Марсиане, Глава 20 (Сол 32)



Автор: Kris Overstreet
Оригинал: The Maretian
Рейтинг: E
Перевод: Fogel
Редактор: Oil In Heat, RePitt, Veon, Многорукий Удав

Экспериментальный двигатель для межпланетных полётов, изобретённый сумеречным гением Твайлайт Спаркл, дал сбой, выкинув интернациональную команду в составе Старлайт Глиммер, Спитфайр, Черри Берри, чейнджлинга Дрэгонфлай и дракона Файрбола на враждебную всему живому планету в совершенно иной вселенной. С ограниченными запасами продовольствия, почти отсутствующим запасом магии, без связи с домом и невозможностью покинуть планету, они должны выжить, пока хоть кто-нибудь не спасёт их.
К счастью, они разбились прямо по соседству с другим существом с точно такими же проблемами. Существом по имени Марк Уотни.

Ponyfiction
Ficbook

Сол 32Музыка медленно проникала в мозг Венката Капура. Он перевернулся и закрыл голову подушкой, чтобы заглушить её, но подушка не смогла помочь против локтя жены, ткнувшегося в ребра. Понуждаемый супругой и звонком, он неохотно встал с кровати и нащупал телефон.

– Алло?

– Доктор Капур? Это Минди Парк.

– Сейчас ночь или утро? – сонно спросил Венкат.

– Не знаю, я живу по марсианскому времени, – ответила Минди. – Там сейчас полдень. Последние спутниковые фотографии Марса показывают, что Уотни занимается чем-то странным. Вам лучше приехать и посмотреть.

Если бы Венкат был лет на двадцать моложе, то сонливость бы слетела с него мгновенно. Но учёные среднего возраста и высокопоставленные чиновники спят слишком крепко, когда их время не пожирала работа.

– Я… скоро буду, – сказал он зевая. – Но что ты можешь мне сказать прямо сейчас?

– Он перестраивает солнечную ферму, – не стала скрывать Минди. – На данный момент он расставил солнечные панели в форме гигантской буквы «М». Инопланетяне же собирают камни и складывают их к северу от солнечных батарей.

Это, конечно, был не кофе, но новость оказалась вполне достойной заменой.

– Держите всё, что у вас там есть, сфокусированным на Доме, – сказал он. – Буду через полчаса.

* * *

Тедди пролистал распечатанные фотографии, по одной вытаскивая их из-под скрепки и просмотрев, перекладывал под низ стопки.

– Азбука Морзе, – сказал он. – Умно.

Глава НАСА поморщился, глядя на последнюю фотографию.

– Leet-спик? Я думал, мы распрощались с ним в двухтысячных. Всегда терпеть не мог эту дрянь.

– Это сильно экономит буквы, – тихо сказала Минди. – Ну, нужно много камней, чтобы сделать сообщение читаемым из космоса, даже с максимальным увеличением и лучшими фильтрами изображения.

– "Жив cол 32. Проткнут антенной. Несчастный случай. Экипаж не виноват. Уже лучше. Пайки заканчиваются сол 307. Пять пришельцев, еда до сол 85, сол 118 с рационами «Ареса». Ращу ещё", – Тедди поднял глаза от страницы. – Звучит не очень оптимистично для пришельцев.

– Он что, не мог нам сказать больше? – спросила Энни. – Мы уже и так знали всё это дерьмо, за исключением ситуации с едой у инопланетян.

– Ему потребовалось семь часов, чтобы выложить это сообщение, – отметил Венкат. – И это после того, как он потратил целый час, перемещая солнечные панели, чтобы дать нам понять, что это код Морзе. И ему помогали.

– И на все это ушли почти все камни в радиусе двухсот метров от Дома, – добавила Минди.

– Вот дерьмо, – фыркнула Энни. – Когда он сделает следующее сообщение?

– Вероятно, он не будет этого делать, – заметил Венкат. – У него нет возможности узнать, когда мы увидим это. Он даже не знает, смотрим ли мы за ним.

– Как он может не знать? – спросила Энни. – Ясный хер, что мы на него смотрим! Да и кто бы не смотрел?

– Гм, – Тедди поднял руку. – Энни, если бы не инопланетяне, мы бы не смотрели. Это было моё решение, я от него не отказываюсь, хотя и рад, что не успел претворить его в жизнь. Но Венкат прав. У Уотни нет возможности узнать, что мы за ним наблюдаем.

Глава НАСА постучал по стопке фотографий и продолжил:

– Но меня больше всего интересуют последние два слова. "Ращу ещё". Как думаешь, что это значит, Венк?

