалуй достойных, для чего автору однако придётся крошить простыню в щепки, и пущать удобоваримые кванты полезной информации по течению срачей множества,…
Стоит между абзацами расставить пустые строки?
Что-то типа, но за 1строку кофе не сваришь, нужны смысловые куски, откусываемые ваншот, и усваиваемые за переменку.
Я — «за». С межабзацными интервалами читать удобнее.
Кстати, к постам планировалось больше картинок. Но так как атрибут «align» по какой-то причине не работает, ничерта не вышло. Если кто скажет, как выравнивать по правому/левому краю, буду признателен.
Я по слогам читаю, мне это до конца жизни придется читать.
Ну что могу сказать...
Мозг человека, читающего комментарии саши-флаера, постепенно замещается мозгом саши-флаера. В связи с этим — вопрос: где взять скрипт, который бы скрывал комментарии пользователей табуна по заданному списку?
Когда-то этот функционал был вшит в табун, и было несколько пользовательских скриптов. Вряд ли что-то из этого всё ещё работает.
А что юзерскриптам-то сделается? Последний, насколько я помню, был от одной п, и как раз в результате действий александра-летающего появился. Но это уже было жестоко, поэтому ссылку давать не буду.
А что юзерскриптам-то сделается?
Перестанет работать из-за изменения механики сайта?
Главная причина: Больше налоги на ввозимые товары принятые севером и рабовладельчество южан
Плюсик за размер текста, как нибудь заставлю личных нигеров в перерывах между работой на плантации почитать мне это перед сном :3
Ни черта себе)) «Это очень важно, в Интернете кто-то неправ.» Ты вот лучше скажи, нахрена мне это читать? Чем то, что ты переводил, лучше написанного в Википедии или на Лурке по теме? Если там тебе что-то не нравится — иди, правь там статьи и доказывай, что они неправы, добавляй дополнительную инфу и т.д. — больше толку будет, чем выкладывать такую простыню на сайте про цветных коней. Ограничение на количество символов как бы намекает, что посты длиной больше него выкладывать бессмысленно — всё равно почти никто не прочитает.
Здешний материал никак не противоречит тому, что написано по всяким Википедиям. Но то, что в Википедиях изложено полно, здесь изложено коротко, зато подробно расписаны первоисточники, в которых прямо и однозначно можно проследить причины.
Окей, тогда
1) Стоит убрать чушь про пропаганду и написать это прямо в первом посте. Потому что мне лично не очевидно, что это короче. С калькулятором, конечно, не сидел.
2) И всё-таки найти более адекватный ресурс, куда это можно выложить, чтобы там это хоть кто-то прочитал, потому что иначе это довольно бессмысленная трата времени (не считая, что ты сам узнал, что-то новое, конечно, но это, по-моему, можно было сделать и не набирая >100500 символов).
Стоит убрать чушь про пропаганду
О, уверяю тебя, последнее, что сочтут чушью, — это мой сарказм про пропаганду. Ведь это единственное, что не указано в официальной версии.
Больше никогда не буду ругать Магрегора за рулоны текста. Три рулона — намного хуже.
Разнообразия ради, похвалю автора — да, наверно, сестра таланта с ним не ночевала, но это не такой уж большой грех.
Как тайный югофил, клопающий на КША и Роберта Ли, почерпнул для себя кое-что интересное — и наверно, почерпну еще больше, когда более внимательно и более полно осилю весь текст.
да, наверно, сестра таланта с ним не ночевала
Я изначально думал, что удастся вместить и тексты оригиналов под спойлеры, но когда уже на первой декларации заготовка текста порвала Табун, я понял, что дофига хочу…
Для подобного есть специальный блог.
Опа, не знал. Сейчас устроим.
бездуховность
Ну да, видно, какой колоссальный труд проделал ТС. Интересно было бы увидеть также официальные причины других военных конфликтов, типа
ввиду того, что Соединенные Штаты помогают народам Юго-Восточной Азии защитить свою свободу и не имеют никаких территориальных, военных или политических намерений в этом регионе, а желают лишь, чтобы эти народы жили в мире и получили возможность независимо ни от кого определить свою собственную судьбу.

