Да продолжится Фикраль! (Electric Boogaloo ver.)

Фикраль Незнала, что местом встречи станет Эквестрия, тебя здесь, но здесь я и наша любовь.ты создал это место, сейчас пришла я, помню тебя, Эквестрия помнит тебя, табун напоминает о тебе, мне не забыть тебя никогда, твою улыбку, слова любви и слезы

— Место встречи изменить нельзя, — сказала Мод, обнимая Пинки Пай. — Привет, сестра.
— Это почему нельзя? — не поняла Твайлайт.
— Потому что в Понивилле только одна кондитерская. А если Пинки там нет, значит, она ищет приключений уже совсем на другое место…

По тех причинам лишился возможности делать картинки, Но меня это не остановит:
Карта в замке явит место,
Где народ недружен.
А вот для других запросов
ВиПиЭн ей нужен.

Что такое ВиПиЭн?
Расшифруй-ка фразу.
«Врежь По Ней» — вот как-то так
Я отвечу сразу.

День 10, тема «наставник»Это был замечательный день на Чешуйчатом острове. Хранители Кристаллов Единства решили навестить повелителя драконов Спайка ещё раз, теперь уже просто по дружбе. Устроившись на поляне, они обменивались новостями и слушали истории о приключениях Твайлайт Спаркл и её подруг, которые Спайк как раз начинал вспоминать, особенно с помощью Санни и одной из её книг (написанной самой Твайлайт!).

Сейчас настал черёд истории о том, как Рэйнбоу Дэш попыталась стать понивилльским супергероем, а подруги научили её скромности. Никто не осмеливался прерывать рассказ Спайка, а когда он закончил, повисшую тишину прервали только апплодисменты Санни.

— Отлично рассказано, Спайк! — Воскликнула земная пони, — Мне очень нравится эта исория. Она вдохновила меня никогда не хвалиться тем, что я делаю. Помогать пони нужно потому что знаешь, что им нужна помощь, а не чтобы получить от них что-то взамен.

— А мне кажется, что подруги Рэйнбоу поступили неправильно, — неожиданно подала голос Мисти. Повисла пауза, и все остальные уставились на единорожку, кто с удивлением, а кто с интересом.

— О чём ты? — Спросила Санни, — Они показали, до чего может довести Рэйнбоу её тщеславие. Это был урок дружбы.

— Но Рэйнбоу не сделала ничего плохого. Она спасала пони по-настоящему, а не подстраивала катастрофы сама или вроде того. Это не повод строить заговоры против своих друзей!

— Заговор — это очень сильное слово, юная леди, — произнёс Спайк, строго взглянув на единорожку, — А Рэйнбоу могла начать подстраивать катастрофы если бы ей стало мало славы, и её подруги правильно поступили, вмешавшись пока до этого не дошло.

— Но она могла подстроить катастрофу именно чтобы перещеголять Пони-что-надо! — Вступился за подругу Хитч, — Или попытаться не снять с неё маску, а сбросить её в колодец или с обрыва или что-то вроде того. Что если бы она так и не поняла, что тщеславие мешает ей быть героем? Что если бы она всерьёз навредила кому-нибудь из подруг?

— О, я уверен, что Твайлайт всё просчитала. И потом, Рэйнбоу Дэш — Элемент Верности, так что она никогда бы не сделала ничего плохого со своими подругами.

— Но она не знала, что под маской каждый раз был кто-то из них, — заметила Зипп, Разве не в этом смысл?

— Почему они не могли просто поговорить? — Вклинилась в разговор Иззи.

Спайк резко и шумно выдохнул, заставляя всех пони испуганно замолчать.

— Так. Во-первых, с Рэйнбоу уже говорили, и это не помогло. Во-вторых… а, я только что это сказал. Не всегда простого разговора достаточно чтобы заставить другого пони что-то понять. Как ты, Мисти, не смогла переубедить Опалин, — дракон почти ухмыльнулся, увидев, как единорожка поникла, — В некоторых случаях стоит использовать обходной путь. Самый первый урок дружбы для Твайлай, кстати, тоже был именно таким…

— О, о, это тот, где принцесса Селестия прислала ей два билета, хотя у неё было шесть друзей?.. — Санни только что не прыгала на месте, предвкушая начало новой истории, — Простите, ваша Спайковость, продолжайте.

— Я прощаю тебя, Санни. И за то, что прервала меня, и за то, что забыла когда считала друзей Твайлайт. Но нет, я говорю не об этом уроке. Второй билет, очевидно, предназначался мне, и я никак не пойму, почему все делают из этого случая теорию заговора. А первый урок дружбы принцесса Селестия преподала ещё до того, как обучение Твайлайт началось официально…

***

Ещё одна история, ещё одна долгая пауза. Спайк удовлетворённо наблюдал за выражениями лиц пони. Спасение Эквестрии от Найтмер Мун точно должно было убедить их в том, что тайные и жестокие уроки дружбы действительно помогают. Но, похоже, от этой истории всё стало только хуже.

— То есть, ты хочешь сказать, — произнесла Зипп, подпирая подбородок копытом, — Что принцесса Селестия всегда хотела отправить Твайлайт побеждать Найтмер Мун, но так и никак не учила её дружбе пока она была в школе одарённых единорогов?

— Да, почему нельзя начинать подготовку в более безопасных условиях, а не рисковать ВСЕЙ ЭКВЕСТРИЕЙ?! — Хитч негодующе повёл копытом, — Я, конечно, шериф, а не принцесса Эквестрии, но по-моему, так дела не делаются. Что если бы Твайлайт не подружилась за один день? Что если бы хоть кто-то из этих пятерых пони не решился пойти в Вечнодикий лес? Что если бы кто-то там сгинул? Или наоборот, если бы не было всех этих испытаний, которые Твайлайт вспомнила чтобы понять про духи Элементов Гармонии?

— Кстати, кто такие эти Шедоуболты? В Вечнодиком лесу ведь не было пони, на то он и вечно дикий. Правильно, Санни? — Зипп покосилась на подругу и получила от неё утвердительный кивок, — Как будто кто-то специально хотел устроить демонстрацию элемента Верности…

Санни удивлённо ахнула.

— Зипп! Ты что, думаешь, что принцесса Селестия целиком подстроила возвращение Найтмер Мун?

— Ну, допустим, Шедоуболты были иллюзией от какой-нибудь вечнодикой магии, — Зипп встала и начала ходить из стороны в сторону, — Но всё равно, принцесса Селестия откуда-то знала, что всё произойдёт именно так. Потому что если бы не произошло, Твайлайт не остановила бы Найтмер Мун, а я не верю, что принцесса настолько безответственная. Но если всё это было просчитано, то кем надо быть чтобы придумать схему подобной сложности?

— Принцессой Селестией? — Спросила Санни, улыбаясь и разводя копытами.

В этот момент поднялась Мисти.

— И выходит, что принцесса специально отдала Твайлайт приказ, который та не захотела бы выполнить, и направила её через всё это. А когда всё закончилось, красиво вышла и объявила, что это был её супер-сложный и гениальный планом. И тогда Твайлайт увидела в ней не друга, а непогрешимую и идеальную пони, которую всегда надо слушаться, потому что даже самый дурацкий её поступок обязательно окажется частью какого-нибудь хитрого плана! Это совсем уже не похоже на дружбу, это даже на наставничество не похоже!

— Послушайте, я не могу читать мысли принцессы Селестии, — произнёс Спайк примиряющим тоном, делая усилие чтобы не зарычать, — Но я уверен, что она ничего такого не замышляла. На самом деле, я думаю, у неё не было никакого плана. Она просто почувствовала, что сделать именно так будет правильно. Я тоже почувствовал, что Спарки поможет нам победить Опалин и надо взять его с собой в замок. И, видите, у нас всё получилось.

— Просто… почувствовала?.. — Мисти отступила на шаг, уходя глубже в тени деревьев, — Значит, некоторые пони настолько лучше всех остальных, что могут распоряжаться ими как захотят просто потому что чувствуют, что именно так будет правильно? А знаете, кто ещё так говорил?

— Кто? — Хором спросили Спайк, Санни и Пипп.

— Опалин!

Так, я замедляюсь всё больше и больше.

День 11, тема «место»Флаттершай чувствовала, что проигрывает спор, но не собиралась сдаваться. Подруги явно были всерьёз настроены объявить войну летучим мышам, и пегаска, собрав всю решимость, озвучила своё предложение пока не стало поздно:

— Эм, извините, но, эм, что что если мы не будем выгонять фруктовых мышей, а вместо этого… уступим им часть сада?

Эпплджек даже заржала от негодования.

— Ты совсем выжила из ума?!

— Они здесь только потому что они голодны! Если мы устроим для них заповедник, у них будут свои собственные яблоки для еды. А через некоторое время они даже начнут помогать остальному саду! Фруктовые вампиры не едят яблочные семечки, и когда они их выплёвывают, вырастают ещё более урожайные деревья!

Флаттершай остановилась возле яблони, растущей на краю широкой дороги, и показала на неё копытом для иллюстрации своих слов. Дерево было усыпано множеством маленьких и очень вкусно выглядящих яблочек, но Эпллджек только снова заржала, на этот раз вперемешку со смехом.

