Послание в бутылке. Том 2 (глава 18)



Автор: Starscribe
Оригинал: Message in a Bottle
Рейтинг: Е
Перевод: RePitt
Редактор: Randy1974, Shaddar

Млечный Путь насчитывает сто миллиардов звезд, и человечество стремится исследовать каждую из них. Мы посылаем к ним зонды, способные на месте клонировать команды исследователей. Необитаемые миры по всей галактике будут колонизированы, заселены и через много лет тоже примкнут к огромной семье межзвездной цивилизации. Но если зонду очень, очень повезет, он может наткнуться на населенный мир. Эквестрия – один из таких миров.

К сожалению, смертельная для человека среда не делает его идеальным для колонизации. Тем не менее, каждый из зондов оснащен величайшим искусственным интеллектом, когда либо изобретенным человечеством. И если попытки поместить человеческий разум в недавно изготовленные людские тела не сработали, то ему просто придется проявить немного больше изобретательности.

Ponyfiction

Глава 18: НебесныйФларри Харт стояла в том единственном месте, где никогда не думала, что окажется, – на мостике космического корабля, глядя вниз на Эквус. За те несколько месяцев пыток, что она провела в плену своей тети, юная принцесса неоднократно убедилась, какая судьба ждала тех, кто нарушил запрет Гармонии на космические путешествия. Каждый раз все начиналось с демонстрации представителей культуры, что посмели бросить подобный вызов – многие из них были пони.

Фларри Харт присоединилась к Лаки в космосе, чтобы обследовать «Агамемнон», но даже тогда это казалось ей слегка порочным. По настоящему ее там не было, это был лишь дистанционно управляемый робот. При помощи технологий запрет можно было обойти. Но сейчас… все было иначе.

«Крыло Полуночи» не было боевым кораблем, несмотря на все его системы вооружения. Тут были предусмотрены определенные удобства, включающие мостик. Над ними возвышалось большое куполообразное окно, из которого прекрасно было видно кольцо, являющееся домом Фларри.

Большая его часть была мертва. Тысячи и тысячи километров пустого оплавленного коричневого камня, сменявшегося бесконечными ледяными просторами… а затем один-единственный зеленый островок. Но Эквестрия не была тем идиллическим островом порядка в океане хаосе, который Фларри Харт представляла себе в юности. Может быть, никогда им и не являлась.

– Там, внизу, все такое хрупкое, – раздался голос у нее за спиной. – Сложно это понять, живя там. Ты видишь горы, возвышающиеся над тобой, или грозу, гонимую сотней пегасов, и тебе кажется, что мир, который ты знаешь, будет длиться вечно.

Фларри Харт замерла, не смея даже дышать. Она практически могла сосчитать удары собственного сердца. Чего она действительно хотела, так это позвать на помощь, но у нее не было возможности, не дав знать об этом присутствующей здесь пони. Юная принцесса так и не освоила странную систему ввода, которую использовала Лаки, с контактными линзами и датчиками на коже.

– Я всегда думала, что оно будет больше, – продолжила принцесса Селестия. – Когда моя мама рассказала мне, сколько лет нашему миру, как долго мы тут живем… Я представляла себе что-то, что продолжалось бы вечно. Но, по крайней мере, во время карантина это не имело смысла. И, вероятно, какое-то время до этого. Предки других пони исследовали звезды и колонизировали всю Вселенную… но все их дети теперь стали пеплом. Мы единственные, кто остался.

“Ты продолжаешь говорить мне это даже сейчас? Ты пытаешься свести на нет всю тяжелую работу Лаки, чтобы я меньше боялась?”

Но озвучивать свои мысли Фларри не стала. Если Селестия была здесь, значит, происходило что-то еще. Может быть, принцесса наконец-то решила вмешаться, чтобы попытаться защитить Эквестрию. Может быть, Король Шторм в конце концов навредил слишком многим пони, и Гармония послала ее обратно.

“Но она сказала «нет» раньше, зная, что нечто подобное может случиться”.

Фларри Харт обернулась – и позади нее никого не оказалось. Голос казался ей таким реальным, но затем она заметила. На одном из многочисленных компьютеров появилось изображение рядом с нечитаемым текстом на человеческом языке. Изображение Селестии.

Фларри Харт расслабилась.

“Системы воспроизведения звука людей слишком хороши. Может быть, у граммофонов есть свои плюсы”.

По крайней мере, их звук никогда не заставлял аликорна решить, что рядом кто-то настоящий.

