Prompt #135 закрыт. 2 работы



Тема прошедшего экспромтаТема: Негармоничная Дружба.
Описание темы: Все знают о том, что воплощают собой Элементы Гармонии. Смех, Верность, Честность, Щедрость, Доброта — всё это соединяется в самую сильную магию в мире: Дружбу, способную разогнать тьму и злодеяния. Но состоит ли Дружба только из этого? Возможно ли существование Дружбы на чём-то, что может считаться… плохим, даже тем, что противоположно Элементам. Кого-то ведёт к Дружбе эгоизм, кого-то — жадность, кто-то циничен по отношению к своим друзьям, а кто-то вообще их ненавидит или нагло контролирует. Какова сила такой… дружбы? И почему она вообще возникает и держится?


Следующий экспромт начнётся в субботу, 15 декабря, в 10:00 по московскому времени.

Также напоминаем, что вы можете присылать свои темы для экспромта через специальную форму на тумблере. Поступившие темы будут использованы для проведения совместных промптов.

14 комментариев

Prompt #135: «Ненавидеть» от Индрик-ЗверьСкуталу ненавидит, когда Свити Белль оставляет в чашке недопитый кофе. Скуталу ненавидит, когда Свити Белль громко зачитывает заголовки газет – хоть уши затыкай! Скуталу ненавидит, когда Свити Белль просит помочь ей приглядеть за своим питомцем («Такой же дурацкий, как и его хозяйка», — думает пегаска), ненавидит, но почему-то всё равно соглашается.

В единорожке раздражает абсолютно каждая деталь: как она манерно поправляет гриву («Ещё чего, копирует свою старшую сестру!»), как она прикрывает копытцем рот, когда смеётся, как она растягивает слова, к которым хочет привлечь внимание. Скуталу едва сдерживается, чтобы не закричать: теребит лиловую растрёпанную гриву («Зато не прилизанная, как у некоторых, да, Свити Белль?»), хмурится, фыркает, но не говорит ни слова.

— Я так рада, что ты смогла прийти, дорогуша! — улыбается Свити Белль, впуская подругу (подругу ли?) в бутик Карусель, который Рэрити любезно оставила младшей сестре навсегда, уехав в Кантерлот. Скуталу едва заметно закатывает глаза, когда слышит будто бы чужую интонацию в голосе Белль. — Осталось подождать, когда придёт Эпплблум. Сегодня последний день, когда она помогает Эпплджек со сбором яблок.

— Ага, — угрюмо кивает головой Скуталу и совсем не смотрит на гостеприимную единорожку. — Да, здорово.

— Ах, девочки, мы так давно не собирались вместе! — она сверкает улыбкой. — Всё так изменилось с тех пор, как мы выросли. Удивительно, что мы едва можем выкроить друг для дружки время! Ну, ладно о плохом. Скуталу, пройдём на кухню, я сделаю для тебя кофе.

Скуталу морщится, натягивая ответную улыбку. «Чёрт, только не кофе! Я ненавижу твой кофе, Свити Белль, точно так же, как ненавижу тебя!»

— Спасибо, — бубнит пегаска и идёт следом за хозяйкой бутика, стараясь не глядеть по сторонам. Каждая мелочь пробуждает в ней только большую злобу. Зачем она сюда пришла? Почему продолжает общаться со Свити Белль?

Единорожка напевает незамысловатую песню, которая трелью соловья разносится по небольшой кухне. Скуталу нервно постукивает копытом по поверхности стола. Свити Белль поёт громче. Скуталу громче стучит. Свити Белль берёт самую высокую ноту, когда разливает кофе в белоснежные чашки. Скуталу взрывается.

— Прекрати!

— Аа? — Единорожка неловко улыбается и левитирует напиток на стол. — Кажется, я забыла блюдца.

— Зачем ты это делаешь?

— Блюдца? Ах, вот они! — громко, но почему-то всё равно мелодично произносит Свити Белль.

— Ты специально, да? — Скуталу скрипит зубами.

— О, точно, кексики! Сейчас принесу!

Она бросается к шкафу, но когда достаёт первые несколько кексов, Скуталу не выдерживает и бьёт копытом по столу, совершенно не заботясь о том, что может пролить горячий кофе и разбить сервиз. От неожиданности Свити Белль роняет десерт на пол, испуганно округлив глаза и не смея пошевелиться.

— Что, чёрт возьми, происходит?! — ещё немного и Скуталу зарычит. — Что за цирк ты устраиваешь?

— Скуталу, милая, — бормочет единорожка, переминаясь с ноги на ногу. — Я не совсем понимаю, о чём ты.

