Хроника капитана Себрастиана. Глава 7. Чужие сны

Нынче мне снятся чужие сны — ярче моих и выше,
Снится мне медных небесных змей звонкая чешуя,
Тайные комнаты снятся мне, снятся крутые крыши,
Снится мне, в общем, что я — не я и песенка — не моя…

Спой мне, красавица, я, хоть и дурак, непрост,
И не пуста моя голова,
В ней обитает ветер — девятибалльный Ост,
Тот, что приносит лето на острова.

Олег Медведев «Чужие сны»


Завершаем вторую сюжетную арку, ту, которая про рыбалку. Юмора поменьше, философии побольше. Немного шаманства, капелька хулиганства и солидная порция кошачьего пения.

Обложка на удивление точно попала в настроение этого переломного момента в отношениях героев.
За красивую картинку спасибо Hibari-Kyoya


Меня тут успели записать в страшные рабовладельцы, таки отвечаю — ни фига. Просто я спойлерю тексты Scheadar , а она иногда вдруг берет и вдохновляется. Например, вот так:
Зарисовка спойлерит происходящее в главе

ЧитатьКак ни странно, но основательно треснуть грот-мачта все же не успела, а залатать парус можно было и в пути, тем более что ставить основной грот было, мягко говоря, нецелесообразно. Задерживаться у берегов Зебрики не хотелось — сезон штормов не просто неумолимо приближался, он был уже прямо здесь, над горизонтом, и прорываться в любом случае будет сложно. Не то чтобы на Канареечьих островах было невозможно перезимовать, но после того, как Себрастиан провел на острове больше десяти дней, ему хотелось чего-нибудь менее экстремального, и шторма казались чем-то таким… обыденным и не лишенным своего очарования. Так что на мачтах стояли штормовые паруса, а намеченный курс невероятной змеей петлял между островами. Дальше намеченная широкими штрихами линия уходила в открытое море — там Себрастиан не решился заранее говорить о курсе, проще всего будет ориентироваться по границам фронтов, когда они встретятся в пути. От каких-то получится увернуться, какие-то можно будет переждать, а оставшиеся будут уже не так страшны.

Крепкий ветер вспенивал изумрудно-зеленую воду, и шхуна недовольно гудела, взбираясь на волны и скатываясь с них. С отдельных волн она падала, глухо плюхаясь днищем о поверхность воды. Уворачиваясь от форштевня, в стороны то и дело прыскали белые барашки пены. Нэд сначала сидел в кубрике и не решался высунуть нос на палубу. Одно дело — ходить в Хуврском заливе, там всё, что сильнее легкого бриза, считается ураганным ветром, особенно если ходить на стареньком шлюпе. И совсем другое — настоящий ветер и вдобавок волны, брызги от которых то и дело обдают всех, кто в этот момент был на палубе. Но в какой-то момент ему всё же пришлось совершить маленький личный подвиг и проскакать через всё судно до самого бака. Где-то по пути страх перед стихией у голозадого смыло начисто. Себрастиан правда, вздохнув, подумал, что вместе со страхом ему вымыло остатки мозгов и чувства самосохранения, и порадовался, что приказал натянуть по бортам сетку. Абсолютно мокрого, но счастливого Нэда из неё выпутывали уже пятый раз…

— Значит, ты две недели проторчал на этом острове? — поинтересовался за ужином Мбици.

— Да. И когда мимо меня прошел мой собственный корабль, уже решил, что и сезон штормов я буду пережидать там же, — Себрастиан с блаженной улыбкой потянулся за чайником. — И по ночам мне бы снился чай.

— Да уж, запаренное сено — самый прекрасный сюжет для кошмаров, — хихикнул Мбици. — Нет, ну ты подумай, мы две недели прочесывали эти грифоновы острова, но нам и в голову не могло придти, что ты станешь рыбачить прямо у фарватера, честное полосатое!

— Канареечьи. И тут никогда не бывало настолько много кораблей, чтобы распугать рыбу. Сюда ходим-то только мы, «Донна Маргарита» и еще парочка единорогов.

— После двух неделей бесплодных поисков — грифоновы, знаешь ли, — проворчал Мбици, собирая посуду со стола. — Что ты сделал с беднягой Лидвубу? Его так трясло, когда мы на него наткнулись на Большой Канарейке. Внятно он сумел объяснить только, что попал на лодке в жуткий шторм. К тому же он где-то нашел ром, ты представь, как от него несло! Я думал, сам опьянею, пока хоть что-то выясню, честное полосатое! Судя по его виду, он беспробудно пьянствовал дней пять, не меньше.

— Вот уж действительно бедняга, — покачал головой Себрастиан. — Его унесло в море, пока он спал. Кажется, я всё же недооценил шок, в котором он проснулся. Не припомню, чтобы он когда-нибудь напивался…

— Совершенно сухопутное создание. Ещё и неприспособленное к выживанию, к тому же. И почему-то считает других примерно такими же. Он был уверен, что ты погиб. Правда, ничего более внятного мы от него не добились. Но завывал он жутко, честное полосатое. Даже нет. Скорее — противно.

— Боюсь, после этого он еще долго не отважится выйти в море. Надеюсь, вы доставили его на Зембру?