— Знач семена, да? — Фермерша посмотрела на подругу с хитринкой, — А ты попробуй одно яблочко с этого дерева.

Пегаска взлетела, немного покружила вокруг дерева и сорвала самое красное яблоко. Аккуратно удерживая его обеими копытами, она осторожно откусила кусочек… и скривилась.

— Это дерево выросло тут из семечка, мы оставили его для интереса и вот что вышло. А все остальные мы вырастили из веток или купили у тёти Бад, которая тож растит ветки. От семян нам нет проку если ток ты не собираешься ещё и строить всех пчёл в округе. И сажать яблони тож надо с толком, чтоб они не мешали друг другу и между рядами мог пройти пони с телегой. У нас тут вообще-то сад, а не роща! Не думаю, что ты сможешь уговорить своих мышей ещё и на это.

Флаттершай снова поникла. Не было ни одной причины, по которой фруктовые вампиры могли быть полезны для сада. Ни одной.

Продолжаем пинать-переписывать сериал. На этот раз ещё и специально старался написать покороче. Но не слишком ли диалогово получается?

Со смайлопаком мне возиться тоже долго. Но обещаю, когда выпишусь из больнички, перерисую все частушки. А пока просто представьте, что поёт Селестия.

Предложу владельцам саун
Я рецепт недлинный:
Совместите ковш с водой
И злющего кирина.

— Что ты делаешь, Пинки? — Твайлайт, вывалившись из корзины воздушного шара, застрявшего в болоте посреди какого-то леса и пытаясь размять ноги, с недоумением смотрела на розовую пони.
— Ну ты же сказала, что мы можем только пред-положить, в какую сторону отсюда выбираться, вот я и ложу «перед». А что, надо ложить взад? Или вбок? — Пинки перестала выкладывать дорогу из досок через трясину. — Но у нас фанфик, а не вбоквел!
— Да без разницы, — вздохнула Твайлайт, привычно пропуская мимо ушей странную идею о фанфиках. — В любую сторону, всё равно на крыльях мы отсюда вас не вытащим, далеко. И я даже не спрашиваю, откуда у тебя доски, гвозди и молоток…
— Они у меня есть, — пожала плечами Пинки, — разве этого мало?
— Знать бы, сахарок, чего ещё у тебя есть, — вздохнула Эпплджек, вместе с Рэрити пытаясь залатать прореху в ткани. Она даже шляпу положила на пенёк, чтобы та не мешала. — Чтоб выбраться отсюда без всяких там положений, хучь вперёд, хучь взад, хучь вкудысь.
— А, ну это просто! — Пинки радостно подпрыгнула. — Что же ты раньше не сказала? Вот, ложим, чтобы сюда взад…
Она положила на две кочки длинную доску.
— А туда у нас будет тогда перед! — Пинки махнула лапкой через доску. — Правда же, просто?
— Э… И чё? — спросила Рейнбоу Дэш, хлопая глазами. Они с Флаттершай приподнимали и расправляли лопнувший баллон перед Рэрити. — Что мы тут в полной заднице, и так ясно.
— Рейнбоу, манеры! — закатила глаза Рэрити, пытаясь стянуть края очередной дыры.
— Да ну… — та только крылом махнула и плюхнулась на кочку. — Не нуди, а штопай лучше, швея-мастерица.
— Может, сама попробуешь, мастерица выпендрёжа? — прищурилась модельерша.
— Девочки, не ссорьтесь, — мягко укорила их Флаттершай, продолжая парить в воздухе. — Давайте дослушаем Пинки.
— А что тут слушать? — удивилась Пинки. — Просто пошли!
Она одним прыжком перемахнула через доску… и исчезла.
— Упс… — сказала Флаттершай, изумлённо распахнув глаза и едва не позабыв махать крыльями. — Это… как?
— Без понятия, сахарок. Энто ж Пинки Пай, — Эпплджек решительно нахлобучила шляпу и схватила зависшую Твайлайт. — Так шо двигаем-ка отседова, пока маем куды!
Пинком отправила через доску Рейнбоу Дэш, пытающуюся подобрать челюсть, перекинула вслед ей принцессу, повернулась к Рэрити. Та потрясла головой, сделала вид, что нисколечко не удивлена, и гордо отстранилась.
— Фи, дорогуша, давай без этих ваших сельских грубостей! — модельерша задрала носик, величественно проследовала к доске и изящно её перескочила.
Эпплджек закатила глаза, переглянулась с Флаттершай… Та только развела лапками и порхнула над доской, исчезнув в зарябившем воздухе. Фермерша вздохнула, споро взвалила на спину сумки с пожитками, кучей сваленные возле корзины бывшего шара, и с разбегу прыгнула за ней.

Твайлайт оказавшись в лабиринте,
Блуждая к развилке подошла дорог.
Там камень сий гласит:
Прямо пойдешь-любовь найдешь,
Направо-жизнь изменишь,
Налево-три желанья исполнишь.
Поразмыслив и предположив:
Прямо пошла, любовь нашла.
А там и три желанья исполнив.
Любовь творит чудеса

— Уверяю вас, такого предложения вы больше нигде не получите, — голос Фартуха-ибн-Сандалиха был сладок, как мёд. — Посудите сами, друг мой… Вы получите намного больше, чем за распинательства перед глупыми школярами в вашем… университете ахрено… простите, археологии. Мой повелитель, став султаном, теперь может по достоинству вознаградить ваши несравненные таланты, которые он мог оценить в своё время…
— Я прежде всего археолог! — как-то неубедительно возмутился Гоззо, покраснев. — И это было всего лишь раз, и только для…
— Да-да, один раз — не… считается, — ещё слаще улыбнулся ибн-Сандалих. — Однако никто и не говорит, что ваши интересы в ах… археологии будут неким образом ущемлены, и в свободное время, коего у вас будет много более, нежели сейчас, вы вольны раскапывать любые тайны прошлого. В обмен на усладу для своих очей и… прочих органов мой повелитель обеспечит вам доступ к любым древним местам, даже тем, коих ни разу не касались алчные руки ахре… археологов.
— Любые места? — Гоззо взволнованно забегал по кабинету.
— Абсолютно. Никаких ограничений! — покивал Фартух благодушно. — И уж конечно, никакая тень иных… занятий не падёт на вашу сиятельную репутацию, ибо всё будет сугубо приватно.
— И… — Гоззо остановился.
— Не беспокойтесь, досадных недоразумений, подобных случившемуся в тот раз, более не будет. Шест для ваших блистательных выступлений вы выберете сами, чтобы он выдержал ваши несравненные стати. Любой фирмы, любого производителя!
— Хм-м… — Глаза Гоззо заволокла мечтательная пелена. — На шесте от «Стрипфрам Индастриз» я бы развернулся по-настоящему… Но…
— О, и это учтено. — Ибн-Сандалих сложил копыта на объёмистом брюшке. — Для вашей достойнейшей супруги построят личную пирамиду и приготовят чудесные клубки из любой шерсти, любых расцветок, любых тряпичных и плюшевых мышек, а также полный набор лазерных указок, не говоря о лучших кошачьих консервах, если её не удовлетворят усилия поваров султана.
— Ну что ж… Тогда я согласен! — Гоззо пожал копыто просиявшего верблюда. — Когда выезжать?
— Мой повелитель не сомневался, что в память старой дружбы вы примете его предложение, а потому лимузин ждёт вас внизу, — Фартух пренебрежительно отмахнулся от всяких мелочей. — А за вашей супругой и вещами уже отправлены грузовики, на аэродроме ждёт дирижабль «СедлАвиа-Эйрлайнз», дело лишь за вами. Ерундой же вроде документов займутся адвокаты повелителя.
— Оперативно… — пробормотал Гоззо. — Что ж, поехали.
Так великий ахренолог Гоззо перестал закапывать в землю свои таланты.

Селестия справа, Луна слева
Призом на конкурсе талантов
Был домик в Понивилле.
И Винил с Октавией
Победу разделили

«Пони Искусств» подумали,
Взглянув на результаты,
Сказали: «место пополам —
Пополам и хата».

Я всё-таки что-то соорудил! правда, не знаю, как продолжать...Четверо пони, трое единорогв и единственная золотистая пегаска, пришли в Фикраль по Северной дороге.

— Мы на месте? — спросила золотистая пегасочка со светло-зелёной полосой в гриве. Её кьютимарка представляла собой солнышко в тёмных очках.

— Да, мисс Скайс, — ответил серый единорог в клетчатой кепи, уже известный даже в Фикрале как мистер Хорнлок Шарпс, — доктор Стетсон, мисс Флиориш, добро пожаловать в гостеприимный Фикраль. Этот город был основан около тысячи лет назад отрядом лунных бардов, подружившихся с местными оленями и научившимися совместно выращивать прекраснейшие орехи и горные ягоды. Позднее, после ряда пограничных споров, город был признан автономной общиной под совместным суверенитетом двух королевств, но до сих пор более тяготеет к королевству Кервидерия, также известному как Оления. Отмечен в путеводителе по Миру Ванденера Луламуна как самый весёлый город, который посещал Ванденер Луламун. Также отдельно отмечу слойки Колокольчика с голубой корицей.