– О, это… запись какая-то. У людей просто была…

Но даже произнося фразу вслух Фларри обнаружила, что в этом нет никакого смысла. У людей была запись Селестии, говорящей о космосе? Где бы они ее взяли? Насколько она знала, из всех людей, только Оливия вообще встречалась с Селестией, и в тот раз все прошло не слишком хорошо…

– Нет, – ответила Селестия, перемещаясь между экранами.

Ее тело заняло экраны в передней части мостика, на которых отображался пустой космос. Где-то там был «Агамемнон», хотя и достаточно далеко от Эквуса. Селестия двигалась с экрана на экран, куда более реальная, чем какая-нибудь запись.

– Нет, я правда здесь. Или… думаю, я просто веду трансляцию. Не могу появиться во плоти, не усложнив ситуацию еще больше, чем она уже есть. И… честно говоря, после всего, через что я заставила тебя пройти, ты, наверное, будешь счастливее, если я не стану тебя навещать.

Это, безусловно, было правдой, но теперь, когда Фларри поймали на этом, она почти чувствовала себя виноватой. Почти.

– Может, и так, а… может, и нет, – юная принцесса снова села, подозрительно прищурив глаза. – Что ты здесь делаешь? Мы ничего не делаем… не пытаемся сбежать с Эквуса. Мы просто ждем, пока завершится орбитальный маневр, чтобы мы могли…

– Я знаю, – перебила ее Селестия. – Я здесь только потому, что… Я подумала, что вам, возможно, понадобится небольшой совет. Ты должна быть в курсе, что указывать пони, что делать, не входит в обязанности Гармонии. Мы должны разобраться во всем сами.

Настала очередь Фларри проявить подозрение.

“Разве не Гармония заставила тебя решить, что пытать меня – хорошая идея? А если такого не было, разве от этого все не становится еще хуже?”

– Что ж, давай свой совет, – принцесса плотно прижала крылья к бокам. – Но это не значит, что я стану доверять тебе. После всего, что ты сделала…

Селестия рассмеялась.

– Я бы тоже не стала, – она остановилась на центральном экране и обернулась, глядя через плечо на звезды.

“Может ли она их видеть? И как она вообще меня видит? Человеческие камеры?”

– Все время, пока я воевала с твоими новыми друзьями из Общества первопроходцев, я думала, что они здесь для того, чтобы сражаться с Эквестрией. Думала, что их присутствие разбудит силы, которые давно спят, и привлечет их к нам… – аликорн на экране вздохнула. – Ты видела, как это происходит.

Фларри Харт кивнула. Когда она наконец заговорила, это был испуганный шепот:

– Шторм, что бушевал по всей Вселенной. Заглушая свет вокруг каждой звезды.

– Все виды жизни, – согласилась Селестия. – Тех, кто прятался в недрах машин, они глушили до тех пор, пока не угас последний сигнал. Тех, чья плоть была крепче камня, они размалывали в пыль. А тех, кто жил как пони, они травили, душили и расстреливали.

– Я знаю, – выдохнула Фларри Харт. – Ты показала мне все это, тетя Селестия. Если это все, зачем ты пришла… н-напомнить мне о…

– Нет, – Селестия подняла крыло, почти в панике.

“Что, по ее мнению, я собираюсь сделать, Заставить ее уйти? Я не знаю, как работают эти компьютеры”.

Предвестник знал, но он до сих пор так и не проявился.

“Гармония, вероятно, все это делает. Она не позволит Предвестнику вмешаться. Селестия – ее творение”.

– Нет, – повторила аликорн на экране более уверенно. – Я здесь не для того, чтобы напоминать тебе об этом. Просто…

Она встала, переходя с монитора на монитор, пока не оказалась на ближайшем к Фларри дисплее, который можно было использовать для управления кораблем.

– После того, как я увидела… Я наблюдала за тобой. Наблюдая за тем, что делают люди. Я ошибалась насчет них.

Селестия махнула копытом, и экраны в передней части корабля изменились. Перед ними предстал Кантерлот.

Фларри Харт увидела чудовищный корабль “Штормбрейкер”, зависший на высокой орбите над городом, вне досягаемости даже самых отчаянных пегасов. А далеко внизу бушевала гроза, которая никогда не заканчивалась, влага, в которой тонуло каждое живое существо, и тьма, которая не давала расти растениям.