— Нет, ты всё прекрасно понимаешь! — Скуталу встаёт из-за стола, приближаясь к ошалевшей Белль. Стоит так близко, что может в деталях рассмотреть бегающие по комнате глаза, да только не хочет. Смотрит, будто сквозь. — Думала, я куплюсь на это дешёвое представление? Какого хрена, Белль? Это и ослу понятно, что ты меня сюда позвала не для встречи с Эпплблум, — пегаска зло фыркает и топает копытом. — Слушай, у меня не настолько дырявая память, чтобы забыть, как Эпплблум пару дней назад говорила, что уезжает на неделю со всей семьёй участвовать в родео в Седловой Арабии!

— Скуталу!

— Я ненавижу тебя! — пегаска жмурится, чтобы слёзы не потекли по щекам, и бежит прочь. И ей самой не ясно, почему она вдруг заплакала. Не хотела признавать правду? Не хотела в это верить? Ненавидела Свити Белль и всё равно не хотела сделать ей больно?

— Ты прям так ей сказала? — удивляется Рейнбоу Деш. — Ну ты жжёшь, Скут! Я, конечно, это не одобряю, но у тебя, судя по всему, очень много смелости.

Пони сидят (или лучше сказать, утопают?) в облаках, но даже не глядят на расстилающийся внизу пейзаж. Скуталу обиженно отворачивается всё время разговора, сопит и шмыгает. Она сама не знает, почему решила выговориться Рейнбоу, но это было первое, что она сделала, как только вылетела из бутика. Теперь юная пегаска чувствовала стыд за свои эмоции, за то, что не смогла их сдержать.

— Святая Селестия, мне так хочется отмотать время назад, — ноет Скуталу, зарываясь в перину облака.

— Хах, ну ты можешь, конечно, обратиться к Твайлайт, но не думаю, что она станет тебе помогать, — голос у Рейнбоу хриплый, но успокаивающий. — Слушай, Скут…

— Мм?

— А почему ты ненавидишь Свити Белль? Ты так и не сказала. Ну колись! — она пихает подругу в бок. — Увела у тебя кого-то что ли? — пегаска сдерживает смешок.

— Пффф! Ещё чего! Увела она только мои нервы, — Скуталу выбирается из перины и садится так, чтобы видеть лицо Рейнбоу Деш. — Я… Я сама не могу понять, почему всё так резко изменилось и когда.

— Да, подружка, для меня это тоже новость.

— Чувство такое… Дурное. Как будто я ей чем-то должна. Может, потому что мы в детстве дружили, но сейчас меня это только душит, — Скуталу вздыхает. Ей всё-таки не дано объяснять нормально. — Будто… Будто я не могу с ней перестать общаться, потому что своего внутреннего жеребёнка это сильно расстроит. Ну, знаешь, вся эта психология. Грубо говоря, хрень, в которой я не разбираюсь.

— А ты не пробовала поговорить с ней?

— Я не могу. Не получается. В этом-то и проблема.

— Но ты хочешь?

— Наверное, — Скуталу обиженно шмыгает носом, избегая смотреть в ту сторону, где находится бутик. — Может, я Свити Белль и не ненавижу вовсе.

— Ха, ну ты загнула! Только что обратное говорила, подруга, — Дэш смеётся.

— Говорю же, не могу себя понять! — возмущается пегаска. Глаза щиплют от слёз, болит голова – в таком состоянии думать о произошедшем совсем сложно. — Может, я даже не её ненавижу.

— А кого тогда? — взгляд у Рейнбоу Деш выпытывающий и по-хищнически голодный.

— Не знаю. Себя? — предугадывая назревающий у подруги вопрос, Скуталу сразу вдаётся в подробности. — За слабость, например. За то, что не говорю, когда меня что-то злит. Я ведь могу это сделать, но меня что-то останавливает. И Свити Белль мне не всегда такой плохой кажется. Мы же с ней были не разлей вода, а сейчас что? Я же вижу, что она до сих пор пытается наладить отношения. Вон даже на чай меня пригласила сегодня, может, обговорить ситуацию хотела. А я что? А я не могу сдерживаться, когда она рядом! Меня злит даже то, как она дышит! Я говорю с ней и то – через силу.

Осознание пришло в одно мгновение. Скуталу обхватывает голову копытами и валится на облако.

— Чёрт, ну что я натворила?

Дэш поглаживает вымотанную кобылку по более растрёпанной, чем когда-либо, гриве.

— Поговори с ней, а?

Скуталу ненавидит Свити Белль. И себя она тоже ненавидит. И птиц, которые поют по утрам. И яркое солнце. И отражающие его лужи. Скуталу ненавидит, что она ненавидит. Она хочет мир полюбить таким, какой он есть, и Свити Белль полюбить обратно, но не получается. Может, старается недостаточно? Да куда там недостаточно, когда уже не спит несколько дней, всё думая и думая, и думая…

— Свити Белль.