— И какое отношение это имеет к делу, мистер Шарпс? — спросила одна из его спутниц, молодая белая единорожка с напоминающей лединец розово-голубой гривой, которую звали Каллиграфика Флиориш, — без цели вы только дымите, как паровоз, а говорите вы только по делу.

— Ну, мисс Флиориш, все мы делаем одно великое дело, — ответил Шарпс, — а сейчас я предлагаю сделать перерыв, и попить лучшего горячего шоколада в этих краях.

— Я согласна с мистером Шарпсом, — заявила другая их спутница, широко известная в узких кругах как Саншайн Скайс, — первое, что надо сделать, это подкрепиться и разведать обстановку.

— Эх, ладно, — согласилась Флиориш, и все отправились в пекарню Колокольчика, путь в которую указывал неимоверно вкусный запах выпечки. У известной сластёнки Скайс даже слюнки потекли.

В пекарне было довольно много посетителей, обсуждавших скорую свадьбу мэра Фикраля. Очередь, впрочем, двигалась довольно споро, но Скайс постоянно взлетала, чтобы убедиться, что самое вкусное ещё не разобрали. Её подруга Каллиграфика только вздыхала и глаза закатывала.

И тут, когда они уже были у стойки, раздался бум-бам-тарарам и что-то грохнулось в камин, выскочило, и отряхнувшись (и даже как-то загнав облако сажи во вновь разгоревшийся камин) заявило:

— Всем привет! Я грозная Саггита Аккурата пришла к вам с миром за порцией ваших вкуснейших булочек с голубой корицей! Позвольте мне купить их без очереди и… — тут к ней подлетели пакеты со свежими булочками на подносе, красная пегаска в красных же доспехах тут же бросила разглагольствовать и запихала их в свои седельные сумы, бросив оплату с чаевыми на поднос, после чего пожелала, — всего вам няшного и обнимашного! Я пошла трясти других злобных трудоголиков!

— А ну стой, демон! — возопила пришедшая в себя Саншайн, — как ты посмела сюда явиться?!

— Да запросто, Ти… то есть Санни! Я пришла за булочками с голубой корицей! И теперь они мои! Ха-ха-ха! — заявила красная пегаска, а затем юркнула в трубу. Золотистая крылатка последовала за ней, выскочила осмотрелась и была бессовестно дёрнута за хвост преследуемой, спрятавшейся за трубой, — эй, с тобой эти дела ещё веселее! — и рванула мимо своей незадачливой преследовательницы с криком, — Догоняй!

— А ну вернись, Сагитта, или я буду пинать тебя до конца недели! — заявила Саншайн и бросилась за ней. Красная летунья прказала ей язык. Они на бешенных скоростях маневрировали по всему городу, и Скайс хоть и не отставала сильно, но явно не догоняла обвыкшуюся тут красную пегаску. Она влетала в чужие окна, сбивала чужое бельё, и, наконец, влетела в кондитерскую, из которой выносили гигантский торт… Сагитта посмеялась, и была такова, а вот горожанам это дело не понравилось.

---

— Гхм… — прокашлялся мэр Стальнотвёрд, глядя на поникшую пегаску и её подругу Каллиграфику, пытавшуюся её утёшить, — вы игнорируете наши обращения, а затем ещё удивляетесь такому? А если бы сюда пожаловали приспешники Гранильщицы Душ или Безумной Пекарши? Скажите, как вы вообще с ними справлялись?!

— Саншайн скорее консультант… — начала Каллиграфика, но её прервал мэр:

— Не выгораживайте вашу начальницу, капитан! Итак?

— Я не идеальна, — ответила Саншайн, — а Сагитта преуспела в искусстве доведения пони до белого каления. У меня мало времени и я не могла поверить, что она так нагло орудует здесь. Я уже и забыла, насколько она доставуча.

Ненадолго воцарилось молчание, преванное мэром:

— Пусть это будет вам уроком, — произнёс он, — с вас штраф и новый торт. И я надеюсь, что моя свадьба пройдёт без очередной попытки легата Доставучести написать оду!

И тут из окна разлалось:

— Люблю я всюду рифмовать,

Хочу я оду написать...

Извините за ошибки, сил на вычитку уже не осталось

— Искусство, Гарри, не горит, — Флаттершай, не глядя на сидящего с несчастным выражением на морде медведя, густо облепленного пластырем, поправила картину в слегка обгоревшей раме и опустилась на пол, складывая крылья. Общая подкопчённость придавала гогочущей косорылой панде в кожанке и лётном шлеме с гоглами, вцепившейся в штурвал крестокрылого биплана, особенно лихой и придурковатый вид. — Особенно защищённое чарами. Нет, я понимаю, что восприятие — вещь очень-очень личная, и что даже при том, что панды у нас не водятся, Меткоискателям не следовало тебя красить… но тем не менее, тебе стоило отнестись к этому спокойнее. Они же ещё маленькие и глупые.
Медведь уныло-злобно рыкнул.
— Ну да, глянув утром в зеркало и увидев такое, я бы тоже… хм… удивилась, — признала пегасочка. — Но сносить дверь, загонять мелких на крышу, а потом пытаться сжечь картину, облив её керосином, полведра которого ты по пути из сарая расплескал на себя и на землю…
Медведь жалобно заскулил, схватился забинтованными лапами за пластырную башку, взвыл и затряс ими в воздухе.
— Вот-вот, это была очень плохая идея, Гарри. — Флаттершай строго посмотрела на изрядно оплешивевшего страдальца. — У сарая стоит большая бочка с водой, но вместо того, чтобы просто потушить шерсть и смыть краску, ты помчался к реке, сшиб осиное гнездо с осины — неудивительно, что они тебя покусали — с гнездом на голове сбился с пути и свалился в овраг, заросший дискордополохом и крапивой…
Медведь понуро промолчал, ёрзая и почёсываясь.
— По счастью, в итоге ты угодил в болото, правда, из трясины мы тебя вытаскивали ещё целый час. И всё только потому, что ты не разбираешься в искусстве!
Флаттершай обвиняюще ткнула лапкой в оторопевшего медведя. Тот возмущённо зарычал.
— Нет, кулинария не считается, по крайней мере, касательно жеребят, пусть и шебутных, — твёрдо сказала пегаска.
— Так что теперь, боюсь, нам придётся заняться пробелами в твоём образовании, дружок. Пока ты бедных жеребят случайно не…
Хмыкнувший мишка указал лапой в окно и рыкнул.
— Не меняй, пожалуйста, те… ЧТО я забыла запереть?!.. — Флаттершай обернулась. Меткоискатели с восторгом вытащили из сарая снайперку, станковый пулемёт и базуку, и теперь шустро волокли всё это добро к Лесу в тележке вместе с ворохом патронных лент и ящиком гранат.
Пегаска схватилась за голову крыльями и лапками.
— Кобылять! А НУ, СТОЯТЬ, МЕЛКИЕ ЗАСРАНЦЫ!!! Шкуру спущу и сдам Зекоре на опыты!
Не прельстившиеся отчего-то такой перспективой жеребёнки наддали ходу. Флаттершай пулей рванула прямо в окно.
Гарри несколько секунд наблюдал за погоней, пока вся компания не исчезла из виду за деревьями, философски пожал плечами, фыркнул, поскрёб когтями пластырь на боку, в порядке компенсации и мести подлым осам вынул из буфета горшок лесного мёда и удалился с ним в свой закуток, косо зыркнув на злополучную картину. Ну хоть во второй раз не полезут… наверное.

День 12, тема «предложение/предположение»Ночь опустилась на то, что осталось от волшебной страны Эквестрии. Пятеро пони устроили лагерь возле скалы посреди дикого поля. В путешествии ими двигала великая цель: вернуть давно пропавшую магию всем расам пони.

— Ты уверена в этой затее? — Спросил Хитч у Санни, подошедшей к его одинокому костру, — Мы можем просто вернуться домой.

— Чем мы рискуем? — Ответила вопросом кобылка, широко улыбаясь своему другу.

— Возвращая магию нашим врагам? А-а-а, дай-ка подумать… Всем! — Шериф бросил попытки зажечь свой костёр и поднялся на ноги чтобы взглянуть в глаза проповеднице дружбы.

— Да ладно, разве они похожи на врагов?

Санни кивнула в сторону второго, большого и горящего костра, вокруг которого собрались остальные её спутники. Пегаска Пипп мило беседовала с единорожкой Иззи о цвете своей искры, чем бы она ни была. Шериф посмотрел на них… и совершенно не изменил мнения.

— Они не похожи, а как насчёт остальных? Разве пегасы посадили тебя в тюрьму за то, что ты земнопони? А что случилось в Мэйртайме, стоило там появиться единорогу?

Санни открыла рот, беря паузу на размышление. После нескольких секунд тишины она сердито уставилась на жеребца.

— В Мэйртайме, Хитч, ты сам преследовал меня до самого маяка. Не тебе говорить, кто такие пегасы и единороги на самом деле.