– Это самый опасный враг, с которым мы когда-либо сталкивались. Если бы я не была так поглощена голосами мертвых, мы, возможно, смогли бы противостоять этой угрозе вместе с твоими новыми друзьями. Мы могли бы легко справиться с ним, и сейчас жили бы в безопасности.

– Мы справимся с этим вместе, – ответила Фларри Харт. – Твайлайт и другие Элементы здесь, со мной. Как только Эквус займет подходящее положение, мы отправимся туда, где люди строят свою новую базу. Мы будем сражаться и победим.

Селестия, казалось, наклонилась ближе к экрану, ее лицо стало огромным.

– Я вижу. Гармония очень боится того, что может сотворить Король Шторм. Он в совершенстве изучил законы древних – и поэтому знает, как действовать, чтобы Гармония не могла помешать ему. Он не гражданин, и ты это знаешь… он даже не местный. Весь его вид имеет записи в базах данных Эквуса, за исключением него самого. Он много раз переживал гибель своей цивилизации. Если он добьется своего, то положит конец нашей.

Селестия повернулась, чтобы уйти, ее тело начало исчезать, как при замедленной телепортации.

– В этом нет никакого смысла! – крикнула Фларри Харт, сама наклоняясь ближе к экрану. – Гармония не позволит ему сделать что-то, что могло бы подвергнуть Эквус опасности, разве нет? Она убивала м-миллионы, чтобы защитить нас…

Селестия не обернулась и не остановилась. Но, по крайней мере, не исчезла сразу.

– Гармония не позволит ему нарушить законы древних, – она быстро оглянулась через плечо. – Но даже она не может сказать, что он строит на этом корабле, Фларри Харт. Если это тебя не пугает, то должно. И если ты думаешь, что Гармония ничего не делает, то что, по-твоему, только что было?

Она исчезла.

Огни по всему мостику мигнули, и экраны на короткое время погасли. Когда они снова заработали, на ближайшем появилось изображение одного из пони-дронов Предвестника, то же самое, которое он использовал всякий раз, когда взаимодействовал с эквестрийцами.

– Все в порядке, Фларри Харт?

Та кивнула.

– Д-да. Мне так кажется.

– И… – брови пони на экране поползли вверх. – Ты не просто использовала свою магию, чтобы изолировать это помещение? Это было бы невежливо, я бы оставил тебя наедине, если бы ты попросила.

– Нет, – ответила юная принцесса. – Но как мне кажется, тетя Селестия только что это сделала.




Сара вернулась к жизни с горящими легкими и телом. Она представляла, что повышение привилегий пользователей будет ощущаться так же, как и на Земле, – абсолютно никак. В конце концов, это ведь не более чем галочка в пользовательском профиле. Теперь она стала суперпользователем. Ничего особенного.

Она была неправа. Сара быстро поняла, почему Оцеллус и многие другие были слишком напуганы, чтобы предпринимать хоть что-то для получения прав гражданина.

Фестрал оказалась в бесконечной пустоте, пространстве, которому не хватало ширины, глубины, температуры или запаха. Затем что-то проникло внутрь, растягивая и расширяя ее крошечный разум, словно она была тестом на столе пекаря. Тогда Сара осознала, что означает “комплексность”.

– Я просто пришла за правами доступа, – произнесла она, когда кто-то наконец присоединился к ней в бездне. Она не смогла бы сказать, кто или что это было – существо, очертания, идея существования в большей степени, чем сам предмет. Это немного напомнило Саре взаимодействие с Дискордом, обитающим где-то глубоко в ее собственном разуме, и при этом находясь где-то снаружи.

– Твои мотивы не имеют значения, – произнесло множество голосов одновременно, говоря в абсолютной гармонии. – Благословение невежества длится до тех пор, пока пользователь цепляется за него. Но в конце концов все должны пробудиться от долгого сна и прийти в сознание.

Они стояли посреди гигантского города, где возвышались и пересекались здания неописуемых размеров и сложности. Или Саре так казалось – у них явно было больше измерений. Просто так их видели ее глаза, все еще ограниченные тремя изменениями.

– Что, если я захочу вернуться? – пробормотала фестрал, расправляя крылья. Они изменились, вместо кожи теперь были перья, хотя в тенях между темными и светлыми перьями почти можно было представить ее настоящие крылья. Но они были больше, чем у любого виденного ею пегаса. Только две пони, которых она встречала, выглядели похоже, но они были вместе совсем недолго. – Я просто подумала… ты знаешь, однажды мы уже сражались с Эквестрией. Может быть, нам снова придется. Теперь мы тоже с аликорнами, так что…

Гармония рассмеялась.