— официальная позиция для Вьетнамской войны и так далее. Поучительный бы сборник был бы.
Когда пришёл посмотреть новости про милых разноцветных лошадок, а тебе предлагают прочитать пару десятков страниц об истории хомо.
Дружбомагичный совет уважаемому Автору
Кат вообще-то есть. Спойлеров не хватает.
Да, большая работа проделана. Познавательно вышло.
Но один момент я так и не уяснил: так из-за чего же началась война? Хорошо, часть штатов так любят работорговлю, что аж кушать не могут, и решили отделиться. Почему нельзя было сказать «Ну и пусть бегут, всё равно у них нет ни предпринимательского духа, ни индустриализации, скоро сами будут назад проситься»? Зачем нужно было подталкивать к боевым действиям?
Свободен должен быть каждый, где бы он не находился. Как-то так.
А чего они тогда сразу Африку не поплыли освобождать? ) Не, я понимаю, что сейчас аргумент «мы принесли этим отсталым чувакам демократию!» весьма актуален, но на то время его вроде бы ещё не изобрели?
«Гренада, Гренада, Гренада моя… „
Очень древняя традиция — нести дикарям свободу, цивилизацию,…
Никто бремя белых не отменял.
Почему нельзя было сказать «Ну и пусть бегут, всё равно у них нет ни предпринимательского духа, ни индустриализации, скоро сами будут назад проситься»?
Так не происходит ни в одном сепаратистском конфликте. Отделение какого-то региона — это всегда потеря политического контроля, собственности и торговых связей. Это потеря береговых линий, торговых путей, налогов, южного сырья для северной текстильной промышленности. Никакая власть не согласится просто взять и отдать это всё. Тем более, что несмотря на полувековой конфликт аболиционистов и рабовладельцев, доходивший до мордобоя в том же Кровавом Канзасе, предложения выгнать их их союза даже не поступало. Ну не рассматривался такой вариант тогда, разрыв союза не казался вообще каким-то выходом ни для власти, ни для народа, который ещё недавно воевал с южанами плечом к плечу против Мексики.
Да и Юг бы назад не попросился. Он хоть и производил всех товаров меньше, чем Север, но и нужно ему было меньше. Это в войне они, понадеявшись истощить Север, прососали, так как несмотря на всю их браваду о том, как они кормят весь Север, они производили меньше его по всем фронтам. В мирное же время они бы вполне прожили, хотя и близко не были бы так сильны, как Север.
потеря береговых линий, торговых путей, налогов, южного сырья для северной текстильной промышленности. Никакая власть не согласится просто взять и отдать это всё
То есть причиной именно войны (а не просто раскола в обществе) стали таки политико-экономические причины, а не рабство?

не рассматривался такой вариант тогда, разрыв союза не казался вообще каким-то выходом ни для власти, ни для народа
Не рассматривался, не рассматривался, а потом все ВНЕЗАПНО заторопились на выход? Как-то странно. Я не очень знаком с вопросом — как не сенаторы и губернаторы, а простой народ отнёсся тогда к расколу? (Простой народ скорее не тот, что совсем простой, а что-то ближе к среднему классу.)