— Вот именно, Санни, даже я насмерть перепугался когда в городе появился единорог. Даже ты убежала от меня вместо того, чтобы устроить переговоры. А потом ты пряталась от пегасов и украла корону у их королевы. Думаешь, они это всё так оставят? Наверняка Спраут и кто там теперь у пегасов главный уже идут друг на друга войной, а мы хотим втянуть в это ещё и единорогов.

— А ведь шериф в чём-то прав, — донёсся со стороны большого костра голос Зипп, — Санни, сейчас нельзя просто так раздавать магию всем: кто-нибудь обязательно натворит глупостей.

— И что же ты предлагаешь? — Спросила Санни, следя за приближающейся к хитчевской куче веток подругой.

— Давай… давай соберём кристаллы, но не будем включать их пока не убедимся, что все подружатся и никто не станет поджаривать никому мозги?

Санни уставилась на пегаску, широко раскрыв глаза от ужаса и неверия. Уже второй раз с момента знакомства Зипп предавала веру в магию дружбы.

Однажды я соберу это в полностью переписанный ANG. Единственное — пока что не могу представить себе адекватную Санни и упорно скатываюсь в пинки и насмешки по её адресу. Её фанатизм и дружборелигиозность кажутся основой всего персонажа.

Это сочинилось ещё по вчерашнему заданию, но уместно выложить именно сегодня
В «День сердец и копыт»
Любовь слывет искусством.
Кейденс это только в радость.
Шайнингу же грустно.

Теперь буду думать, как осторожно пошутить про политику)

Пони-политики основой
Дворцовый есть переворот:
Когда всей гвардией вращают
Того, кто тортов много жрёт.

— У тебя уставший вид, — Старлайт сунула подруге кружку с какао и накинула ей на плечи плед.
— Уж какой есть, — Твайлайт благодарно кивнула. — Искать преёмника… или преёмницу не так легко. Я не Селестия, да и кучи монстров под лапкой у меня нет — повывелись в процессе.
— Устрой этот… как сейчас в книжках про любофф, которые пишет Каденза, неестественный отбор, — предложила Старлайт, плюхаясь рядом. С дворцового балкона открывался чудный вид, но Твайлайт было явно не до пейзажей. — Или выборы… о, а это ведь идея, скажи? Может, ещё и я выиграю. Придётся тебе меня удочерять, или что там полагается?
— Выборы при монархии, хоть и либеральной? Занятно, — Твайлайт хмыкнула, почесала нос и отхлебнула какао. — И в чём будет заключаться политика твоей партии?
— Политика моей партии, — Старлайт пафосно запахнулась в плед, задрала нос и заложила лапку за край «одеяния», — будет строго по делу! Никаких политесов! Вся власть — Старлайт, мир — народам… хотя уже есть, меньше мороки… От каждого по потребностям и всем по возможности! Небеса — земнопоням, землю — пегасам, единорогам — океаны, раз остальное разобрали, детям — свободу от скучной учёбы и уроков, взрослых — в школу! И главное — каждому по своей Пинки Пай! Представляешь, сколько за меня проголосует народу?
— Копытально… — пробормотала Твайлайт и прыснула. — Это ж какой бардак будет. И разгребать придётся тебе. Особенно когда все эти неучи подрастут, а Клонки Пай разбегутся.
— Не-а, тебе. — Старлайт хихикнула. — Потому что у нас монархия.
— Ну, спасибо, — Твайлайт изобразила благодарный поклон. — Наворотить таких дел — и в кусты? Не выйдет! Я отрекусь от престола в твою пользу. О, кстати… а ведь это мысль. И да, никакой мороки с преёмником!
— Э-эй, я пошутила, — Старлайт выпуталась из пледа и замахала лапками. — Хотя принцесса… а чего мелочиться, императрица Старлайт — это звучит круто! Но мне и Нашего Города хватило. А если серьёзно… у тебя же есть Ластер и куча времени, чтобы её обтесать.
— Эко ты её завуалированно обозвала поленом… — Твайлайт слабо усмехнулась.
— Я в смысле приоритетов.
— В том-то и проблема. — Твайлайт допила какао и мрачно уставилась в кружку.
— Имею ли я право подменять её приоритеты своими? Если бы меня, когда я закончила ШОД, спросили, хочу ли я править Эквестрией… У меня, знаешь ли, были малость другие планы, пусть я и мечтала быть такой, как Селестия. Кто ж знал…
— Н-да… — Старлайт посерьёзнела. — Действительно, проблема. Что ж, тогда тебе просто придётся найти кого-то более подходящего.
Она шутливо пихнула подругу в бок.
— Главное, помни — мы в тебя верим! Недаром же Селестия выбрала именно тебя — она ведь знала, что делала.
— Что ж… Будем надеяться, — тихонько вздохнула Твайлайт, — она не ошиблась.

Деь 13, тема «искусство»Раз в год в волшебной стране Эквестрии наступает День Согревающего Очага — день, в который пони напоминают друг другу, для чего именно им дружба. Повсюду украшают дома и улицы, дарят друг другу подарки и пытаются изо всех сил вытащить на празднование тех, кому оно не интересно. А в каждом городе, в котором достаточно жителей чтобы заполнить хоть самый малюсенький зал, обязательно ставится самодеятельный спектакль об истории праздника и его важности для Эквестрии.

За века, прошедшие со времени появление традиции, в ежегодных постановках на День Согревающего Очага менялись актёры, сцены и декорации, но одно оставалось практически неизменным — сценарий за авторством Хэя Вуда, стремительно разлетевшийся по Эквестрии сразу же после премьеры благодаря появившемуся в то время книгопечатанию и одобрению принцессы Селестии. Неофициальный культ принцессы даже приписывает авторство ей самой, указывая на откровенно нелепое имя автора, но как бы то ни было, именно пьесу Хея — из года в год — пони смотрят на День Согревающего Очага. И заканчивается она словами…

— Три предводителя договорились делить прекрасную землю и жить в гармонии до скончания времён. И вместе они назвали свою новую землю… Эквестрия!

Но прежде, чем зал Малого Театра Кантерлота утонул в овациях, подал голос жеребёнок в первом ряду:

— А как они теперь делят еду?

Актёр-рассказчик, земной пони в нелепом костюме и берете с пером, удивлённо посмотрел на возмутителя спокойствия, и затем на весь остальной зал. Пони затихли, ожидая ответа на неудобный вопрос.

— Честно и справедливо, — ответил актёр.

— А это как? — Не унимался жеребёнок.

— Это так, чтобы никто не был в обиде. Потому что когда пони живут в гармонии, они всегда думают об интересах других.

Жеребёнок задумался и замолчал. Тем временем, в зале раздались первые аплодисменты, то ли в честь пьесы, то ли в честь ответа. Всё больше зрителей присоединялось, и когда малолетний смутьян собрался с мыслями для следующего вопроса, ему пришлось почти кричать.

— А если меня начали обижать, то мне можно обидеться? Или виндиго всё равно прилетят?

Но даже так вопрос услышали только с соседних мест… и со сцены. На этот раз вперёд вышел командир Ураган и трижды топнул ногой, призывая зал к тишине.

— Так! — Сказал он, — Все слушайте пацана, он дело говорит. Целый год начальнику в ножки кланяешься, а потом ещё тут затираешь, что оно так и надо. Нас с Мэплом вообще выступать заставили, правда, Мэпл? — Ураган обернулся, ища поддержки у рядового Пэнси.

— Д-да, — робко протянул второй пегас, явно не желающий придавать огласке эту ситуацию.

— А нас заставили слушать! — Донеслось откуда-то с задних рядов, — А я студент, у меня экзамены на носу, мне готовиться надо!

— Во! — Ураган показал копытом куда-то в сторону голоса, — Так держать! А то захочешь постоять за себя, так сразу магией дружбы в нос тычут.

— Мистер… мистер Седж, — обратился рассказчик к Урагану, приглушённо и с нервным смешком, — У нас тут спектакль для всей семьи, а не социальная драма.

— Так пусть вся семья знает! — Объявил Седж, повышая голос, — Что пап три года просит повысить ему зарплату, а ему только сказочки про виндиго рассказывают!

Зал снова начал шуметь, поглощаемый на этот раз не смехом и не овациями. Зашевелились стражники, стоящие возле стен вдоль трибуны. Один из тех, которые стояли ближе всего к сцене, начал на неё подниматься.

— Вы бы правда сворачивались, — сказал он, медленно и уверенно приближаясь к пегасам, — Не хочется портить праздник всё-таки.

— А что я такого сделал? — Спросил Седж, попятившись и взлетев. Мэпл с некоторым промедлением присоединился, — Или ты у нас теперь за виндиго, что ли?

Кто-то из актёров-единорогов попытался стянуть пегасов на землю, ухватив телекинезом костюмы. На сцену поднялись ещё двое стражников, начиная окружать подстрекателей. Зрители продолжали шуметь, споря друг с другом или пытаясь покинуть зал поскорее. И вдруг над всем этим разнёсся высокий голос Смарт Куки, до того молча стоявшего с эквестрийским флагом в копытах:

— Да здравствует революция! — Прокричал земной пони и огрел одного из стражников древком от флага.