— Естественно, не на Канарейке же ему куковать! Запасы рома у него уже кончались. Нет, но каково… прямо под носом! Кэп, и после этого ты еще ворчишь на мои милые шутки! Честное полосатое, они по сравнению с твоей выходкой — ну просто милые шалости…

— Ты мог бы и сказать, куда собираешься, — заметил Гореб.

— Да уж, не у всех тут с детства присмотрены «секретные бухты»…

Себрастиан вздохнул и опустил голову, виновато прижав уши. Гореб покачал головой, ничем более не выдав своего негодования.

— В любом случае, мы все безумно рады, что ты жив. И что ты на борту, — подытожил он.

— О, да! Потому что иначе кому-то пришлось бы допивать все твои запасы чая, — степень волнения Мбици всегда проявлялась в странностях его шуток. Себрастиан улыбнулся уголками губ.

Нэд за ужином радостно рассказывал всем, какие редкие, яркие и вообще самые-самые рыбки у него теперь есть. Капитан поддакивал и краем глаза следил за Атаманшей и ее неугомонным потомством. Сегодня он уже трижды спасал аквариум от покушения. Кошке, кажется, очень понравилась идея обучения котят искусству рыбалки. Особенно при том, что всё необходимое так удачно приплыло в лапы, прямо с доставкой на шхуну. К тому же, вот уж кто-кто, а Атаманша в шторм не вылезала на палубу: кажется, вылизывать потом просоленную шкуру ей очень не нравилось. Приходилось терпеть страшную муку — мытье…

Нэд покушения на рыбок пока еще не замечал, поэтому был весел и, беззастенчиво пользуясь хорошим настроением взрослых, под шумок допивал третью кружку компота. Он, конечно, немного расстроился, когда капитан отказался от компота за ужином, но мало ли как там у зебр принято поступать после спасения… Ну, или он просто не любит сладкое. Или еще почему-то. В любом случае — Нэду больше достанется, вот!

Гореб весь день незаметно присматривал за жеребенком, но, похоже, всё обошлось без проблем. Максимум — живот заболит от такого количества сладкого, ну да ладно, чай, не младенец уже. Так что замечаний боцман делать ему не стал, просто усмехнулся и отправил отчаянно пытавшегося подавить зевок матроса в кубрик. Тот попытался возразить, что вовсе даже не устал, но все-таки зевнул.

— Да ты клюешь носом, как заправская чайка, а ну, брысь отсюда дрыхнуть! — хихикнул Мбици, и Нэд, еще раз внимательно посмотрев на собравшихся на камбузе взрослых, со вздохом кивнул и ушел готовиться ко сну.

— Интересно, это он из принципа пытался допить компот, или кто-то из вас с ним о чем-то поспорил? — поинтересовался Себрастиан.

— По-моему, он просто не хотел надолго оставлять тебя без присмотра. Вдруг ты опять надумаешь улизнуть и пропасть, кто ж тебя знает! Он беспокоился за тебя больше всех, — пояснил Гореб.

— Да уж, — проворчал Мбици. — Я лично дважды его вылавливал у шлюпки. Один раз ночью. А когда мы прекратили поиски… Честное полосатое, даже я никогда не громил камбуз с таким рвением. На двух кастрюлях остались следы его бурного мятежа, можешь убедиться лично. По-моему, он их пинал. Или швырял в дверь, вон та вмятина очень похожа по форме на дверную ручку.

— А нечего запирать маленьких жеребят на камбузе. Тебе ли не знать, Мбици, сколько у них энергии, и что бывает, если ее совершенно некуда расходовать. Сами виноваты. А новые кастрюли опять мне покупать… Вот почему на этом судне вечно так — команда цирк устраивает, а капитан — это что-то вроде дворника…

— Ага, разбежался уже, кастрюли он покупать будет… Знаю я твои кастрюли, на них рюшечек будет больше, чем полезного пространства внутри… Сам куплю, не порть мой камбуз, — ворчливо отозвался Мбици.

Разговор плавно перешел на какие-то отвлеченные темы, команда разбредалась, кто на вахту, кто в кубрик, а Себрастиан, подумав, заварил себе еще чаю. Утром он был слишком рад своему спасению, чтобы задать несколько вопросов, но к вечеру разыгралось любопытство. Мбици ушел спать минут десять назад, но Гореб невозмутимо набивал трубку — он неплохо чувствовал, когда у капитана есть к нему какой-то разговор. И откладывать его всё равно бессмысленно, только пытку продлевать. Обоим.

Себрастиан налил себе чаю, сделал глоток и, помолчав еще секунду, спросил:

— Гореб, как вообще могло произойти, что ты позволил вывести судно из гавани прямо в сезон штормов? Ну я бы понял, если бы вы вышли в пятницу. Или тринадцатого числа. Но в сезон штормов?!

— А ты бы предложил зимовать там? Ты представляешь, что бы сказал Совет? Мы и так сначала две недели донимали их тем, что они нам срывают сроки, а потом внезапно задержались в порту еще на десять дней.