Единорожка молчаливо впускает понурую пегаску в бутик. Совсем как недавно. На лице Свити ни следа тревоги, слёз, переживаний. Только пустота в глазах чувствуется.

Скуталу вваливается в комнату, смотрит по сторонам, вспоминает вкус детства: смех, приключения, поиски кьютимарок, Рэрити, в очередной раз разозлившуюся на долгие посиделки в гостях.

— Свити Белль, я не тебя ненавижу.

Неудобно как-то получается после всего, что было. И обнимать единорожку тоже неловко.

— Я себя ненавижу, только верь мне, пожалуйста.

Свити Белль вздрагивает, и Скуталу готова поклясться, что сейчас её подруга (опять же, подруга ли?) плачет.

— Прости меня. Я, наверное, извиняться не умею. И дружить с тобой тоже – не умею. Только я тебя больше не ненавижу, слышишь? Слышишь?

И голос оказывается надломленным, дрожащим, без следа уверенности. И Скуталу сама точно такая же – будто бы надломили.

— Ты ведь меня тоже не ненавидишь? Я пойму, если это не так.

— Нет, дорогуша, я тебя совсем не ненавижу, — всхлипывает Свити Белль, украдкой пытаясь смахнуть слёзы. — Это всё из-за меня. Вижу же, что всё изменилось, а всё равно пытаюсь вернуть прошлое. Я не хочу тебя отпускать, Скут, но ты сама уже давно меня отпустила, — она делает глубокий вздох, пытается справиться с надвигающейся истерикой.

— Неправда. Если бы отпустила, перестала бы приходить к тебе по первому твоему зову. Я не могу тебя отпустить, Белль! Просто не могу!

— Вот беда, да? Друг друга не можем отпустить, когда это нужно, — слёзы превращаются в подобие смеха, нервного и неровного.

— Нет, не нужно! — зачем-то протестует Скуталу. — Слушай, я согласна приходить к тебе на чай, согласна терпеть все твои выходки, согласна терпеть твою манеру речи, на всё согласна, ты только не обижайся на меня, ладно? Свити Белль, я же так не могу. Если я тебя отпущу, то во что превратится моя чёртова жизнь? Мне без твоих дурацких привычек, как без солнца. Ты ведь не станешь меня солнца лишать?

И Скуталу плачет, когда Свити Белль смеётся. Только у пегаски плач радостный, облегчённый, а у единорожки смех грустный и ранящий.

И Скуталу больше не ненавидит, когда Свити Белль оставляет в чашке недопитый кофе. Скуталу не ненавидит, когда Свити Белль громко зачитывает заголовки газет – вот бы ещё послушать! Скуталу не ненавидит, когда Свити Белль просит помочь ей приглядеть за своим питомцем («Такой же дурашливый, как и его хозяйка», — думает пегаска), не ненавидит и потому соглашается.

В единорожке уже не раздражает каждая деталь: ни как она манерно поправляет гриву («Совсем как Рэрити!»), ни как она прикрывает копытцем рот, когда смеётся, ни как она растягивает слова, к которым хочет привлечь внимание. Скуталу теперь не сдерживается, чтобы не закричать, потому что кричать как-то совсем не хочется: не теребит лиловую растрёпанную гриву («И почему не такая аккуратная, как у Свити Белль?»), не хмурится, не фыркает. Лишь бы побыть со Свити Белль ещё пару минут.

От Индрик-зверь: на этот раз объём вышел больше, но писалось тяжелее. После полученного модификатора (Враг мой, друг мой — рано или поздно наступит момент, когда герой, вновь и вновь вступая в схватку со злодеем, не сможет окончательно его победить. Смысл, если он стал тем, ради кого ты вообще живёшь?) сразу в мыслях возникли эти двое.
Отзыв от Wild_duckМне сложно что-то сказать об этом фанфике. Чувства очень противоречивые. С одной стороны, мне что-то не понравилось, вызвало отвержение. Может быть, я сам не хочу признавать, что задетая вами тема очень часто проявлялась у меня в жизни. С другой стороны, от вашего произведения чувствуется тепло. Да дружба сохранилась.
Отзыв от СерогоКотаСумбурно, как и любые попытки понять, или хотя бы рассказать, что ты на самом деле чувствуешь. Особенно если это такие сильные чувства, как любовь и ненависть. (Не путать с либидо.)
От любви до ненависти один шаг, верно и обратное. И все-таки, слишком резким кажется этот шаг. Слишком внезапным — переход от “едва сдерживается” к “лишь бы побыть с ней ещё пару минут”. Может быть, виной тому уточнения в последних абзацах, “вот бы ещё послушать!”, “и почему не такая аккуратная, как у нее?” и др., которые четко дают понять, что старая подруга героиню не просто “не раздражает”.
В остальном, не считая некоторых корявостей текста, хорошая работа, и отличный повод поискать в ней себя.
Отзыв от Аналитической ТриксиО-о-о, у этого фанфика очень приятный вкус. Мне определенно нравится этот язык — сочный, живой и весьма изобретательный. Впечатление несколько портят отдельные выражения, вроде “бегающих по комнате” и “щиплющих” глаз (не стоит одушевлять части тела, ой, не стоит!), но в целом очень хорошо.