Венкат Капур пожал плечами.

– Я думаю, это означает, что он пытается вырастить больше еды, – просто ответил он. – Уотни же ботаник. До того, как он вступил в корпус астронавтов, Марк в Африке занимался озеленением пустынь.

– Это одна из причин, по которой мы приняли его заявление, – добавил Митч Хендерсон, расположившийся в кресле.

– Как думаешь, он это сможет? – спросил Тедди.

– Понятия не имею, – решительно сказал Венкат. – Но то, что я думаю, не имеет значения. Уотни считает, что сможет.

– Как он будет это делать? – спросил Тедди.

Венкат Капур пожал плечами.

– Могу вызвать кого-нибудь из экспертов, если хочешь. Я предполагаю, что он возьмёт все контейнеры в Доме, добудет воду из марсианской вечной мерзлоты и попытается построить гидропонный сад.

– Эм-м-м, – прервала его Минди. – Я не думаю, что он задумал именно это. Помните все те наружные работы, что вели Марк и инопланетяне? Когда мы не могли понять, чем они заняты? Просто ходили туда сюда через шлюз. Может быть, они сгребали верхний слой почвы?

– Это не сработает, – категорично сказал Венкат, качая головой. – Марсианская почва ядовита, и, в любом случае, Дом недостаточно велик для сельского хозяйства.

– Тащи сюда этих экспертов, – приказал Тедди. – Пусть они проверят оба сценария. Спроси их, может ли Уотни получить достаточно чистой воды для гидропонного сада и достаточно ли в Доме материалов для его строительства. Спроси, может ли он на марсианском грунте выращивать что-нибудь, и что нужно было бы сделать Уотни, чтобы заставить всё это работать. А также позволяет ли Дом вырастить достаточно пищи на шесть человек.

– Сделаем, – сказал Венкат, делая пометки.

Тедди повернулся к телефону громкой связи.

– Брюс, как скоро мы сможем отправить дополнительные запасы Марку?

– Не скоро, – раздался голос Брюса Энга, начальника Лаборатории реактивного движения. – Мы выполнили грубые прикидки, начиная с сегодняшнего дня и заканчивая очередным окном Гомана через двадцать один месяц. Сейчас самое плохое время для отправки чего-либо на Марс. Чтобы добраться туда, нам потребуется характеристическая скорость в четыре раза большая, чем обычно. При этом ничто из того, что мы отправим в течение ближайших четырёх или пяти месяцев, не доберётся до Марса раньше, чем к 570-му солу.

– Расскажи подробнее, – продолжал настаивать Тедди.

– Сейчас Земля опережает Марс по орбите вокруг Солнца, – пояснил Брюс. – Прямой полёт потребует компенсировать орбитальную скорость Земли и гравитацию Солнца в дополнение к ускорению, необходимому для достижения Марса. Ничто из до сих пор построенного человечеством не способно на это. Поэтому вместо прямого запуска мы вынуждены делать петлю дальше орбиты Марса, чтобы дать ему время догнать зонд. Когда зонд будет возвращаться к Солнцу, он встретится с Марсом.

– Сколько груза мы можем отправить с использованием такого манёвра? – спросил Тедди.

– Всё ещё мало, но, по крайней мере, выполнимо. Как я уже сказал, запускай мы носитель сегодня, то потребовалась бы характеристическая скорость вчетверо большая, чем в наших обычных миссиях снабжения. Самый тяжёлый носитель, который нам доступен – это ступень выведения для третьего “Eagle Eye”. Запусти мы его сегодня, то смогли бы доставить на Марс груз весом в триста килограммов, – Брюс Энг замолчал, чтобы перевести дыхание. – Помните, что это не триста килограммов еды. Это триста килограммов всего: пища, масса зонда, на котором она летит, и масса системы приземления, которая позволит доставить еду в целости и сохранности.

Через мгновение он продолжил:

– Однако, показатели для характеристической скорости улучшаются с каждым днём, потому что мы должны всё меньше и меньше компенсировать гравитацию Солнца. К тому времени, когда мы реально сможем выйти на старт – скажем, дней через сто – потенциальная полезная нагрузка достигнет девятисот килограмм. Опять же, это зонд и еда, вместе взятые.

– Но вот что действительно плохо, – подошёл к финалу Брюс, – все эти траектории заканчиваются датой прибытия где-то между пятьсот семедисятым и шестьсот десятым солом. Что бы мы ни делали с “Eagle Eye” – быстрее не получится.