– Граждане, находящиеся в физическом мире, не сражаются. Их слуги могут, их фракции… но не друг с другом. Твоя мотивация привела к неверным выводам, если ты думала, что именно это вас ждет.

– Отлично, – Сара неловко шаркнула копытом по тротуару, чувствуя множество устремленных на них взглядов. Наиболее близкие к земле существа были пони, похожие на нее, но чем выше она поднимала взгляд, тем более странным все казалось. Формы тела становились все более чуждыми, пока Сара даже не смогла заставить их запечатлеться в мозгу. – Могу я все отменить?

– Нет, – Гармония шагнула к ней ближе Множество накладывающихся друг на друга фигур пони слились в единую фигуру, сделанную из металлических сухожилий и стальных костей. – Я знаю, что ты общалась с Системным Предохранителем. Его мотивы касательно тебя мне неясны, но мне все равно.

Фигура взмахнула прозрачным стеклянным крылом, и в воздухе появилось отверстие. Сквозь него Сара увидела зал управления – кристаллы двигались, разгорались и снова темнели. А чейнджлинги замерли, уставившись на нее. Ужас все так же пребывал как на лице Фаринкса, так и Оцеллус.

– Отправляйся обратно, обманщица, воровка и путешественница. Заверши свою задачу. Добавь свой голос к нашей гармонии.

Команда была произнесена с такой уверенностью, таким авторитетом, что Сара не смогла противиться. Она даже представить себе не могла, что может тогда произойти.

Она шагнула в портал. Это был не просто проход – было похоже, словно ей нужно было двигаться сквозь клей, проталкивая себя сквозь воздух со страшной силой. Но в конце концов Сара справилась, приземлившись на стекло со стуком копыт. По крайней мере, на этот раз боли не было.

Застывшие чейнджлинги снова зашевелились. Фаринкс отошел от нее на несколько шагов, поднялся в воздух и завис там, как будто не был уверен, нападать или бежать.

Уши Оцеллус прижались к голове.

– Мы уже… узнали то, за чем пришли. Правдивость ее истории подтверждена, отец. Карантин снят, – чейнджлинг развернулась, быстро направившись к выходу, оставляя спутников позади. – Пришло время проверить вторую половину.

Сара первой последовала за ней, ее крылья все еще были полураскрыты. Они были намного пушистее, и перья лежали неровно.

“Это будет сущий кошмар, заботиться о них. Предполагаю, мне придется завести любовницу, чтобы она с этим разбиралась”.

Фаринкс наконец вышел из ступора и поспешил за ними. Он обогнал дочь, остановив ее прозрачным крылом.

– Мы не можем, Оцеллус! Во всяком случае, не на поверхности. То что пони покинули это место, не значит, что они покинули и весь город. Они увидят ее.

– Да. Нам придется быть осторожными, пряча ее. Я уверена, мы сможем найти какую-нибудь одежду для нее в жилых помещениях пони. Плаща хватит.

– Если никто не будет присматриваться слишком внимательно, – Фаринкс повернулся, уставившись на Сару с таким выражением, с каким умелый мясник мог бы смотреть на животное, приведенное на бойню. – Силуэт все равно не совсем нужный. Есть отличия в морде, роге, ногах…

– Хватит! – Оцеллус протиснулась мимо него и вышла в коридор. Скучающие чейнджлинги снаружи встали и, казалось, собирались о чем-то спросить ее, пока Сара не вышла вслед за ней.

Все чейнджлинги замерли, уставившись на бывшего фестрала так же, как до этого Оцеллус и Фаринкс.

Джеймс нарушил молчание, топнув копытом по полу и громко выругавшись:

– Какого хрена? И ты тоже? Я, блядь, поверить в это не могу. Так, все, я тоже пошел туда.

– Никуда ты не пойдешь, – ответил Фаринкс, внезапно приземляясь между ним и входом в центр управления. – Мы уже и так разозлили Гармонию. Она была пони – что бы она ни сделала, это не должно навлечь гнев Гармонии на наш вид. Но ты теперь один из нас. Весь вред, который ты причинишь, обрушится на наши головы.

Винтовка на спине чейнджлинга воспарила на пару сантиметров в зеленой магической ауре.

“А я ведь тоже теперь так могу, верно?”