Персонажи тоже хороши. Эмоционируют весьма натурально, держат свои линии поведения, различаются по стилю речи. Это найс.

Что плохо? Плохо выдержан сюжет.

То есть, общая линия понятна — Скутс ведет себя как чмо, переосмысляет свое поведение и перестает вести себя как чмо. Она вполне читается. Но она плохо работает из-за своей одновременной гиперболизированности и невыраженности. С одной стороны, непонятно, что такого вообще произошло на облаке, что заставило Скутс сменить поведение. По сути ей просто внезапно дало в голову, по крайней мере, из диалога это не следовало. С другой стороны, она взяла и разом стала совершенно иной. Я могу это понять на уровне поведения — действительно, можно упорно держать новую линию поведения, не допуская ошибок. Но на уровне эмоций? Выглядит фальшиво. Ненатурально.

В общем и целом, фик вышел приятный, оставляющий после себя хорошие впечатления. Но я бы посоветовала ее переработать, потому что эта невыраженность сюжета ощущение портит. Имеет смысл объяснить, что именно перевернулось в голове Скутс, возможно — дать Дэши более конкретные реплики, которые это подскажут. Стоит сделать преображение Скутс не таким однозначным.

Но, так или иначе, это выглядит вкусно. Хотелось бы увидеть творения автора и в будущем :)
Prompt #135: «Анти-Элементы» от УспевшегоСлишкомМало АвтораКогда мир стоит на краю гибели, когда дружба и любовь бессильны, а надежда уступила отчаянию, в бой вступают они…

─ Дэйбрэкер! ─ крикнул единорог фиолетового оттенка, отворив тяжелую дверь тронного зала.

─ Кто посмел?! ─ воздух взорвался от королевского голоса.

Еще пятеро пони показались в дверях, и все вместе, два пегаса, два единорога и два земных пони, прошли в центр залы.

─ Ах, это вы. ─ улыбнулась Пылающая принцесса, появившись в клубах огня и дыма прямо перед ними. ─ Еще одна кучка маленьких пони, строящих из себя героев…

─ “Героев”? ─ переспросил оранжевого цвета земнопони, Строуберри Вермут, подавшись чуть вперед. ─ Простите, что перебиваю, ваше высочество, но когда вы в последний раз видели наши “геройства”? Нет, может у нас просто разные представления о героях и геройствах, но… серьезно? Кражи, вооруженные нападения, шантаж, и много другое, и все без тени сожаления, и вам это прекрасно известно, и вы говорите, что мы “строим из себя героев”?

─ Вы пришли сюда, с одной единственной целью ─ СРАЗИТЬСЯ СО МНОЙ! И я горю желанием СЖЕЧЬ ВАС ДОТЛА! ─ королевский голос обдал жаром всех шестерых.

─ Ну, вообще-то, мы пришли договориться… ─ вышел вперед Дим Доун.

─ Хватит пустых слов!

Волна уже вполне реального огня прокатилась в сторону пони. Стоящий впереди единорог спешно закрылся магическим щитом, оба земных пони прыгнули под защиту второго единорога, а пегасы метнулись к выходу.

─ Но, Ваше высочество, послушайте! ─ пытался перекричать грохот огненного шквала Дим.

Каждое огненное копье, врезающееся в его щит, высекало шипящий сноп искр и дополняло узор из страшной толщины трещин. ТандерФлай, видя это, метнулся к другу, и оказался между ним и огненной бестией ровно в тот момент, когда магический щит, не выдержав напора, разбился вдребезги. Очередное огненное копье ударилось ему ровно в грудь и, наполнив воздух запахом паленой шерсти, отбросило его на несколько метров.

Шипя от боли он заорал:

─ Вам не нужны союзники?

Огненный шквал прекратился. В горящем взгляде принцессы мелькнула заинтересованность.

─ Да, именно об этом мы и хотели договориться! ─ Воспользовался замешательством Дим. ─ Послушайте, мы прошли через множество испытаний, большую часть из которых нам устроили вы, а другую бездумность ТандерФлая…

─ Эй! ─ Воскликнул упомянутый желтый пегас.

─ Но сейчас не об этом. ─ продолжил единорог, понимая, что захватил внимание Дэйбрэйкер. ─ Со всеми испытаниями мы справились. Как показала практика, мы отличная команда.