— Только не говори мне, что ты бы прислушался к мнению Совета Племен! Я был о тебе высокого мнения и не хочу его менять. Если бы от вполне разумного решения перезимовать в спокойном городе эти древние мумии-таки благополучно перекочевали бы к предкам… Нет, я бы не удивился, но это было бы вполне в их стиле. Учитывая то, что мозг они, похоже, делят один на всех…

— Это тебя растила донна в обстановке абсолютной фривольности, у меня была скромная патриархальная деревушка, и меня учили уважать седины, — это должен был быть упрек, наверное, но боцман даже не пытался скрыть усмешку — всё-таки он тоже одобрял далеко не все решения Совета. Хотя обычно не демонстрировал это, он вообще держался где-то едва ли не в параллельном измерении от политики.

— Да я с нашим плавучим цирком скоро сам поседею! Хм… А если я поседею, мне же можно будет напроситься в Совет, как считаешь? Я буду там самым молодым… и самым седым. И самым нахальным, конечно же. Гореб, вот если когда-нибудь я свихнусь и осяду в Совете…

— Тогда к нему можно будет прислушиваться?

— Тогда ты возьмешь «Иппотигра» и сбежишь с командой на другой конец света. И предки упаси тебя придти в Зебрастан…

Боцман усмехнулся, чуть кивнув головой. Себрастиан отсалютовал ему чашкой чая и сменил тему на что-то нейтральное. Чая как раз оставалось на недолгий дружеский разговор.

Они разошлись уже за полночь. Себрастиан ушел к себе в каюту, а Гореб отправился в кубрик. На мгновение задержался у гамака Нэда, поправив сбившееся одеяло — жеребенок иногда ворочался во сне. Еще раз пристально посмотрел на него и начал устраиваться на ночь сам.

Ночью Себрастиан проснулся от того, что ему стало холодно. Открыв глаза, он потянулся за упавшим покрывалом и замер — прямо на него шли два ярких огня. Почему-то оба зеленые…

— Моу-воу-воу! — сообщила Атаманша взволнованно, боднув капитана в переносицу.

— Чего тебе, полосатая бандитка? — зевнул Себрастиан.

Атаманша ухватила край покрывала зубами и засеменила к двери. Выглядело это потешно — маленькая кошка, то и дело теряя тяжелое вязаное покрывало, упорно волочила его к двери. Себрастиан представил, как он бы пытался утащить грот… по земле… да, наверное, выглядело бы примерно так же. Нет, грот — это многовато. Фок, наверное, если не стаксель.

Дверь каюты приоткрылась, на пороге обнаружились Мбици с Горебом. Мбици старательно пытался прикрыть свет от фонаря краем плаща для ночных вахт. Получалось у него откровенно паршиво, но он честно пытался. Себрастиан наблюдал за происходящим, прикрыв глаза.

— Какая у нас восхитительно-умная кошка всё же, Гор! Молодец, Атаманша, давай скорее сюда и ходу, пока кэп не проснулся.

Странные похитители подхватили покрывало и тихо закрыли за собой дверь. Атаманша оглянулась было на капитана, но успела скакнуть в щель проема. Себрастиан резко сел и на всякий случай потер глаза. Увы, это действительно был не сон, и вязаное покрывало было утащено полосатой бандитской кошкой при полном одобрении и всесторонней поддержке Мбици и Гореба. Нет, ну Мбици еще и не так развлекался, с него вообще бы сталось пойти и стянуть покрывало лично, безо всяких кошек, но Гореб?! Себрастиан со вздохом сполз на пол и понял, что ему очень не хочется идти в кубрик и разбираться, зачем вдруг этим заговорщикам могло потребоваться капитанское покрывало, но любопытство распирало. К тому же хотелось оценить шансы на то, что теплый уютный плед вернется на своё законное место.

В кубрике Мбици и Гореб пристраивали покрывало на чей-то гамак. Под ногами крутилась взволнованная Атаманша, подняв хвост трубой и изредка мяукая что-то на своем кошачьем языке. Это было неожиданно, Себрастиан ожидал увидеть устройство и утепление очередного гнезда для котят, но происходящее явно не соответствовало предположениям.

— Что у вас тут происходит?..

— Ти-ише ты! — обернувшись, яростно зашипел Мбици. — Еще разбудишь…

Он оттеснил капитана обратно на палубу и, аккуратно прикрыв дверь, фыркнул.

— Нашему голозадому кошмар приснился. Сам же знаешь, что бывает, если разбудить извне поперек кошмара — закольцуется еще, потом не прогонишь…

Себрастиан машинально кивнул, переводя взгляд с Мбици на дверь. Мбици, таскающий капитанское покрывало — это было понятно и привычно, тот же самый Мбици, аккуратно закрывающий за собой двери… Это было как раз что-то под стать Горебу, таскающему капитанское покрывало.

— А зачем вам нужен был мой плед?

— Кого бы это, как ты думаешь, он мог звать во сне, м? Хорошо, что за ним Гореб приглядывал, — Мбици вздохнул. — Всё-таки ты самое настоящее чудовище, кэп. Нельзя же так пугать жеребенка. Радуйся, что вчера он успел знатно побузить на камбузе, а то бы мы словили эту прелесть еще тогда. А тебя бы с нами еще не было…

Дверь открылась, и на палубу вышел Гореб. Как обычно, раскурил трубку — ну хоть что-то на этой шхуне остается незыблемым.