Кажется, я сам скатываюсь до уровня Г5 с его волшебной пропагандой.

— Принцесса Селестия — непревзойдённый политик! — Твайлайт удручённо покачала головой. — Ей всегда удаётся добиться своего… иногда лишь просто появившись на переговорах… Мне до неё топать и топать. А когда я спрашиваю, как она это делает, она только смеется и говорит, что это послы — милейшие существа, которым довольно лишь впечатления от её природного обаяния… Ну да, этих обаяешь, как же. Семь потов сойдёт, пока уступок добьёшься.
— Пфр-р-р… — неопределённый звук, изданный Луной, настолько явно отображал скепсис, что Твайлайт встрепенулась. — Ну да, чисто природное впечатление, с этим не поспоришь… Обаяшка у нас Тия, да.
— Ты что-то знаешь? — Твайлайт насторожилась.
— Ну… — Луна пожала крыльями. — Пожалуй, об этом уже можно говорить. Понимаешь, Твай, Тия, конечно, может обаять и заговорить до умопомрачения кого угодно с её-то опытом… но у всей этой говорильни есть свои берега. И иногда, чтобы удержать события в русле, одного лишь доброго слова недостаточно.
— И… что тогда? — Твайлайт нервно переступила с ноги на ногу.
— Где-то примерно раз в десять лет Тия вывозит послов на обед куда-нибудь в живописную, но безпонную местность с потрясающим видом на какую-нибудь высокую гору. После чего солнечный протуберанец за полминуты стачивает эту фудзи в яму, заполненную жидкой магмой.
— Ой… — Твайлайт села, где стояла.
— Вот после этого, милая Твай, обаяние нашей дражайшей сестрицы и становится весомейшим аргументов в политике, даже если она ограничивается всего лишь улыбкой. — Луна взяла с блюда на столике большой апельсин и магией вмиг ободрала с него кожуру, изящно провернув. Твайлайт нервно икнула. — Согласись, это здорово экономит время и силы. Правда, у такой политики есть один недостаток…
— К-какой?
— Гору приходится поднимать заново, а это сильно муторно, — Луна печально вздохнула, разломила апельсин на дольки и протянула половину Твайлайт. Та машинально взяла, оторвала дольку и сунула в рот, глядя в никуда. — Чуть не туда нажмёшь — и уже землетрясение. Правда, когда я послов приглашаю на это действо, они почему-то не обращают внимания на подобные огрехи, и вообще не склонны к светским беседам.
— В самом деле? — пробормотала слегка опомнившаяся Твайлайт и взяла ещё дольку. — И с чего бы это…
— Теряюсь в догадках, — Луна выкинула очистки в корзину и сунула остаток апельсина в рот. — Возможно, потому, что они — милейшие существа.

Политика страны волшебной страны Эквестрии основана на дружбе и любви-гласит закон принятый Твайлайт.недаром Селестия выбрала правительницей Твайлайт

Картинку ты обновил, но список в конце поста забыл.

Пинки Пай хандрила. Яркая грива потускнела и обвисла, шёрстка поблёкла. Её ничто не бодрило, не помогал даже семипроцентный раствор кофеина. Она было подумала уменьшить содержание воды с семи до трёх процентов, но лишь устало махнула лапкой. Время самообмана прошло.
— И они ещё спрашивают, зачем мне нужна Пинкамина… — тяжело вздохнула Пинки. — С тех пор ещё, как Селестия под стол пешком ходила. Ну что ж, ничего не поделаешь.
Древнейшая пони Эквуса медленно слезла с табуретки, поплелась к шкафу и добыла из самых глубоких его недр длинный изогнутый свёрток. Развернув его, вынула из ножен голубоватый клинок с длинной рукоятью из кости в виде дракона, прижалась к нему лбом и закрыла глаза. Сейчас она чувствовала себя даже не старой, а совершенно дряхлой. Но… уйти и оставить друзей? Кто-то же должен хранить и защищать весь этот поняшный детский сад… Способ восстановить силы и энергию она изобрела очень и очень давно, когда последним пал Скорпан, и заменить его ничем так и не удалось, как бы самой Пинки это не претило.
Пинки медленно вложила катану в ножны и спрятала в гриву.
— Должна остаться только одна, — пробормотала она и распахнула дверь. Помедлила, глядя на ночное небо, и решительно поскакала к мрачно темнеющей стене Леса. Её ждало Озеро, а там… там будет уже новый день. И у неё будут силы встретить его, и всё, что он принесёт.

Закон эквестрийской реальности и первое следствие этого закона:
Кто историю учил,
Сообразит, наверное:
Чем масштабные опасность,
Тем сильней энергия.

Если вдруг её источник
Изволил поломаться —
Сразу же возникнет новый
Мощнее раз в двенадцать.

Мини размышления на слово Политика. Приятного ^^

Новое совещание в Кантерлоте. Слестия лишь слегка вздохнула, поминая вкусненький тортик, хотя скорее его основу, что совсем недавно вышла из печи и теперь превращается в очередное произведение искусства. Благородные пони начали обсуждать… Многое. Битс тут, битс там, мнения здесь, мнения там… Ничего нового, вот уже пару десятков лет. Сегодня в зале присутствовал кто-то новенький. Юный Фэнси Пэнтс, что стоял за спиной отца и внимательно следил за разговорами вокруг.

Взгляд принцессы едва заметно блуждал из стороны в сторону, пока ушки улавливали каждое слово пони вокруг, позволяя ей отвечать даже не задумываясь, не отвлекаясь от своих мыслей. Она думала о тортике, пока не заскучала ещё сильнее. Едва заметный блик стал скользить по стене, оставаясь не замеченным для спорящих пони. Туда, сюда… Пока к нему не присоединился второй. Нежно оранжевое пятнышко света, что стало игриво убегать от белоснежного собрата. Селестия слегка улыбнулась, играясь с неизвестным. Блик за бликом, игра за игрой, на фоне игры придворных словами.

Час прошел, собрание подошло к концу. Пони стали собираться на выход. Принцесса грациозно последовала за остальными, пока не заметила кое-что интересное. Мягкое свечение рога юного гостя, что заметив внимание Селестии вздронул, но не струсил и едва заметно улыбнулся. Немой разговор взглядов, немного любопытства, интереса и огонька. Селестия была счастлива познакомиться с кем-то интересным. Пока творится политика нынешняя, она с удовольствием смотрела на ростки лучшего будущего.

— Сво… лочи… — пыхтела Кризалис, труся вперёд. — Я… Я отомстю!.. отомстяю… Тьфу, короче… вы за это поплатитесь… как только я похудею и отсюда вылезу!
— Чтобы похудеть, ты должна бежать. А когда ты бежишь, ты освещаешь Понивилль, и всепони тебя просто обожают, отчего ты обратно толстеешь, — хмыкнула Старлайт и поставила галочку в планшете. — Что ж, проект «Электризалис» увенчался успехом. Беги, Кризя, беги! Булки в ноги и вперёд, время ужина.
Кризалис негодующе зарычала и порысила быстрее, гулко шлёпая хитиновыми телесами. Огромное колесо набирало обороты под гул генератора, лампочки на пульте горели всё ярче, энергия текла по проводам и заполняла лейденские бочки до краёв.
— Знаешь, а если сунуть в такое колесо Пинки… — задумчиво сказала Твайлайт.
— Не-не-не, нам нужна энергия, а не коты и клизмы! — тут же открестилась Старлайт. — Мы тут, типа, прогрессивно освещаем Понивилль, а не зажигаем новое солнце. Вот когда мы дойдём до постройки звездолёта…
— Зачем нам звездолёт, если у нас есть Луна?
— У неё плохо с обитаемостью экипажа и научным оборудованием. Хотя грузоподъёмность, надо признать, на высоте. Здесь нужен более современный подход! Э… Только не говори ей, что я это сказала, лады? А то меня лавры первопроходца какого-нибудь Гадеса без скафандра не прельщают.
— Замётано, — фыркнула Твайлайт. Посмотрела на обречённо толстеющую и отчаянно набирающую ход Кризалис и отправилась искать Спайка. Отчёт сам себя в Кантерлот не отправит.