─ Хотя поначалу мы правда собирались… свергать тиранию… и спасать мир, но… ─ вставил Вермут.

─ Но потом мы подумали: зачем? ─ подхватил Дим. ─ То есть, единственная причина, почему мы объединились, в том, что мы просто хотим лучшей доли. Каждый из нас. И для каждого оказалось проще и выгоднее действовать сообща. И Вам прекрасно известно, как мы предпочитаем решать проблемы.

─ Да, например, как ТандерФлай “добывал” нужную информацию. ─ сказал Вермут.

─ Нормально добывал. У нас не было времени, и я знал, что тот пони боится высоты. ─ ответил пегас.

─ Теперь-то точно боится. Сколько он летел до земли? Секунд семь? И ты еле успел его поймать! ─ продолжал огрызаться Вермут.

─ Ну да, немного не рассчитал, ну подумаешь, хромает теперь, зато он сразу нам все выложил! ─ отбивался Флай.

─ Да, не спорю, мы тогда узнали много полезного. В том числе, почему ты бывший вандерболт.

─ Или почему ты — бывший дипломат.

─ Туше. ─ Признал оранжевый земнопони.

─ Девочки, не ссорьтесь. ─ сказал Дим. ─ Без воли к действию и бескомпромиссности Тандера мы бы только топтались на месте. Трудно недооценить способность действовать так, как считаешь нужным, не взирая ни на чье мнение. Помогает в этом и твой цинизм, Вермут, к тому же, ты всегда действовал на нас отрезвляюще. Хотя тебя часто противно слушать, ты всегда говоришь правду.

─ Не моя вина, что вам постоянно нужно напоминать, что у вас копыта в крови. У кого-то даже буквально… ─ оживился Вермут.

Стоящий рядом с ним земной пони мужественно розового оттенка медленно повернул к нему голову и спокойно ответил:

─ Я всего лишь разбил ему нос.

─ Скажи это стражнику, которого ты выкинул из окна по пути сюда.

─ Он мог нас заметить. Это были… ─ розовый пони задумался.

─ Превентивные меры. ─ сказал Монохром Стил, голубых тонов пегас.

─ Спасибо. ─ поблагодарил Стэйнлесс Стилл ─ И там под окном были кусты.

─ А, ну раз кусты, значит он в полном порядке. Кусты конечно же спасут его от падения с третьего этажа. ─ не унимался Вермут.

─ Вообще-то спасут. Он же падал ногами вниз? ─ спросил Монохром.

─ Да.

─ Ну вот. Значит он скорее жив, чем мертв. А учитывая, что на нем броня, он не так сильно поранится об ветки. Так что можно сказать, что он еще и цел.

Инициативу снова подхватил Дим, обращаясь к принцессе:

─ Мистер Бесчувственность и сэр Скептицизм. Один незаменим, когда нужно действовать, в особенности, когда необходимо действовать, например, когда нужно пройти мимо, потому что ничем не можешь помочь, или потому, что потратив время на помощь здесь, не успеешь помочь там, где это важнее, но та же бесчувственность полезна и тогда, когда попросту выгодно пройти мимо, или пройти по головам. Монохром в той же степени необходим, когда надо составить план. Нет, правда, с долей скептицизма любой план просто обречен на успех, потому что этот пессимист будет продумывать любой вариант провала, и придумает на каждый из них по несколько планов отхода. ─ Дима на секунду замялся, но тут же взял себя в копыта. ─ Но любой план составляется с какой-то целью, для чего-то, и тут необходим Эго. Тот, кто всегда, везде и во всем ищет выгоду. Тот, кто из всего извлекает пользу. Причем наибольшую пользу, и именно для себя. Это он предложил присоединиться к вам, Дэйбрэйкер.

Но есть еще кое-что. То, что действительно объединяет нас всех, и даже в большей степени чем эгоизм. То, что есть в каждом из нас, и чем мы всегда руководствуемся в наибольшей степени…

Его прервал страшный грохот, от люстры, упавшей ровно на голову Дэйбрэйкер.

─ Холодный расчет. ─ с облегчением выдохнул он.

ТандерФлай и Эго тут же понеслись освобождать принцессу Луну, запертую, как они узнали раньше, в ближайшем крыле замка, а Монохром, который и скинул люстру, подлетел к потерявшей сознание тирану и принялся вместе с Димом надевать на нее все блокирующие магию артефакты, какие они только смогли найти за все время своих путешествий.

─ Почему так долго? Я уже почти начал импровизировать! ─ сказал Дим, не отвлекаясь от дела.

─ Ждал идеального момента. Этот, конечно, не был идеальным, но вроде сработало. ─ ответил Монохром.