— На какое-то время утихло. Но я уверен, что завтра эта пакость вернется, и, говоря честно, боюсь, что тогда пледом мы уже не обойдемся: оно окрепнет.

— Может, загонять его завтра посильнее, чтоб опять без снов уснул? — задумчиво спросил Мбици.

Гореб покачал головой:

— Всё равно это только полумеры. Сколько ещё раз можно будет такое устраивать? К тому же, это кошмар не ослабит, наоборот только. Знаешь ведь, какая волна придет, когда в какой-то момент всё сдерживаемое прорвется. Нет, тут надо решать иначе. Посмотрим завтра ночью, есть у меня одно предположение… Ладно, до утра нормально проспит, там и Атаманша постережет. И нам всем тоже нужно поспать, завтра будет долгая ночь.

Себрастиан прищурился, но расспрашивать боцмана не стал — зачем? Сны — не та область, в которой капитан мог бы чем-то сильно помочь. Ну разве что пледом, да. Который, кстати, утром таинственно исчез с гамака Нэда раньше, чем жеребенок успел проснуться. Судя по его состоянию, обратно его волок Мбици на пару с Атаманшей. А шустрые котята помогали пропихивать под дверь капитанской каюты. Впрочем, донна вяжет на совесть, и подобные мелочи суровой корабельной жизни не могли причинить пледу сколь-либо значительный урон. Зато Нэд, кажется, ничего не заметил. Наверное, оно и к лучшему.

Поздний отбой не способствовал поддержанию привычного ритма жизни, и капитан, окончательно проснувшийся только к полудню, понял, что ближайшие пару дней он явно соберет все ночные вахты. Ну или просто будет сидеть полночи за картами…

Стук в дверь раздался где-то в середине собачьей вахты. На палубе слышался шепот, но разобрать отдельные слова было решительно невозможно. Себрастиан, недоумевая, открыл.

— Ты не спишь, какое счастье! — радостный шепот Мбици заставил капитана вздрогнуть от неожиданности. Обычно он разговаривал куда громче, и время суток никогда не было ему помехой. — Так, заносите. Ну живо-живо-живо!

— Кого? Куда?.. — только и успел спросить Себрастиан.

— Вот про «куда» это ты очень точно! — озабоченно огляделся Мбици. — Тут у тебя как-то не разгуляешься. Так, ладно, пока что на койку, а там, если что, сам перетащишь.

В каюту тем временем зашел Гореб и один из вахтенных матросов, осторожно державшие в зубах гамак со спящим Нэдом. Он изредка вздрагивал, явно с кем-то сражаясь во сне. И небезуспешно, судя по всему — вахтенный матрос не сумел увернуться от какого-то особо прицельного пинка и теперь мог похвастать свежим фингалом под глазом. Будучи уложенным на койку, Нэд брыкнулся еще пару раз и притих, по-прежнему хмурясь во сне.

Себрастиан посмотрел на принесенного и перевел вопросительный взгляд на Гореба.

— Как я уже говорил, ночь будет долгой, — философски махнул хвостом боцман.

— А… а при чем тут я? — капитан наконец улучил момент, чтобы задать мучивший его вопрос. — Зачем вообще ты… вы принесли его ко мне? Гореб, ты же умеешь ходить в сны, я знаю.

— Умею, — невозмутимо подтвердил он. — И Мбици умеет. А голозадый, между тем, ищет и зовет тебя.

— Но я не умею ходить в сны! — в отчаянии воскликнул Себрастиан. — Что я буду с ним делать?!

— С каких это пор явное шаманство стало единственным способом борьбы с кошмарами у жеребят? — усмехнулся Гореб. — Удачи, капитан. Черной ночи, белой охоты.

По сверкнувшим на мгновение глазам боцмана было понятно, что последнюю фразу он произнес не просто так. Себрастиан не знал этой формулы, но спросить было уже некого — Гореб произнес ее в дверях, а секундой позже в замке щелкнул ключ. Паршивцы, и когда только успели… Цирк. Натуральнейший цирк, вот просто как есть. Себрастиан вздохнул и, махнув хвостом на вредных шаманов, которые прекрасно могли бы самостоятельно решить проблему быстро, качественно и насовсем, повернулся к койке, на которой вытянулся в беспокойном сне Нэд. Он не проснулся, когда его перенесли в капитанскую каюту, зато врезал одному из тех, что его перетаскивал. Еще бы знать, насколько специально… В любом случае, ничего хорошего это не предвещало. Донна не учила Себрастиана этой стороне шаманства, но кое-что рассказывала. Например о том, что бывает, когда реальность слишком тесно переплетается с кошмаром. И как, по мнению Гореба, предполагалось их распутывать извне? Но он почему-то был уверен, что всё получится, а если боцман в чем-то не уверен, он предпочитает сделать это сам… Себрастиан усмехнулся и сделал несколько глубоких вдохов и выдохов. Это просто. Эта задача должна решаться гораздо проще, чем кажется на первый взгляд.

— Я здесь. Нэд, успокойся, я здесь, — Себрастиан присел рядом с изголовьем и поправил лохматую гриву. — Хотя я совершенно не имею понятия, что мне делать с твоими кошмарами… — добавил он еле слышно.