– Продолжай заниматься этим вопросом, – приказал Тедди. – При необходимости планируйте двойную миссию пополнения запасов. Мы где-нибудь найдём ещё один носитель. Нам нужно найти способ доставить Марку больше еды и как можно скорее.

– Мне бы не помешало знать, насколько большие запасы вы собираетесь отправлять, – отметил Энг.

– Именно этот момент смущает меня в сообщении Уотни, – добавил Венкат. – Он говорит, что у него есть еды на триста солов. Мы уже поняли, что, если бы он нормировал рационы, то мог бы протянуть до четырех сотого солп. Но он также говорит, что инопланетянам хватит еды до восемьдесят пятого, а затем, что с использованием запасов “Ареса” до сто восемнадцатого. Числа не сходятся. Должна быть какая-то причина, почему инопланетянам хватит только до сто восемнадцатого сола, а Уотни – до трёхсотого.

– Возможно, у них аллергия на что-то, – раздражённо бросила Энни.

– Это интересная мысль, – заметил Тедди.

– Ты охренел? – огрызнулась Энни. – Я в шутку сказала!

– Я серьёзно, – сказал Тедди. – Может быть, есть только несколько земных продуктов, которые инопланетяне могут употреблять в пищу. Венк, попроси, чтобы диетолог «Ареса» проверил все продукты, которые были в рационах «Арес III» для поверхности и разбил их по известным аллергенам, да и вообще по типам продуктов. Ищите то, что делает три четверти рационов «Ареса» неподходящими для инопланетян.

Венкат молча сделал ещё одну пометку. Он в любом случае намеревался заняться этим, но никогда не повредит поддержать своего босса. Особенно в том случае, когда босс уверен, что это была его собственная идея.

– Но вернёмся к еде, – продолжил Тедди. – Анализ орбитальных фотографий гостей Уотни показывает, что они имеют массу, близкую к людям. Итак, примем аналогичные требования к еде: шесть человек, и еды должно хватить на то, чтобы дождаться запасов, которые прибудут в следующем, нормальном, окне запуска к Марсу.

– Это был бы Сол 856, – произнёс Брюс Энг. – Давайте предположим, что зонд прибыл в Сол 556, я, правда, не знаю как. Пайки на триста пятьдесят дней для шести человек, по килограмму в день, это получается 2.1 тонны, – громкая связь едва сумела передать, как шеф ЛРД присвистнул сквозь зубы. – «Дельты IX» от “Eagle Eye” на это не хватит. Как скоро мы сможем заставить SpaceX подготовить первую ступень “Red Falcon”?

– Я спрошу, но особо не рассчитывай, – ответил руководитель НАСА. – Когда я разговаривал с ними в последний раз, они всё ещё были заняты подготовкой к предварительным поставкам для «Арес IV».

Он сделал паузу, затем переложил фотографию которую крутил в руках в низ стопки, перецепил скрепку и аккуратно положил получившуюся стопку на угол стола.

– Говоря об «Арес IV», в планах произошли изменения. Президент решил, что мы не будем ждать, пока команда «Арес IV» спасёт Марка Уотни. Возможность установить официальный дипломатический контакт с инопланетной разумной жизнью делает спасательную миссию неотложной, если отбросить вариант, что спасательная миссия пришельцев состоится в самое ближайшее время.

– Я, конечно, извиняюсь, – прервал его Брюс Энг, – но президент что, думает, будто мы вот просто взяли и полетели туда за ними?

– Нет. Он ожидает, что мы используем «Гермес», – Тедди положил руки на стол и наклонился вперёд. – «Гермес» стыкуется с космической станцией для ремонта через семь месяцев. Следующее окно запуска через двадцать один месяц. Это даёт нам четырнадцать месяцев, на переоборудование «Гермеса», чтобы он мог обеспечить команду из девяти пассажиров вместо шести.

– И как он предлагает Уотни и его друзьям добираться до «Гермеса»? – спросил Венкат. – МВМ «Ареса III» в настоящее время ретранслирует спутниковые сигналы в четырёхстах километрах у них над головой.

– В худшем случае, он поедет до кратера Скиапарелли и использует МВМ «Арес IV», – ответил Тедди. – «Арес III-A» может взять вместо посадочного модуля другой МВМ на Марс, чтобы заменить его. С другой стороны, если мы сможем связаться с Уотни, то, возможно, он сможет использовать топливную установку с МВМ «Арес III», чтобы произвести достаточно топлива, чтобы МВМ можно было посадить на площадку «Арес III», немедленно заправить и взлететь.