Когда работа была почти закончена, и Дэйбрэйкер стала напоминать скорее киборга, из-за надетых на нее обручей и ободов разной ширины, инкрустированных светящимися, переливающимися всеми цветами радуги камнями всех форм и размеров, задумчиво подал голос Стэйнлесс:

─ Знаете, а я и сам почти поверил, что мы присоединимся к ней…

Дим только молча кивнул в ответ.

Из стоящего здесь же, в зале, фонтана, он телекинезом собрал шар воды, размером с себя, и бросил его в многострадальную голову огненной принцессы. Насквозь промокшая и все еще запертая под погнутыми обломками люстры, Дэйбрэйкер бешено металась глазми по зале, быстро приходя в себя. Но был и хороший знак: сейчас ее огненная грива куда меньше походила на пылающий костер, можно было даже различить отдельные локоны разных оттенков красного.

─ Принцесса Селестия, ─ начал Дим твердым голосом, ─ Вы ведете себя как обиженный ребенок. Ваши маленькие пони любят вас. И всегда любили. Не важно, что говорят о вас во всяких подворотнях и желтых газетах, мы любим вас! Не важно, в чем вас пытаются уличить разные снобы или даже ваша сестра, они просто вам завидуют! Потому что знают, что не смогут вас затмить, знают как сильно мы вас любим, принцесса Селестия!

В этот момент в залу ворвалась Лунная принцесса и с криками “Прости меня, сестра!” бросилась на шею Селестии.

─ Посмотрите вокруг, принцесса. Вы послушались злых языков, и к чему это привело? Вас все боятся. Вспомните, как много зла и нам пришлось совершить, чтобы сейчас я мог сказать вам это. Но мы все равно любим вас, принцесса Селестия. Пожалуйста, вернитесь к нам. Вернитесь, чтобы могли любить вас еще сильнее.

Неотрывно, с мольбой он смотрел в глаза своей принцессы, и видел, как ярость уступает свое место мудрому спокойствию и бесконечной заботе.

─ Спасибо вам, мои маленькие пони, ─ начала принцесса Селестия, дождавшись всех шестерых героев и одарив каждого улыбкой, ─ Спасибо, что напомнили мне кто я, и в чем мое предназначение, когда я совсем об этом забыла. Спасибо, и надеюсь, вы сможете простить меня за то, что вам пришлось…

─ Да, да, да, мы поняли. Так нам заплатят или нет?
Отзыв от Wild_duckСначала смутило перечисление всеми героями своих “заслуг” и манера подачи перед лицом опасности, но потом все встало на свои места. Неплохой фанфик.
Отзыв от Аналитической ТриксиХорошая задумка. Нет, реально хорошая — переиграть вторую серию поней, сменив типажи главных героев на их “темные” аналоги. Я бы сказал, мне бы реально было интересно почитать о приключениях этих героев, узнать о них больше.

В чем большая проблема фика? Нету первой серии. Вместо того, чтобы показать каждого из героев, погрузить в мир и дать какую-то подоплеку событий, автор просто заставил двоих героев все обо всех рассказать. Не то что бы этот прием не имеет права на жизнь, но здесь он не особо сработал. По сути мы видим просто анти-функции, а не персонажей. Им не хватило воздуха.

Та же херня с событиями. Автор явно экономил место или что-то в этом роде — все вышло дико скомканно, из-за этого поведение Дэйбрейкер и Луны выглядит карикатурным.

В общем и целом, я бы сказала, что эта идея заслуживает большего. Не маленькой зарисовки, которая кончилась раньше, чем началась, а полноценной истории. Возможно, даже в виде серии переиначенных эпизодов сериала. Фигня где-то там, что идея анти-шестерки сама по себе довольно простая и очевидная. Интересно в ней то, как она реализована, как герои поведут себя в разных ситуациях, как будет развиваться эта странная дружба. Для этого не хватило места.