Нэд шумно вздохнул во сне и зарылся носом в капитанскую подушку. Откуда-то из-под стола вылезла Атаманша и, усевшись в пятне лунного света, принялась умываться. Ритмичное движение лапки по мордашке сопровождалось басовитым мурчанием. Себрастиан невольно залюбовался этим нехитрым «шаманским танцем». Почувствовав его взгляд, Атаманша обернулась на капитана, сверкнув на мгновение ярко-зелеными огнями глаз. Мяукнула вопросительно и отвернулась, продолжив свое кошачье шаманство. Капитан, пораженный, смотрел на вытянутый силуэт поджарой корабельной кошки в серебристом свете луны.

— Ну конечно! — прошептал Себрастиан с улыбкой. — Это же так просто…

Гореб, конечно, недоговорил. Впрочем, кто встречал шамана зебр, который бы обходился без загадок и недомолвок? Боцман хотя бы не рифмовал, и на этом спасибо: не нужно искать скрытый смысл и расшифровывать подтекст. А потом еще гадать, правильно ли ты его понял. Чтобы прогнать кошмар, совсем не обязательно в него лезть, его вполне можно рассеять извне. Надо только навести голозадого на правильные мысли. Одна маленькая деталь — простые разговоры в другие миры почти не проникают…

Себрастиан закатил глаза: рифмовать экспромтом, да еще и на строго заданную тему, он никогда особо не умел, а сказки донны всплывали в памяти зыбкими отрывками разноразмерных стихов и напевов. Такая мешанина только укрепит кошмар. Да уж, проще понять, что надо сделать, чем на самом деле сделать это… Впрочем, что-то совсем уж традиционное тут тоже не годится, голозадому-то нужен один конкретный персонаж. И этот персонаж очень редко следует традициям. Начать только придётся как положено, чтобы первый лучик протянуть…

Себрастиан поправил Нэду одеяло, подвинул поближе кресло и, устроившись в нем, негромко начал:

Как зацепишь быстрым взглядом, так решишь: «Как будто, рядом», а пойдешь — так вдалеке, в море или на реке сквозь туман блестит маяк. Не страшись его, моряк. Высится на фоне неба, на широтах, где ты не был, где сойдутся все пути, слушай, как его найти…

Вдохновение кончилось как раз в тот момент, когда Атаманша решила, что уже достаточно чистая. Кошка, потянувшись, выскочила из пятна лунного света и подошла поближе к спящему Нэду. Себрастиан рассеянно погладил кошку и продолжил рассказывать, уже не пытаясь рифмовать специально. Он просто чувствовал, что теперь это не нужно, он уже был где-то на границе сна и яви. Вот разве что завершить, пожалуй, тоже стоит стихотворным кусочком, это бы поставило красивую точку в рассказе и заодно помогло бы запереть границу.

Себрастиан не помнил, где услышал это странное слово «porte-bonheur», но знал, что оно означало «талисман». А звучало оно как раз как надо для его задумки. Так что сейчас Себрастиан сплетал воедино сказки донны и байки из собственной жизни, сочиняя историю про бродячий маяк, у которого сходятся все курсы. Атаманша лежала на спинке кресла и мурлыкала, задавая своеобразный ритм тексту, пусть и не рифмованному.

В какой-то момент дверь тихо открылась, и в каюту скользнул Мбици. Поставил на стол большую глиняную кружку с горячим чаем и столь же тихо исчез, заперев за собой дверь. Ночь чудес, не иначе. Чтобы Мбици по доброй воле заваривал чай? Еще и в своей кружке — немыслимо. Ладно, от одной заварки ей точно ничего не будет, раз сразу не раскололась. Зато можно потягивать горячий, но уже не обжигающий сладкий напиток и рассказывать дальше. Мбици появился как раз вовремя, чтобы невольный сказочник не охрип и не уснул сам.

«Во сне и проще, и сложнее удержать заданный курс», — рассказывал Себрастиан, аккуратно вплетая в сказочное приключение тонкие намеки и ненавязчивые советы для того, кого он по этому приключению сейчас вел. Становилось понятно, почему шаману со стороны приходилось входить в сон ведомого: так было гораздо проще направлять, можно было действовать прямее, а результат был заметен сразу. И поэтому же становилось понятно, почему донна практически никогда не ходила в сны: ей это было просто-напросто не нужно, она и без того чувствовала всю свою команду и родню.

Нэд, конечно, оставался довольно темной лошадкой для зебр, во многих смыслах, но вообще-то команда прекрасно понимала, что не так уж жеребенок от них и отличается. Ну, может быть, какими-то особенностями воспитания, не больше. Многое еще можно наверстать, а что-то и наверстывать не придется. А уж сказки на ночь — это вещь настолько древняя и общеизвестная, что действует вне зависимости от расы рассказчика и слушателя.

Сказочный герой — маленький жеребенок — тем временем храбро покорял океан, шел в шторм, не боясь волн, и совершал подвиги, как и положено настоящему герою. Его очень ждали на маяке, на этом таинственном бродячем острове, который назывался Порт Бонёр. Этот маяк освещал путь всем ищущим, главное только — не переставать верить.