– Я попытаюсь найти кого-нибудь, кто сможет проверить цифры по этому сценарию, – с сомнением проворчал Брюс.

– Не позволяй этому отвлекать тебя от нашего основного приоритета. Сначала запасы для Уотни, а уж потом спасение, – Тедди Сандерс повернулся к Митчу Хендерсону, который был неестественно молчалив большую часть встречи. – Митч, я хочу, чтобы ты подобрал экипаж из трёх человек для миссии «Арес III-A». Они не будут приземляться, поэтому большой экипаж не нужен. Пилот, врач и биолог. Выбери самых дипломатичных, что у нас есть. Помни, они будут иметь дело с разумной инопланетной жизнью.

– Они будут иметь дело, – проворчал Митч, – с разумной инопланетной жизнью, которая прожила с Марком Уотни больше двух лет.

– Хорошее замечание, – заметил Венкат Капур. – Лучше отправить психолога, а не биолога.

Все засмеялись, кроме Тедди, который просто сделал пометку в своих бумагах.

Вздохнув, Венкат машинально нарисовал закорючку в свой блокнот.

– «Гермес» был построен, чтобы осуществить как минимум пять миссий, – сказал он. – При регулярном ремонте он рассчитан на тридцать лет эксплуатации. Системы жизнеобеспечения построены с большим запасом. Единственной проблемой с девятью членами экипажа будет теснота. Но это решаемо.

– А почему бы просто не отправить команду «Арес-III» обратно? – спросил Хендерсон. – По крайней мере Льюис, Мартинеса и Бека. У них есть дополнительная мотивация, чтобы доставить Уотни домой в безопасности.

Тедди покачал головой.

– Когда они вернутся, то пробудут в космосе уже год. Им нужно время для отдыха и восстановления, а не подготовка к новой миссии, как только они приземлятся. Лучше использовать свежий экипаж. И к тому же, – добавил он, снова опираясь на свой стол, – у каждого астронавта в мире уже есть вся мотивация, которая только может быть, чтобы желать вернуть Уотни домой.

Все кивнули, соглашаясь с этим.

* * *

СТЕНОГРАММА ОБМЕНА СООБЩЕНИЯМИ ВОДЯНОГО ТЕЛЕГРАФА МЕЖДУ ЭКА БАЛТИМЭЙР И КОРАБЛЁМ ЭКА “АМИЦИТАС”.

(примечание: все стандартные телеграфные сокращения, коды Хорсе и аббревиатуры расшифрованы)

АМИЦИТАС: «Амицитас», вызывает Балтимэйр, приём.

АМИЦИТАС: «Амицитас», вызывает Балтимэйр, приём.

АМИЦИТАС: «Амицитас», вызывает Балтимэйр, приём.

ЭКА: Балтимэйр, вызывает «Амицитас». Вы рано, приём.

АМИЦИТАС: Готовы к большому объёму воды, приём.

ЭКА: Подробное описание полёта и посадки. Включите любые выводы, которые вы сделали, приём.

АМИЦИТАС: СГ – Полёт протекал нормально до середины утра второго дня. Отказ системы при манёвре уклонения, сопровождавшийся разрушением всех мана-батарей основного двигателя. Уцелели лишь две аварийные батареи. Все системы, работающие от магического поля, не функционируют из-за отсутствия универсального магического поля. Через сорок минут осуществили управляемый вход в атмосферу, с использованием аварийных мана-батарей и батарей в маневровых двигателях. Вывод: неожиданный телепорт в параллельный мир без универсального магического поля, приём.

ЭКА: Повторите. Нет универсального магического поля? Приём.

АМИЦИТАС: СГ – Подтверждаю. Единственный источник магии – поле жизни. В настоящее время жизнь на планете представлена командой «Амицитас», одним инопланетянином и несколькими растениями. Приём.

ЭКА: Принято. Назовите время в месте вашего нахождения? Приём.

АМИЦИТАС: ДФ – час до полудня по местному времени. День планеты дольше обычного. Приём.

ЭКА: Сообщение принято. Приготовьтесь к длинному сообщению завтра через двадцать один час от настоящего момента. Приём.

АМИЦИТАС: ДФ – для вас освободим все вёдра. Конец связи.

Примечания:

Я на самом деле связался с Энди Вейром на Facebook, чтобы прояснить ряд вопросов (без упоминания пони). Но мне не удалось добиться от него большего, чем то, что для полёта на Марс существует несколько траекторий из любой заданной точки, и моделирование их всех является достаточно сложной задачей, непосильной простым коммерческим приложениям. Дальше этого мы не продвинулись.