В мирное же время они бы вполне прожили, хотя и близко не были бы так сильны, как Север.
То есть всё-таки злобный Север сказал «не пущу и точка», никакого тебе права на самоопределение…
То есть причиной именно войны (а не просто раскола в обществе) стали таки политико-экономические причины, а не рабство?
Как тебе сказать, многие историки отсчитывают гражданскую войну уже от Кровавого Канзаса. Ведь по сути насилие началось именно там, просто нация тогда не была разделена на бумаге. Там происходило всё то же, но в меньших масштабах: было ополчение, были пушки, было чёткое разделение интересов южан и северян.
И как можно вообще рассматривать в качестве причин последствия разрыва, а не его предпосылки?
Не рассматривался, не рассматривался, а потом все ВНЕЗАПНО заторопились на выход? Как-то странно.
Наверное, стоило уточнить, что я писал именно про северное население. Южане то давно поглядывали на выход.
Я не очень знаком с вопросом — как не сенаторы и губернаторы, а простой народ отнёсся тогда к расколу? (Простой народ скорее не тот, что совсем простой, а что-то ближе к среднему классу.)
А вот тут сложнее. Найти свидетельства от простых людей, а не от политиков — задача не тривиальная. Наверное, стоит глянуть дневники свежепризванных солдат.
То есть всё-таки злобный Север сказал «не пущу и точка», никакого тебе права на самоопределение…
Да.
Государство это живой организм. Отрезая, скажем ногу человеку, ты бьёшь по всему, по сердцу, по мозгу, по печени. Так и тут. Правда нога отдельно от человека не выживет, а вот регион может быть и да.
Что-то, судя по цитируемым письмам, такие соображения никому в голову не приходили. И тогда, получается, позиция Севера: «Вы ж без нас обязательно пропадёте, так что мы лучше вас в бараний рог свернём, но не отпустим! Ради вашего же блага!»
??? Народ??? рабовладельческих южных штатов не просто поддерживал рабство, он им жил.
или правящая верхушка?
И те и другие. Хотя низшие слои финансово от рабства никак не выигрывали, оно всё равно было накрепко вплетено в южную культуру. При существовавшем тогда расизме мысль о равенстве с чернокожими казалась кощунственной даже самым низам. Аболиционизм на югах не существовал как явление, и когда появились республиканцы, они не получали там никакой поддержки. Плюс они оказывали поддержку рабовладельцам в правящей верхушке. На выборах 1860 года в одном рабовладельческом штате, где Линкольн всё же был обозначен в бюллетенях, он получил где-то около 1% голосов.
И те и другие. Хотя низшие слои финансово от рабства никак не выигрывали, оно всё равно было накрепко вплетено в южную культуру. При существовавшем тогда расизме мысль о равенстве с чернокожими казалась кощунственной даже самым низам.


Свободные не принадлежавшие к правящим кланам, ввиду бесперспективности, сбегали на север, в результате чего, болшинством населения были рабы, не имевшие права голоса,
Аболиционизм на югах не существовал как явление, и когда появились республиканцы, они не получали там никакой поддержки. Плюс они оказывали поддержку рабовладельцам в правящей верхушке. На выборах 1860 года в одном рабовладельческом штате, где Линкольн всё же был обозначен в бюллетенях, он получил где-то около 1% голосов.


… а зависимые люди голосовали как велено.
в результате чего, болшинством населения были рабы
Треть. Их никогда не было большинство.
А налогом эта «собственность» облагалось?
Да. Об этом прямо написано в одной из деклараций или речей.
Значит, скрывали безбожно, и вряд ли коррумпированность тогдашнего юга была меньше нашей сегодняшней, соответственно, следует умножать, раза в 4 -10 в разных местах, и у разно авторитетных семей.
Как показала послевоенная практика, Юг был гнилым до мозга костей в плане коррупции. С 13 поправкой к конституции любой подневольный труд был запрещён на территории всех штатов, за исключением наказания за преступления. Так южане стали сажать каждого встречного негра по надуманным причинам и использовать их как рабов. Северу приходилось неоднократно вмешиваться и стучать по башке кому надо, но несмотря на незаконность, эта практика продолжалась ещё долго, и повязан в ней был много кто.
Это, кстати, отличный пример того, почему использование труда заключённых должно быть запрещено законодательно. Иначе государство не упустит возможности эксплуатировать рабский труд. То же самое было и в СССР и в других тоталитарных странах.
Люди, чья тревожность связана с угрозой нарушения гомеостаза, будут голосовать за любого, кто обещает этот гомеостаз поддерживать.
А тревожность связана с угрозой нарушения гомеостаза как раз таки в случае экономической зависимости от данной системы или её представителей.
Эта тревожность связана с чувством нормальности.
Конечно, «ненормальную» то училку зараз уволят.
Да. В школьной среде мораль соответствует морали примерно середины XIX века. Например, информация о наличии у неженатой учительницы партнера — это билет на выход сразу.
Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.