Монотонное мурчание Атаманши не давало прерваться и задуматься над словами, и хорошо, иначе Себрастиан давно бы уже выпал из этого своеобразного транса. Сразу же, как только бы позволил себе подумать о том, насколько по-детски наивно звучит сказка. Но сейчас не нужно было глубоких подтекстов — внешне всё было просто и на поверхности, чтобы не дать Нэду уйти вглубь и там запутаться и окончательно утонуть. Всё скрытое наоборот, мягко выталкивало его из глубины кошмара, давая точку опоры для того, чтобы строить уже собственные ассоциации, которые будут надежно держать его на поверхности и позволят дать отпор любому кошмару уже без чьей-либо помощи.

Сказочный герой успешно выполнил свою миссию, можно было потихоньку закруглять рассказ. Инерции сочиненного текста как раз должно было хватить на простенькую рифмовку, главное — не упустить этот порыв: закончить нужно было без запинок, единым духом. Иначе можно было не только разрушить всё то, что только что они создали вместе с Нэдом, так еще и самому провалиться в кошмар.

Ложью, правдой, сказкой, былью;
Новым, старым, свежим, пыльным
Ты отыщешь место встречи,
Где сойдутся день и вечер,
Где поет морской прибой,
Если помнишь: я с тобой.


Себрастиан откинулся в кресле и с удовлетворением отметил, что странная «сказка на ночь» неплохо справилась с кошмаром. Голозадый уже не дергался беспокойно и не комкал одеяло, он лежал на боку, уютно приобнимая зевающую кошку, перебравшуюся на койку.

Атаманша тоже оценила состояние своего самого большого котенка и довольно прикрыла глаза, свернувшись клубочком под боком у Нэда. Юный матрос спал с улыбкой на мордашке, и Себрастиан тоже улыбался, глядя на эту парочку. Всё-таки кошка была невероятно умной и, что важнее, прекрасно умела наводить на правильные ассоциации. И петь умела тоже гораздо лучше. Кажется, место штатного полосатого шамана было успешно занято корабельной кошкой.

— Мистическая ты зверюга, — усмехнулся Себрастиан. Кошка не возражала.

За окном занимался рассвет: кажется, еще пара ночных вахт достанется капитану. Тем лучше, впрочем. Ни единого алого отблеска на небе не было видно, а значит, есть хорошие шансы, что в этот день фронт сезона штормов пройдет где-то очень далеко от курса шхуны. А вот что будет вечером — еще неизвестно, к тому же, если ветер не переменится, они выйдут из архипелага, там придется поработать с курсом. Зато когда они придут к землям пони, можно будет сделать большой перерыв и отсыпаться вволю. Капитан зевнул и закрыл глаза, пытаясь найти удобное положение в кресле. Рассвет рассветом, но бессонная ночь брала свое. До пробуждения голозадого еще можно было успеть урвать себе пару часов спокойного сна…

Нэд проснулся с твердым намерением покорять моря, океаны и ходить в любой шторм. Он потянулся, еще не открывая глаз, думая о том, что давно не высыпался настолько хорошо. Ночь прошла спокойно, никаких кошмаров ему не снилось… нет, точнее, был один, но куда-то пропал. Очень скоро. Нэд даже не успел толком испугаться, как страшный сон сменился на что-то хорошее.

Недовольная Атаманша пихнула заворочавшегося жеребенка в бок и, фыркнув, спрыгнула на пол. Нэд открыл глаза и тут же зажал себе рот копытцем, чтобы не вскрикнуть: он совершенно точно был не в кубрике. Более того, он знал, где именно он сейчас был. Даже если бы он не приходил в эту каюту иногда пить чай, спящего в кресле капитана было невозможно перепутать ни с кем. Нэд смотрел на него широко распахнутыми глазами не меньше минуты — только зебры могут завернуться в такую позу и при этом безмятежно спать с улыбкой на морде. Юный матрос помотал головой и постарался успокоиться. Как он оказался здесь, можно выяснить и позже, сейчас нужно было как можно тише собрать свои вещи, не поддаваясь панике, и тихо-тихо улизнуть, чтобы не потревожить спящего. А потом найти Мбици и сказать ему, что такие шутки — это уже слишком…

Нэд свернул гамак и прокрался к двери. Обернулся на капитана и едва сдержал смешок — Себрастиан сменил позу и теперь лежал в кресле вниз головой, задрав на спинку задние ноги. Нэд постоял, переминаясь с ноги на ногу, и все же решил потратить еще секундочку на то, чтобы положить на пол подушку. На всякий случай. Придирчиво подвигал ее в поисках наилучшей точки и с улыбкой прокрался обратно к двери. Толкнул ее копытом, но дверь не поддалась. Нэд удивленно посмотрел на неё и налег плечом, но это не помогло. Это было очень странно, обычно дверь капитанской каюты, да и вообще двери на «Иппотигре» не имели противной привычки заедать в самый ответственный момент. Даже после шторма. Ну и что теперь прикажете делать?! Не стучать же в дверь с криками… Нет, Мбици, может быть, так и задумывал, но капитана-то будить — совсем нехорошо!

— Вредина ты, Мбици! — сердито прошептал Нэд, усевшись под дверью. — Ну не смешно же… И нечестно, запирал-то ты, а влетит-то мне…

Он вздохнул и покосился на капитана, мысленно пытаясь представить, что именно он ему скажет, когда проснется.