Я бы посоветовала автору думать дальше. И писать дальше эту идею. Она на самом деле интересная.
Черновики, недописанные рассказы, задумки — в эту ветку (под спойлером)
Было кое-что, что хотелось написать, но… в какой-то момент ситуация зависла и я не понял, каким образом можно было это вырулить достаточно адекватно, чтобы это не окончилось пшиком.
«Последствия магии» от зовущегоАскетаАрхимаг сегодня был неожиданно молчалив.
Он стоял на одной из террас, около каменного парапета, свесив за его пределы седую, кудрявую бороду. Взор глядел далеко вперёд, на волны океана, медленно катящихся к основанию морской башни, будто тюлени — к новому лежбищу. Бородатого единорога это успокаивало… и вместе с тем вводило в тоску. Он видел, как в будущем волны обрушат эту башню и она упадёт в морские пучины, после чего будет лежать там всю оставшуюся вечность. Этому моменту ещё только предстоит наступить — однако он наступит, пускай и не скоро.
Он пришёл уже в седьмой раз на этот богами забытый остров. Богами — но не смертными, каким был и сам архимаг. Раз в десятилетие сюда приходили сильнейшие чародеи со всего света, чтобы обсудить глобальные проблемы и вопросы касательно того, в чём они сильнее всего разбирались — в искусстве магии. В основном это были единороги из Эквестрии и Чейнджнарра и витранги из Кервидерии, но сюда также приходили и певцы грифонов с инженерами хорсийцев. И даже лидеры стран — сложно было представить, что на очередное десятилетнее собрание не придёт, например, императрица-кирин из Сизой Империи. Магия была слишком сильным ресурсом, чтобы её можно было игнорировать в практически всех аспектах государственной — и не только — жизни.
А не так давно один земной пони крайне катастрофично усугубил положение, внезапно заявив, что она ещё может быть и доступной. На этом собрании о нём только и говорили. Архимаг чувствовал страх внутри остальных, опасения касательно того, что будет дальше. Мир и так достаточно сильно страдал от всяческих “тёмных” колдунов и безумцев, взывающих к Первородному Хаосу. А что будет теперь, если оказывается, что достаточно упорства и передних копыт, чтобы сделать простой магический огонёк? Что будет, если каждый начнёт злоупотреблять магией? И что насчёт всяческих гильдий, в которых ремесло совершенствовалось с небольшим использованием магии? Совет переполошился так, будто только сегодня осознал, что оказывается магию можно использовать и во вред.
Ему задавали много вопросов. Крайне много. Спрашивали его советов. Бородатый архимаг лишь кивал, мотал головой и вздыхал, находя их все не стоящими даже морской воды на берегу острова. Вполне понятно, почему задавали ему — тот самый земной жеребец, научившись колдовать, вызвал на дуэль никого иного, как самого Старсвирла Звёздоборода.
И, что ещё хуже, он победил.
Старый единорог заметил, как над волнами, разрезая их, кто-то бежал. Даже не бежал — скользил, оставляя за собой заметный след. Старик хмыкнул — он знал, что бегуну ничего не стоило просто найти мел, костяной порошок и хрусталь, основные компоненты для создания транзитного портала. Да, он будет открыт всего лишь минуту и его сотворение требовало каллиграфической точности, однако было ли это проблемой для настоящего волшебника? Тем не менее бегущий по волнам добирался именно… кхм, вплавь. Это занимало больше времени, больше сил, в равной мере физических и магических. Это говорило о том, что тому либо были известны не все грани его таланта, либо он глупил, либо… презирал тех, кто его горячо обсуждал на сегодняшнем собрании.
Скользящая фигура неспешно прошла через волны и оказалась у подножья морской башни, вскоре войдя в неё. Архимаг хмыкнул, предположив, что сейчас та быстро поднимется по лестнице, игнорируя аэролифт, и с размаху откроет двери в круглый зал совещаний. Как тогда, во время Большой Галы, в грязной дорожной одежде и пыльных копытах. Основные диспуты уже закончились — однако государственные маги вполне могли продлить их… потому что к страннику будет куча вопросов. А внимания он, несомненно, хотел бы привлечь к своей персоне.
Вот только похоже он хотел внимания только одного.
— Я думал, что ты будешь там, за столом.
Дёрнув ухом, старый единорог стукнул посохом, опираясь на него, и повернул голову в сторону того, кто обращался к нему. Неподалёку от него, рядом с парапетом, стоял земной жеребец, с мокрой тёмно-красной, как спёкшаяся кровь, шёрсткой и чёрной с проседью гривой. Его белые, слепые глаза глядели прямо на архимага — но последнему казались, будто на самом деле он смотрит куда-то за ним. Будто он был всего лишь препятствием между наблюдателем и объектом.
— А я думал, что ты эффектно появишься, открыв двери, и будешь презрительно оглядывать всех вокруг, — хмыкнул единорог, немного прищурившись на собеседнике. — Ты мог прийти сюда раньше, если бы создал банальный донельзя транзитный портал. Зря, что ли, его древний Абен-Рим придумал?