— Это что такое? — Твайлайт остановилась, едва вступив в Понивилль.
— Вступление! — весело сообщила с крыши Пинки. — И в зарисовку, и в…
— Коровья лепёха эт, сахарок. — Эпплджек почесала в загривке. — Уж ты звиняй, на коров шал напал, и они энтим вступлением полгорода… тогось.
— Пфуй… — Великая и Могучая Трикси, восседающая на крыше своего фургончика, закатила глаза. — И как только Трикси умудрилась вступить… нет, вляпаться! — в такую неподходящую компанию? Кто это всё теперь разгребать будет, и как мои зрители доберутся до площади, если весь город так качественно у… удобрен?
— Как, как… — Эпплджек закинула на крышу фургончика одну из притащенных лопат. — Вот ты об этом и позаботься вместе со всеми.
— Вот она — дружбомагия в действии! — провозгласила Трикси, подбирая лопату чарами и начиная дистанционно соскребать коровьи подарки с мостовой. — Напортачила ты, а разгребают все, ага?
— Ой, мало мы за тобой разгребали? — покрасневшая Эпплджек яростно орудовала лопатой.
— Трикси никогда не изображала из себя производительницу удобрений! — единорожка свалила очередную порцию в ведро и обвиняюще указала на Эпплджек лопатой. — Даже когда те два балбеса притащили Урсу, никто не обоср… не обделался. А твои коровы, хотя Твайлайт из них выжимала молоко всего раз, продолжают обделывать город пару раз в месяц! Трикси вот уже интересно, какие ужасы творятся на твоей якобы вегетарианской ферме?!
— Ну, э… — Эпплджек надвинула шляпу поглубже. — Я-то откель знаю, шо за дурь у них в башке заводится? Это ж коровы.
— Ну да. А говяжьи отбивные в «Корчме Джильды» берутся из воздуха, — покивала Трикси. — Трикси в этом не сомневается.
— Они соевые!
— Ужели?
— Так, угомонитесь, — Твайлайт наконец оттёрла ногу лопухами. — Эйджи, в самом деле. Сделай что-нибудь со своим стадом, наконец! Изгородь поставь, Флаттершай попроси, на цепь их сажай… Иначе, если я в пятый раз вступлю в… это вот, то мы вступим в эру плотоядности, пока стадо не кончится!
Трикси торжественно зааплодировала с фургончика, едва не уронив лопату, и провозгласила:
— Вот так Эквестрия и вступает в Эру Милосердия и Дружбомагии! Браво! Трикси в восторге.
Твайлайт только фыркнула и подхватила оставшиеся лопаты, перекинув Трикси ещё парочку.
— Греби давай, а то представление придётся отложить на неопределённый срок.
— … А также Эру Шантажа и Произвола, — закруглилась Трикси, начиная махать всеми тремя. — Но Трикси выше этого.
— Дурдом, — подвела итог Старлайт, сгребая навоз в корыто. — Как обычно.

Пони с лирой на боку
Поступила смело:
Она секту создала
Человеко-веров.
А вступить туда, сестра,
Наверное, не просто?

Кисть руки им принеси —
Примут без вопросов.

— Что это такое?! — проорал Спайк, зажимая уши. — Твайлайт, ты рехнулась?
Он, пригибаясь под волнами немыслимого скрежета, треска, хруста и громыхания, прорвался к патифону и скинул головку с диска. В дублиотеке воцарилась мягкая и ласковая тишина.
— У меня чуть голова не лопнула! Что это было?
Твайлайт, сидящая в некоем мрачном оцепенении, моргнула и посмотрела на него.
— В год пятьсот сорок шестой до ИНМ принцессы Селестия и Луна отправились с дипломатическим визитом к алмазным псам, тогда один из их вождей, Буг-Ор Долботряс, создал некое подобие государства, поотгрызав хвосты коллегам… и это был единственный визит принцесс в том столетии, завершившийся неудачей.
— Твой всблеск эрудиции имеет какое-то отношение к этой ушной каковонии, или мне сходить за сестрой Рэдхарт? — сухо осведомился Спайк, пытаясь разобрать затёртые надписи на явно очень старой пластинке.
— Имеет, — Твайлайт потёрла лицо лапками. — Визит прервался после того, как пригорный оркестр рекомого вождя заиграл вступление к его любимому гимну… который по традиции должен звучать на протяжении всего мероприятия.
— Ого… — Спайк аккуратно положил пластинку на столик и попятился. — Мощная вещь… Не знал, что у псов есть музыка и вообще хоть какие инструменты. Это звучит, как будто в камнедробилке мололи булыжники пополам с металлоломом.
Твайлайт как-то странно на него посмотрела.
— Что? — Спайк неуютно поёрзал. — Э… Я что, угадал?
— Именно, Спайк. А я… — Твайлайт вновь уставилась в стену. — Я поспорила с Луной, что установлю с их новым вождём Гыгыхом Чухозадом дипломатические отношения, чего не удалось им.
— Эм… Затычки в уши и язык жестов? — осторожно предположил Спайк. — Записки? Читать по губам?
— У них нет губ и письменности, и как ты себе представляешь пальцевые жесты этим? — Твайлайт помахала лапкой. — Не говоря о том, что их языка жестов мы не знаем, а наш надо было бы учить. На что псы не согласятся. Да и вообще всё это будет оскорблением их традиций!
— Тогда просто отгрызи ему хвост, — пожал плечами Спайк.
— Издеваешься? — кисло спросила Твайлайт. — Помимо прочего, это же негигиенично!
— И что ты тогда собираешься делать?
— Ничего, — крылорожка пожала крылышками. — Оно того не стоит. Пойду откукарекаю вечернюю зорю с большой башни Кантерлота и подсуну Луне в кровать пару мундагаскарских тараканов, чтобы не продуть совсем уж всухую. А Гыгыху псы сами хвост отгрызут через недельку-другую. Буг-Ору отгрызли через месяц.

И соорудил tranvi вступление, назначил Твайлайт любимицей своей.тввйлайт сказал tranvi, я помогу тебе с письменностью для алмазных псов, помни меня, помогай поддерживай Эквестрия, тебе помогут луна и Сесилия.tranvi создал то что обещал, но несмог поладить со всеми и ушел.твайлайт помнит о том что сделал tranvi, продолжает дело tranvi, да будет так всегда провозгласила Твайлайт, дело tranvi живёт и будет жить.

Слово на 17 февраля — торговля (marketing)

P.S. Завтрашнее и послезавтрашнее слова могут задержаться — я пока что не уверен, во сколько я приду с завтрашнего Mi Amore Fest-а и послезавтрашней его афтерпати у Кеменова =)

— Ваше Высочество…
— Нет, я сказала.
— Умоляю!
— Слушайте, посол, вы сами нарушили все законы дипломатии, захватив Селестию в плен и возымевши наглость потребовать выкуп. Но Эквестрия не ведёт переговоров с грифонористами, и я сразу вам сказала, что торга не будет. Если вам нужна Селестия, солнце в небе и всё такое — я не возражаю. Я даже отослала вам её лоток, мячики и любимую птичку. Чем же вы недовольны?
— В-вы… вы издеваетесь? — взвыл посол. — Мы не можем и когтем её тронуть, а вот она уже сожрала половину нашего госбюджета! Ходит по дворцу барыней, все её капризы… Капризы!!! Она короля с трона гоняет, ей, мол, посидеть охота, ножки бо-бо, а стулья маленькие для ейного нежного крупа. А эта её дискордова птица обоср… обгадила все углы, а дерьмо у неё отличается от напалма только названием! Полдворца уже в головешки, а на новый денег нет — ваша кля…
— Хм.
— Прекраснейшая и скрупулёзнейшая сестра всё пустила по ветру! И бельё ей не такое, бока натирает, и ковры, и отделка на стенах, и лестницы хлипкие, и стража громко топает и почивать спокойно мешает, и чай не тот, а тот — не этот, и вообще она уже хочет кофе, а тортики наши кондитеры печь не умеют, пусть едут на курсы ажно в Седлоаравию, да чтобы бананов по пути спелых нарвали, а не то шиш вам вместо солнца, замерзайте, как угодно, разве что у догорающего дворца согреетесь… Ваше Высочество, мы уже принесли ей все мыслимые и немыслимые извинения, как и вам, но она не желает покидать нас, ибо наше гостеприимство её нравится… Принцесса, что угодно, только спасите нашу страну!
— Ну-у… — Луна задумалась. — Что ж, только из сочувствия к вашему народу, который не обязан отвечать за ваши грехи… Мы посмотрим, что можно сделать.
— Зря ты согласилась так быстро, у них ещё пара кубышек осталась и кой-какие припасы в подвале, — отъевшаяся и свежая от каникул Селестия перечитывала договор. — Впрочем, и так неплохо. Четверть территории Грифоностана, выходы к морю, репарации на триста лет… А почему так мало? Надо было на пятьсот.
— Не жадничай, дорогая… очень дорогая сестрица. Им ещё дворец новый строить, старый проще выкинуть. И вообще, пока ты там выносила им мозг, я тут за двоих пахала, как лошадь. Так что следующей в плен отправлюсь я!
— В Империю?
— Да ну, Сомбер опять будет зудеть со своими кристаллами и новыми горизонтами, техноманьяк с пустошей. Не, я хочу на море, и чтобы свой остров с пляжиком. Так что — гиппогрифы. Думаю, мне пойдёт рыбий хвостик…

Ну, а это на сегодня:

День 14, тема «политика»Двери лифта открылись, и шериф Спраут вошёл в полуподвальный ангар «Кантерлогики» в сопровождаемый двух внушительных жеребцов — Биппа и Боппа. Раньше, когда главным был Хитч, эти двое проводили больше времени за решёткой, чем у себя дома, а теперь были пристроены к делу и сопровождали Спраута повсюду почти с самого прихода к власти. С противоединорожьими шлемами на головах и сосредоточенными до бессмысленности взглядами бывшие хулиганы начали напоминать роботов, что, по мнению многих мэйртаймцев, гораздо более соответствовало их именам.