Поэтому вместо этого я решил загрузить старую сохранёнку из KSP, где я уже угробил кербонавта, и пошёл смотреть необходимое изменение ΔV при полёте с Кербина (Земля) до Дюны (Марс). Затраты топлива на прямой перелёт при расположении планет, как указано в главе, были просто астрономическими – почти столько же, сколько требовалось, чтобы добраться с поверхности до низкой орбиты. Пропуск всего ста игровых дней уменьшил затраты почти в два раза, хотя это всё ещё было намного выше минимальных затрат, которые можно было получить при старте в гомановское окно.

Однако, во всех трёх случаях, что я попробовал, время прибытия было почти одинаковым, с разницей в десять-пятнадцать игровых дней. Попытка сделать так, чтобы перелёт завершился раньше, требовала так много дополнительных усилий, что это просто было бы неправдоподобно. Причина в том, о чем упомянул Брюс Энг: чем более прямая ваша траектория мимо Солнца, тем больше тяги требуется для преодоления как солнечной гравитации, так и орбитального импульса Земли. Окна Гомана идеальны, потому что они являются точками, в которых вы, по существу, покидаете Землю по тому же вектору, по которому она и сама движется по орбите, но быстрее, что эффективно увеличивает вашу орбиту без необходимости убирать или добавлять что-то.

Дополнительные переменные – конечная полезная нагрузка, общий удельный импульс задействованного корабля и то, как долго вы готовы ждать, чтобы получить полезную нагрузку на месте. Они все взаимосвязаны – чем меньше полезная нагрузка, тем быстрее заданный удельный импульс доставит вас туда. В настоящее время НАСА обнаруживает, что у них не получается вовремя доставить еду, хотя бы для одного Уотни (не говоря уже о его гостях).

Кстати, диетологу потребуется приблизительно пять минут, чтобы выяснить, почему цифры с едой не сходятся. Никакой другой фактор в меню, отправленном на Марс, не мог бы иметь целых 25%, кроме растительно-белковых блюд. Таким образом, никаких дополнительных сцен, поясняющих это, у вас не будет.

SpaceX был не намного больше, чем хвастуном с миллиардами в 2011 году, когда книга впервые вышла. В фильме наименование SpaceX появляется на “Гермесе”. Я добавил сюда SpaceX, чтобы объяснить, почему их ракеты не могут привезти Уотни ланч вовремя. (Стороннее примечание: я первоначально назвал BFR «Blue Falcon», но один из читателей указал мне на Urban Dictionary, и я изменил название на “Red Falcon”, хотя в таком случае теряется шутка BFR. Я всё ещё думаю, что Илон Маск решит назвать её “Blue Falcon”, если сохранит аббревиатуру.)

В книге Уотни предполагает, что никто на Земле не знает, что он жив, пока “Патфайндер” не связался с Землёй. Тут я не вижу причин менять это.

Митч – руководитель полёта в Центре управления полётами, а не руководитель отдела астронавтов, но в книге он, по существу, выполняет обе роли. Он главный защитник интересов астронавтов. Я сохраняю за ним эту роль и в своей истории.

К началу ^
⇦ Назад
Далее ⇨

11 комментариев

Скачи в ленту!
Файрбол при этом всё равно будет страдать от нехватки питательных веществ. У него минеральная диета, а одним кварцем жив не будешь.
Формально ему еще чуть-чуть золота надо, но буквально граммы и раз в пятилетку, а в остальном кварца для него вполне достаточно.
Ты будешь смеяться, но этим же вопросом задавался и Марк, особенно после того как обнаружил, что дракон жрущий только оксид кремния продолжает гадить таким же говном как и все остальные. На резонные вопросы: «че эт за фигня!!!» ответ был один: «магия! ну и мы сами не в курсах...»
Нужно
Больше

Золота

сумеречным гением Твайлайт Спаркл

Скорее уж сумрачным гением.
Да ты экстрасенс: мои мысли читаешь!
— Тут это специально. А острый грифонии смысл, кстати, в другом произведении будет
Ну вот, дело-то движется. Но передавать «хорсянку» водой — это надо же додуматься!))) Спасибо за перевод!
Together we are all lost on the Mars
We share our home on the Mars
у меня заранее болит голова о от этих песен
Мы Марк и пони на МарсЕ,
Мы весело живём.
Но на МарсЕ нет картох
И мы про них поём.
Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.