— У меня не было материалов для создания портала, — раздражённо фыркнул в ответ земной, моргнув и совершив пару шагов вперёд.
— Не было? Неужто сам легендарный Кайрел Коснувшийся столкнулся с проблемой, которую он не был в силах решить? — иронично усмехнулся архимаг, помотав головой на ответ пришельца. — Твоя северная обитель — это шпиль из чистого кристалла размером с рог Солнцеликой, прямиком из Первородного Хаоса. Откуда такие проблемы?
— Это не обитель. Больше нет, — сжав губы до тонкой линии, Кайрел выдохнул носом воздух и опёрся о парапет, чтобы обратить взор к океану. — Она теперь зовётся Академией. Я обошёл половину Эквестрии и Грифоньих Королевств с Чейнджнарром, прежде чем прийти сюда. Завтра днём глашатаи будут говорить о том, что идёт производится новый набор учеников. На этот раз — общий, без лисьих шёпотков. Капитаны в пяти портах уже готовят команду к долгому плаванию…
— Ну… поздравляю, — скудно ответил архимаг, поворачиваясь обратно к парапету. — Я надеюсь, ты понимаешь, что будет дальше? Какие проблемы ведёт за собой твоё решение?
— Я понимаю риск, Старсвирл. Я понимаю, чем чреват такой наплыв учеников. Мне пришлось напрячь уже имеющихся, чтобы они помогли расширить Академию и…
— Ты не понял, — произнёс укоряющим голосом наставника единорог, покачав головой. — Я спрашиваю тебя не о том, что будет дальше касательно проблем в твоей Академии на севере. Её проблемы будут оставаться в твоих стенах. Но твои решения… нет.
После этих слов между единорогом и земным наступило напряжённое молчание. Казалось, можно было услышать гудение в воздухе — и только звуки волн внизу приглушали потяжелевшую атмосферу. Один маг ожидал ответа от другого. Но тот, похоже, был глух…
— В первый раз, когда я тебя увидел, ты был злым. Жестоким. Ты обошёл две трети мира, чтобы увидеть, как перед тобой дрожат, как ты рушишь чужие устои… ты злорадствовал там, в Кантерлоте, когда…
— Ты поддался.
Где-то вдали тишину ночи нарушил гром. Архимаг даже нервно дёрнул своей головой, зазвенев бубенцами на одежде. Это не могло быть случайностью, нет. Похоже, этот жеребец просто хочет опять его напугать. Или рассердить. Или и то, и другое.
— Я бы сейчас советовал тщательнее следить за словами, Кайрел. Если я и в самом деле тогда поддался, я не буду поддаваться сейчас.
— Я очень долго думал над тем, что было в тот день. Ты прав, тогда я был злым и жестоким. Я всю жизнь задавал один и тот же вопрос — но ответом мне было молчание. Но я нашёл ответ — и понял, почему мне ничего не говорили. Старсвирл… — погрубев в лице, произнёс земной жеребец. — А не стал бы и ты злым, коль узнал бы на моём месте, что каждый мог творить заклинания ещё до прихода Сестёр?
— Несомненно. Но я бы не дал на твоём месте злобе захватить свой разум.
— Тогда почему ты поддался мне, архимаг? — недоумённо, хоть всё так же грубо спросил Кайрел. — Мною вело в тот день безрассудство и неприязнь. Я жаждал возмездия, я хотел увидеть, как рушился привычный мир в глазах у всех — в том числе и у самой Солнцеликой Богини! — когда обычный пони при помощи копыт творит то, что могли бы сделать только волшебники, проучившись десять лет в Кантерлотском Институте. И ты бы мог меня остановить, Старсвирл. За твоей головой были десятилетия постижения тайн магии, понимания её граней и взаимодействия нитей. Я видел, насколько сильны плетения твоей души. Даже сейчас ты сильнее меня. Будь я разумней, я бы не вызвал тебя на дуэль. Почему же?..
Что-то внутри архимага начало покрываться инеем. Собеседник заставил его задуматься о том, в чём он был уверен достаточно сильно. И засомневаться в этом. Он помнил тот день очень хорошо — разговор с Селестией, её громкий объявляющий голос, незванного грязного гостя, жёсткий диалог богини и нового мага. И долгую, долгую дуэль за право называться великим волшебником этого времени. И ведь земной был прав — у него вполне были способы осадить дерзкого наглеца и заставить того задуматься, стоило ли вызывать на дуэль архимага Эквестрии. Только сейчас он понимал, что их было предостаточно…
Вот только он их не использовал. Он дал Кайрелу победить.
Моргнув, Старсвирл поднял взор на земного жеребца недалеко от него. Его слепые глаза смотрели прямо на него — похоже, он вглядывался в “нити” магии, которые он “видел”.
Обсуждение прошедшего экспромта
Чатик
Очень хотел поучаствовать. Серый пегас не обижайся на меня. ПРОСТИ! Но не дописал фикос.
Ничего-ничего, бывает… хотя для недописанных рассказов вон специальная ветка есть ;)
Но очень рассчитываю, что не пройдёшь мимо в наступающую субботу!
Ну он настолько не дописан, что он не имеет смысла для показа и совсем не раскрывает тему.
Но очень рассчитываю, что не пройдёшь мимо в наступающую субботу!

Ну после такого я не смогу не прийти. Если только совсем что-то уж экстраординарное произойдёт.
Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.