— Почему ещё не закончили? — Сердито спросил Спраут у первого подвернувшегося рабочего, полного жеребца в офисном воротничке с галстуком.

— Я… я ничего не знаю! — Испуганно воскликнул тот, — Я только краны настраиваю!

Шериф собрался спросить, почему краны вообще до сих пор нужно настраивать, но откуда-то из середины ангара до него донёсся голос матери.

— Сахарок! — Окликнула сына Филлис, лавируя между рабочими, — Я знаю, что твой маленький сверхсекретный проект очень важен, но, кажется, мы… не укладываемся в сроки.

— Как это так не укладываетесь? Я что, не достаточно заплатил? — Спраут топнул копытом и попытался посмотреть на мать свысока.

— Сынок, послушай. У тебя новая должность, а у нас — новый цех и новый проект. Просчёты случаются, это нормально в такой ситуации. Нужно просто подождать ещё пару дней, и всё будет готово.

— Пару дней?! На счету каждая минута! Может быть, армия пегасов уже летит в Мэйртайм Бэй, а нам до сих пор нечем ответить!

— Кроме слиземеталок, конечно же? — Филлис натянуто улыбнулась.

— Мам, ты знаешь, что я имею в виду, — ответил Спраут, закатывая глаза, — По-настоящему ответить, чтобы решить проблему раз и навсегда! Хорошо, что у нас уже есть слиземёты, но большой слиземёт будет ещё лучше! Так, о чём это я?

— О том, что мы просчитались и не укладываемся в сроки.

— Ах да, о том что вы, — Спраут наклонился и ткнул директора «Кантерлогики» копытом, — просчитались. Выходные уже отменили?

— Да. Кстати, спасибо, что разрешил.

— Рабочий день увеличили?

— Конечно, насколько это возможно.

— Громкоговорители с пропагандой? — Спраут закричал и начал оглядывать потолок в поисках громкоговорителей, которые должны были установить по его приказу, — Почему я не слышу запись своего голоса?!

Филлис вздохнула и закрыла лицо копытом.

— Сахарок, — сказала она, — Я убрала их потому что они только мешали. Рабочие отвлекались чтобы послушать тебя, да и сквозь этот шум всё равно ничего было не разобрать.

— Погоди, что? — Спраут замер и уставился на мать с недоверием. Бипп и Бопп же продолжили смотреть в потолок, — Ты не хочешь, чтобы пони были мотивированы моими идеями? Или, может, не хочешь, чтобы мой сверхсекретный проект был закончен в срок? А?

— Хочу! — Филлис, наконец, сорвалась на крик, — Но если надавить на рабочих ещё сильнее, они просто взбунтуются!

Директор «Кантерлогики» замерла, осознав, что именно только что сорвалось с её языка. Шериф же торжествовал. Его улыбка становилась всё шире, нога отрывалась от пола чтобы обвинительно указать на преступно некомпетентного подрядчика городской власти. Филлис Кловерлиф наблюдала за этим как в замедленной съёмке, уже заранее слыша ужасающие слова своего сына.

— Ты что, угрожаешь мне мятежом? Бопп, Бипп, арестовать её и бросить в темницу! В смысле, в участок.

Приспешники Спраута вздрогнули, услышав свои имена. Их взгляды стали совсем немного осмысленными и, проследив за копытом босса, остановились на кобыле в очках.

— Я… я… я совсем другое имела в виду!

Филлис попыталась бежать, но врезалась в одного из рабочих. Дюжие жеребцы нависли над ней и без проблем связали шпагатом, позаимствованным тут же из связки труб. Затем Бопп погрузил беспомощно брыкающуюся кобылу на спину Биппа, и тот отправился к выходу. Спраут же вернулся к оглядыванию ангара, на этот раз в поисках нового директора для «Кантерлогики». Первым ему на глаза попался тот самый техник по кранам...

Пишу понифики вместо конспектов, мда.

— «Воды Луны»! Целебные воды от самого производителя! — надрывался Флим с помоста, украшенного прилавком с батареей флакончиков, за которым профессионально лыбилась кобылка-ассистент. — Даруют красоту, лечат любые болезни, вот, смотрите, мой любимый брат…
На помост выползло чучело в бинтах и на костылях, горестно стеная.
— … Попал в катастрофу поезда, врачи не смогли ему помочь, и я в лепёшку разбился, разыскивая средство, способное ему помочь. И вот, наконец, это драгоценное и обошедшееся мне крайне недёшево средство в моих копытах, и вы сами увидите его эффективность!
Чучело подковыляло к нему, высунуло сквозь щель в бинтах длинный розовый язык, на который Флим с величайшей аккуратностью капнул три капли прозрачной синей жидкости из хрустального флакончика. Страдалец сглотнул, передёрнулся, отшвырнул костыли и пустился вприсядку, срывая бинты.
— Вот! Вы сами убедились, что «Воды Луны» действуют чудодейственным образом! — провозгласил Флим, и полез обниматься с Флемом. — Братец, наконец-то ты здоров!
— О да, братец, и всё благодаря «Водам Луны», которые все желающие смогут приобрести всего за 999,9 битса со скидкой! — прослезившийся Флем не забывал о маркетинге.
— Удивительное средство. Только… А когда это принцесса Луна была беременной? — с интересом спросила синяя пегаска с волнистой серебристой гривой, поднявшись на сцену первой и крутя перед глазами флакончик.
— Э… — братцы переглянулись. — В каком, простите, смысле?
— В самом прямом. Воды у принцессы могли отойти только при родах, раз уж прямо «от производителя». — Пегаска продолжила изучать флакончик. Открыла, понюхала, сморщила нос.
— Ну, нет, конечно же, это только название, имеется рецепт от самой принцессы…
— Неужели? — пегаска закрыла и поставила флакончик на стол и подняла на Флима насмешливый бирюзовый взгляд. — А как насчёт номера лицензии, разрешения на производство, процентов для автора и прочего? И кстати, а когда и где у нас единственный понивилльский поезд терпел катастрофу, не напомните?
Флим облился холодным потом и промолчал, чувствуя, как трясутся колени. Окучивавший других покупателей вместе с помощницей Флем устремился на помощь.
— Послушайте, мисс…
— Дрим. Сильвершейд Дрим. — Пегаска чуть склонила голову.
Встретившийся с ней взглядом Флем икнул и попятился. Пару секунд пегаска выжидала, с интересом разглядывая дрожащих прохвостов, потом ласково спросила:
— Так что там с авторскими отчислениями?
— А… мы… Пятьдесят процентов, в-в…
«Ты что несёшь, понидурок?!» Флем с натужной улыбкой пнул братца в колено, а пегаска приподняла бровь.
— Семьдесят! — мгновенно сориентировался тот.
— Хорошо, — благосклонно кивнула Сильвершейд. — И я ОЧЕНЬ надеюсь, что кроме спирта с пищевым красителем в составе не отыщется ничего… чрезмерного. Мы поняли друг друга?
— Так точно, фелледи Д-дрим! — отрапортовали жулики, вытянувшись.
— Вот и замечтательно, — мурлыкнула пегаска и подхватила флакончик, оставив на столике горстку монеток. — Продолжайте. Желаю вам всяческих деловых успехов, коньспода.
Она легко спорхнула с помоста и мгновенно растворилась в толпе жаждущих припасть к целебному источнику.
Братья переглянулись, Флим, сняв канотье, утёр испарину.
— Дёшево обде… то есть, отделались…
— Может, сразу прогорим? — Флем с тоской окинул толпу взором.
— Увы… — Флим уныло покачал головой. — Во-первых, опять поколотят, а во-вторых… ты умеешь не спать, умник?
— Э… Ступил, признаю, — пробормотал Флем и тоже вытер лоб. — Влипли… Придётся пахать, значит.
— Придётся, братец. Вот и шевелись давай, Прим Роуз уже вон доедают, — перехватив отчаянный взгляд осаждённой галдящими клиентами ассистентки, буркнул Флим. Нацепил канотье с фальшивой улыбкой и пошёл дальше вешать лапшу на уши публике. Как бы там ни было, шоу должно продолжаться.