— Голозадый, ты уже вскочил? — Себрастиан приоткрыл один глаз, не меняя позы.

Нэд сглотнул и медленно кивнул. Может, потом получится сделать вид, что это всё капитану приснилось?

— И чего тебе не спится в такую рань… — ворчливо произнес капитан и зевнул. — Впрочем, всё к лучшему. Например, тебя можно отправить на камбуз за чаем…

— Но…

— Запасной ключ в желтой шкатулке на столе.

Когда Нэд вернулся с чайником, капитан уже успел заставить себя проснуться и даже привести себя в относительный порядок. Вслед за Нэдом вошел Гореб и положил на стол ключ. Себрастиан кивнул, убирая его на место, и ничего не сказал. Хотя боцман знал, что вопросы у капитана есть, но не задавать же их при Нэде. Но юный матрос от чая отказался сам и ускакал искать Мбици. Тем лучше…

— Как вы вообще это отследили, Гореб? Мне показалось, он не имеет привычки кричать во сне.

— Он и не кричал. А вот сны нам с Мбици снились чужие. Был бы ты чуть ближе, тоже бы заметил. И несколько матросов тоже почувствовали, я уверен. А уж сны жеребенка всегда отличить можно — они ярче. Впрочем, мы предполагали что-то подобное. У голозадого свои мысли насчет рыбалки в сезон штормов, если я правильно понимаю…

— Полкоманды сноходцев, а вы его сюда притащили… — проворчал Себрастиан.

— А толку с тех сноходцев, если он их даже не заметит. К тому же, я теперь точно знаю, как он к тебе относится.

— Я тоже заметил, — вздохнул Себрастиан. — Еще когда вернулся. Это, знаешь ли, было невозможно не почувствовать. Как будто стенка рухнула. Правда, я так и не понял, как к этому относиться теперь…

Гореб философски махнул хвостом.

— У тебя будет много времени и возможностей. Говорят, дважды рожденные шаманы лучше общаются с духами. А если я хотя бы немного знаю Совет племен, то когда мы придем в порт, ты станешь рожденным трижды…

— О, да, блеск. Мало того, что нас считают судном зебр-пиратов, так теперь мы еще будем кораблем-призраком зебр-пиратов… Ты действительно думаешь, что они успели отправить какое-нибудь письмо с сожалениями о потерях? Если это так, я не знаю, что я сделаю с этими мумиями. Мы и так практически единственное судно, которое хоть что-то возит из Зебрики, а они нас еще и топят. Во всех смыслах. Почему ни один рейс в Зебрастан не обходится без приключений? Хотя в прошлые разы всё было не так эпично… Дважды за один рейс меня еще не хоронили, вот уж правда. А я всё думаю, с чего бы это чешется спина и голова раскалывается. Гореб, там точно никаких лишних частей тела не прорезалось?

— Насчет крыльев не знаю, но если тебе вдруг зачем-то понадобятся рога, скажи мне с кем, и я тебе их с радостью наставлю! — Мбици ввалился в каюту буквально недавно и успел услышать последние слова капитана.

— Даже не сомневаюсь, — фыркнул Себрастиан. — Ты выглядишь… встрепанным.

— Голозадый поймал. И очень ругался. Велел идти извиняться перед тобой за шутку с перетаскиванием и запиранием двери. Вот, я пришел! — Мбици широко улыбался, всем своим видом демонстрируя, что тоже доволен результатами ночной охоты.

— Но ты так и не извинился.

— Но это же не была шутка, честное полосатое, ты же знаешь! Так что извиняться мне не за что. Вот разве что спасибо сказать? Я подумаю. В любом случае — оно сработало, и это главное. Кстати, ты ведь видел рассвет, правда? Сегодня будет хороший день.


Оглавление, внезапно...Типа, начало
Вторая глава тут
Третья глава тут
Четвертая глава тут
Пятая глава тут
Шестая глава тут


Как обычно, еще оно лежит вот тут и даже иногда самообновляется:

58 комментариев

зебро-шаманство в действии)
Совсем капельку)
Пикча заинтересовала и заставила обратить на фф внимание, на днях обязательно почитаю.
Которая из, их тут две в посте)
Три зебры и жеребёнок.
А) Так эта обложка уже вторую главу стоит)
Интересно. Сноходство — хорошая тема.
Интересно было бы узнать побольше про Совет племён, да и про сами племена.
Ну, Совет племен, как видишь, не самая авторитетная штука) Вообще-то, это больше типа… «клуб по интересам для вождей на пенсии»)))
На пенсии? То есть управляют страной молодые, а старички тусят в совете и иногда пытаются давить авторитетом?
На пенсии, ага)) по сути, племенем все равно правит пара «Вождь-шаман». Но когда сия пара… кхем) ну, по мнению Себрастиана, когда эта парочка скатывается в маразм, приходят преемники, а пенсионеров тихо отправляют в Совет. Иногда Совет пропихивает «Великую идею»))
Бррр, «Великая идея» у меня ассоциируется исключительно с идеями о великих Болгариях, Румныия, Германиях, Россиях и Италиях…
приходят преемники, а пенсионеров тихо отправляют в Совет

Насколько они мирно приходят?)
Обычно мирно. Совет это все же некое повышение))
А Великие идеи… ну что ты ждешь от старых маразматиков?))
А толку с повышения, если полномочия не прибавляются? А если прибавляются…
Так, какие у членов Совета права и обязанности, есть ли иммунитет, как у депутатов и т.д.?
Достал перо, чернильницу, написал на обложке рукописи размашистым почерком: «Принципы субсидиарности и пропорциональности в системе многоуровнего управления Зебрики»
Фоер, что взять со старичков))) Вообще, по идее в их обязанности входит поддержание некой единой линии политики всех племен, входящих в Совет. На деле… ну, это не особо помогает
что взять со старичков

Иные старички такое наворотить могли, что игого!
ну, это не особо помогает

Этакая региональная Лига Наций?)
Они не с той стороны заходят. Для единой линии нужен единоличный глава.
Кажется, Себрастиан надумал в Совет?)
Иные старички такое наворотить могли, что игого!

Угу. Именно поэтому торговлю ведет в основном Себыч))

Кажется, Себрастиан надумал в Совет?)

У него там есть донна же ж)
У него там есть донна же ж)

Мне кажется, она в этом солидарная с леди Сотофой?) Или я ошибаюсь?

Именно поэтому торговлю ведет в основном Себыч))

Вот это меня как раз смущает. Спрос на товары должен быть у обеих сторон, значит, если от зебр плавает почти что только один Себрастиан… К зебрам должны приплывать торговцы единорогов.
Мне кажется, она в этом солидарная с леди Сотофой?) Или я ошибаюсь?

Слегка))

Спрос на товары должен быть у обеих сторон, значит, если от зебр плавает почти что только один Себрастиан… К зебрам должны приплывать торговцы единорогов.

Ну, о чем он и говорит в главе:
«Сюда ходим-то только мы, донна Маргарита и парочка единорогов»
Вот парочка-то и смущает. Неужели четыре торговца покрывают весь спрос?
А ты думаешь, его сильно много?
А я все-таки не утерпел и прочел уже написанные главы. Не стал дожидаться завершения.
Вправду совсем неплохо написано. Спасибо.
Спасибо!)
Ну, Хроники они на то и Хроники, чтобы можно было начать читать в любом месте, и закончить тоже. Хотя зачатки сквозного сюжета тут есть, да)
но мне надо больше, больше, больше!
Иначе я не смогу правильно угадать, о чем поют зебры, развалясь на баке)
А это смотря кто запевает) Если Мбици — то точно о красотках)
"… о красотках.." — это определенно может стать интересным)
И капельку фламенко))
Вообще, о пении надо будет расписать, у меня задумано две главы про праздники
Вообще, о пении надо будет расписать

Ты аккорды главное не забывай добавлять, ладно?)
*смеется в ладошку*
Рисовать за художников уже пришлось, да?
Теперь музычку пиши. Ага!
Вот так всегда))) Все надо самой)
Нет, ну, я, конечно, могу тебе помочь… Но я не уверен, что тебе нужны зебринские частушки на четыре аккорда:)
Ой, мы сегодня с Мрррн были на спектакле...) И там было много частушек!
Что за спектакль?)

Я боюсь, для реконструирования зебринских частушек, нужно покурить африканскую поэзию.
Ннну… как тебе сказать… в конце все умерли.

гремучая смесь))
в конце все умерли.

Мдя… Тогда не говори, грустные истории я не люблю:(

гремучая смесь))

… и внезапно получить джаз. Зебры же.
Или блюз))
Слушай, а ведь это концепт:)
Зебр-музыкантов я в фанфиках пока не видел.
Ну, с моим представлением о зебрах, как о цыганах мира пони, это будет ближе к фламенко…
А, то есть они у тебя не негры?
Ну, к цыганам сильно ближе))
*огорченно*
На, мэ на полава романэс.
Угу, оно и видно))
Кстааати! Песня из «Неуловимых» же ж)) Кхаморо тачкырла, которая.
Вместе с забором, угу.
Оу. Это всё меняет. Очень сильно. Хоть Хроники с начала перечитывай.
Меняет?) чем?

Мбици же — типичный цыган. И в Махико Себыч о них говорит, как о цыганах. Самая яркая отсылка, правда, будет в главе про Рио-де-Понейро, но...)
И в Махико Себыч о них говорит, как о цыганах.

Это-то я помню, но я был уверен, что он говорит именно о тех, что живут в Эквестрии таборами…
Ну, да)
в самой Зебрике получается что-то среднее.
Шепотом: Ш-шш!.. Патрик — зебра!
А про него есть фанфики?.. Я не знал.
Как музыкант-то он классный, это факт.
Записанные — понятия не имею.
Но он сам по себе, как есть, фанфик.
Кто-то сказал «Патрик»?.. *Себыч сныкался в трюм*
Ой, не переживай!
Орео тоже вроде затеял взяться. За это. Вот.
Орео громко ржал, когда слушал Сантияну.
Сантияна — няяяшность) Хотя я ее впервые услышала на французском. Тоже няшно.
Замечательная глава))
Спасибо))
Шикарная история. Спасибо.
Спасибо. Заглядывайте еще, глав на 15-20 меня хватит точно.
Годнота! ) Пиши еще )
Спасибо )
Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.