— Гри-и-ифоновский централ… и-ик!… ветер северный!.. — голосила Гильда, пытаясь войти сразу в обе колышащиеся перед ней двери корчмы. — Ахренологу нихто не… йик! Не пишет… Яманая дверюга, я тя таки спымаю! А-а-а, твою пещеру гранитофосфатами налево!
БУМС!
— Атом? — лаконично спросила подошедшая Флаттершай у Твайлайт, задумчиво наблюдающей за потугами Гильды продолбать клювом стену с разбегу.
— Атом, — согласилась Твайлайт. — И где-то даже Бумц.
БУМС! БЕМС! БАМС!
*Вырезано цензурой из-за ряда непереводимых с грифоньего идиоматических выражений*.
— Заметно. — Флаттершай со вздохом обернулась. — Гарри, подержишь, пока я надену и рукава на сорочке завяжу, и сразу тащи её к Рэдхарт. Ну ты знаешь.
Медведь кивнул.
Гильда удачно промахнулась мимо стены клювом, трахнулась лбом об косяк, свела глаза в кучку и со счастливой улыбкой сползла наземь. Медведь тут же нахлобучил на неё смирительную рубашку.
— Опасное занятие — на спор пытаться перепить кирина их же пивом, — Флаттершай профессионально закрутила конечности грифонши с рукавами в узел, и медведь потрусил к больнице с вяло ругающимся свёртком на закорках. — Зачем ей это, хотела бы я знать…
— Право на торговлю Гильда уже отпоила… выпоила… Короче, на грифоньем роме она Атом уделала. — Твайлайт покусала кончик карандаша и что-то вычеркнула в блокноте. — А теперь она пытается выпИтать у Атом великую киринью тайну — рецепт, но не особо удачно. Кириний эль ей не по клюву.
— А ты?.. — Флаттершай деликатно покосилась на блокнот.
— А я пытаюсь вспомнить, что мне напоминают эти вот симптомы. Галлюцинации, нервная возбудимость, и…
— Пряный гриб, — сказала Флаттершай, запнулась и слегка покраснела. — Ой, прости, я не хотела тебя перебивать.
— Э… — Твайлайт уставилась в блокнот, потом на Флаттершай. — Точно! Подходит, но… он же смертельно ядовит! А Гильда…
Твайлайт подхватилась было куда-то бежать, но растерянно замерла.
— А Гильда уже три раза нахрюкалась до лиловых смешариков… И вместе с Атом, которая даже в больничку не попала! Это как?
— Ну… — Флаттершай застенчиво поколупала лапкой землю. — Есть способ… Понимаешь, кирины держат в секрете свой секрет секретного пива не потому, что им жалко секрета или там, ну… какая-нибудь традиция… а из-за способа приготовления. Они боятся, что его перестанут покупать, а это их основная статья экспорта.
— И откуда ты это знаешь? — Твайлайт насторожила ушки.
— Ну… я догадалась. В лесу можно увидеть всякое, знаешь. Там есть звери, которые, ну… на которых гриб не то чтобы совсем не действует, но… ну вот как на Гильду сейчас.
И они веселятся, а потом… эм, когда они избавляются от веществ гриба, ну… сливая их естественным способом, то, что получилось, другие звери тоже…
Глаза Твайлайт округлились. Она медленно закрыла блокнот.
— Дай угадаю… И им тоже весело?
— Ну… да. — Пегаска развела крыльями. — Они не могут есть сам гриб, но такой вот… вторичный жидкий продукт переработки… А олени так делают свой священный напиток к Летнему Солнценестоянию, но они его не продают, и… ну, особой тайны тут нет. А я спросила потом у Атом, могут ли кирины есть пряный гриб, и она сказала, что они давно к нему привыкли, у них организм выработал устойчивость к тем ядам. Эм, Твай… а можно, про это никто не узнает?
Спохватившаяся пегаска взволнованно посмотрела на подругу.
— Ну, то есть… они же останутся без средств в своей глуши, снова, и…
— Можно, — Твайлайт глубоко вздохнула, спрятала блокнот и тряхнула головой. — Скандал, который разразится, если все узнают, что секретный ингредиент легендарного кириньего пива кирины сами перегоняют… нет, таких потрясений международных отношений мы допустить ну никак не могём, как сказала бы наша Честность. Не говоря о том, что Эквестрия — основной импортёр этого добра. Так что тайна останется тайной, торговля будет процветать и, хм… пахнуть, Гильда надираться в шурф, словом, всё по-прежнему. Только вот я, пожалуй, никакое неэквестрийское пиво пить больше не буду. Во избежание. В него-то уж точно ничего такого не… Флатти? Флатти!
Пегасочка упорно отводила глаза.
— Ну…
— Нет! — Твайлайт резко вскинула лапку, останавливая её, потом помассировала переносицу, прикрыв глаза. — Так, спокойно… Не надо. Есть вещи, которые лучше не знать. Лучше пошли в «Сладкий Уголок» к Пинки, там хоть всё натуральное… особенно Пинки.
— Да, — согласилась Флаттершай с улыбкой. — Особенно Пинки.

Перспектива лабиринта,
Удивила Твайлайт,
Направо пойдешь-любовь найдешь,
Прямо пойдешь-жизнь изменишь,
Налево пойдешь-желания исполнишь.
Недолго думала Твайлайт,
Отбивая копытами ответ,
Направо продолжила свой путь,
Там по неведомым дорожкам,
Среди неведанных зверей,
Нашла любовь,
Скоро сказка сказываеться,
Нескоро лабинт заканчивается,
Пожелаю я любви всей Эквестрии родной.

День 15, тема «энергия»Дорогая принцесса Твайлайт!

Как ты уже знаешь, в этом году мы начали изучать квантовую физику. Тогда я писала, что эти слова показались мне смутно знакомыми, но я не могла понять, почему. И вот теперь я, наконец, вспомнила!

Когда я пыталась найти информацию о зеркале Старсвирла, то забралась в библиотечную секцию тёмной магии тёмной магии и увидела там книгу с таким названием. Я не открывала её и запомнила только потому что ничего из известной мне тогда физики не казалось заслуживающим помещения в эту секцию. Но сейчас я осознала, что квантовая физика — это совсем другое дело.

Оказывается, в самых обычных вещах могут скрываться огромные энергии. С помощью квантовой физики и магии, известной ещё во времена Старсвирла, можно сравнять с землёй город размером с Мейнхеттен и даже больше. И это только начало! Я думаю, профессиональный физик придумает много чего другого, но достаточно того, что я узнала в первые несколько недель, чтобы понять, что подобные знания действительно нужно прятать.

Твайлайт, я знаю, что теперь ты начнёшь искать эту книгу и попытаешься её прочитать. В таком случае, пожалуйста, не пробуй ничего оттуда на практике, а ещё лучше перепрячь эту книгу подальше и вообще укрепи охрану в библиотеке. Потому что я совершенно не встретила препятствий на пути к книгам по тёмной магии и боюсь, что однажды туда заберётся кто-то гораздо злой или безрассудный, гораздо хуже, чем мы с тобой или Старлайт Глиммер.

Сансет

Контекст

— О-о-о… Какая перспектива… — Твайлайт тихонько вышла на лужайку.
Безмятежно дрыхнущая после обеда на травке Пинки Пай и ухом не повела, так что Твайлайт, не отрывая глаз от упругого розового крупа с беззаботно откинутым хвостом, начала подкрадываться к ней.
— Нет, ну это же восхитительно… — единорожка, алчно глядя на Пинки и едва ли не капая слюной, подбиралась всё ближе, бормоча под нос. — Какие, м-м-м, возможности! Восхихительные перспективы, восхихительные…
Лаская взором предмет своих давних вожделений, Твайлайт сделала ещё пару осторожных шажочков. Ещё чуть-чуть… Вот сейчас…
На ухо Пинки села розовая бабочка. Пинки тряхнула ухом и что-то пробурчала, заворочавшись. Бабочка задумчиво порхала над ухом, Твайлайт замерла испуганной ланью на полушаге, затаив дыхание, в кустах Флаттершай судорожно вцепилась в фотоаппарат, в кои-то веки возжелав прихлопнуть наглое насекомое… Наконец, бабочка прельстилась цветочным ароматом, донесённым лёгким ветерком, и улетела. Твайлайт облегченно выдохнула… оглянулась на кусты, почему-то всколыхнувшиеся, но не углядев ничего подозрительного, вернула внимание предмету своих бурных страстей и сделала решающий, последний шаг.
— Наконец-то! Он мой! — прошептала Твайлайт, выхватила из сумки пинцет, ловко вырвала из хвоста Пинки волос, и мгновенно испарилась с негромким хлопком. Пинки вскинула голову, недоуменно осмотрелась, пожала плечами и опять легла, устроившись на мягкой травке поудобнее. В кустах Флаттершай билась лбом об дерево, бабочка безмятежно сосала пестики и тычинки в цветке, Твайлайт в лаборатории дрожащей от возбуждения магией помещала бесценный образец в пробирку, предвкушая бесчисленные опыты и в перспективе — написание диссертации… В Кантерлоте Луна замышляла перспективную месть за запущенных в постель тараканов, а Селестия доедала восьмой тортик с перспективой на девятый. Понивилль сонно дремал под жарким солнцем, ожидая перспективной вечерней прохлады. И только Мод Пай, пристроив Боулдера на каску рядом с фонарём, не маялась перспективами — она махала кайлом в забое.

— Магия земнопони — это очень перспективное направление, — сказала Опалин, вылезая из дупла после отбытия «победителей» и придирчиво выбирая в шкафу новую чарометку из старых запасов. Вот потому-то у всехпони сейчас и оставалась только одна — в своё время Опалин резвилась, как могла. — А деревья дружбы по всей этой… Недоэквестрии — перспектива просто радужная. Что ж, мои маленькие враги, раз воевать не вышло, давайте дружить… организмами. Мва-ха-ха-ха!
Земля во всех трёх городах встала дыбом, и из неё полезли сотни и тысячи хентаклей. Великий план Опалин увенчался полным успехом.

Слово на 19 февраля — предупреждение (warning)
P.S. Стоит ли нам перекатываться в новый тред после 20 февраля, как вы думаете?