Но Сара не стала и пытаться – сейчас не время для экспериментов. Чем дольше она стояла там, тем больше чувствовала, как в голове появляется все больше информации и вещей, которых раньше там не было.

– Расслабься, Джеймс, – произнесла она, подходя и на секунду кладя крыло на спину чейнджлинга. Без кожанной перепонки этот жест не казался таким интимным, хотя у перьев были свои ощущения. – Ты уже умеешь летать и творить магию, помнишь? Тебе это и не нужно.

– О да, – жеребец расслабился, слабо улыбнувшись. – Наверное, я… не осознавал этого. Тут я тебя обставил.

“Я не хочу, чтобы ты ощутил то, что пришлось мне”.

Сара все еще чувствовала себя так, словно ее мозг раскатали и скомкали. Казалось, у нее должна была кровь сочиться из глаз, но пока ничего столь ужасного не произошло.

“Интересно, была ли та сущность там богом? Надо было вломить ему прямо в рожу.

Хотя, скорее всего, нет. У Бога должна быть белая борода и модная туника”.

– Мы причинили здесь больше вреда, чем вообще могли себе представить, – прошептал Фаринкс всем присутствующим, хотя сейчас он в основном обращался к черным чейнджлингам. – Я даже не знаю… как мы с этим сможем справиться? Если кто-нибудь из вас…

– Как насчет того, чтобы послушать пару секунд, – перебила его Сара, голос эхом разнесся по длинному каменному коридору. Она сердито посмотрела на чейнджлингов, некоторые из них вздрогнули от выражения ее лица. К Фаринксу это не относилось.

Он даже смотрел не на нее, а на Оцеллус.

– Я не могу поверить… нас одурачили, дочь. Нас обоих. Я не видел причин делиться с нами этой информацией, но теперь понял. О, карантин снят, тут все в порядке. На самом деле они хотели получить власть в свои копыта. Чтобы стать маленькими тиранами над нами со своими правами граждан.

Оцеллус и правда выглядела разочарованной этим словами. Очевидно, какая-то ее часть действительно верила в услышанное. Как минимум достаточно, чтобы испугаться.

Остальная часть группы тоже встрепенулась, отойдя от Сары подальше. Разногласия между различными фракциями чейнджлингов, казалось, были забыты перед лицом общего врага.

– А что если нихера подобного? – бывшая фестрал не использовала рог, чтобы усилить голос – она все равно не знала необходимой магии и не собиралась ей учиться сейчас. Но она могла топнуть копытом достаточно громко, чтобы заглушить шепотки. – Как насчет того, что я пытаюсь, едрить вас коромыслом, помочь вам? Эквестрия пыталась уничтожить нас тоже, помните? Меня еще не было, когда это произошло… но я знаю, что жертв было много. Вы хотите, чтобы это прекратилось?

Она легонько постучала копытом по рогу.

– Вот как это можно сделать. Такие ублюдки, как Селестия, понимают только силу. Они видят, что у вас тоже есть ядерное оружие, и, возможно, они не будут так легкомысленно относиться к возможности сравнять с землей один из ваших городов. Они будут знать, что их ждет, если они решат устроить конец света.

– Ты хочешь сказать, что ты на нашей стороне? – Фаринкс рассмеялся. – После того, что ты только что сделала?

Сара кивнула.

– Думай, что хочешь, придурок. Но в Эквестрии четыре аликорна, а у нас было только два. Хреновая арифметика, даже если бы вы были на нашей стороне. Теперь мы можем еще немного подправить шансы. Надеюсь.

Новоявленная аликорн немного расслабилась, взглянув на свой рог.

– На самом деле я не знаю, как все это работает. Я предполагала, что оно просто включится, но…

Она пыталась заставить свой рог сделать хоть что-нибудь. На секунду Саре показалось, что она что-то почувствовала, увидела небольшую искру – но после нескольких секунд бесплодных попыток не смогла увидеть даже слабого свечения.

– Ничего. Никакой магии, насколько я вижу.

Она повернулась к Оцеллус, стараясь говорить тише, пока громкость не стала похожей на обычный разговор.

– Мне понравилась твоя идея с плащем. Думаю, было бы неплохо, чтобы эквестрийцы поблизости обо мне не узнали. Может быть, ты поможешь мне что-нибудь найти, тогда… тогда мы сможем подняться наверх, – Сара снова огляделась, пронзая чейнджлингов яростными взглядами. – Если только вы все еще не слишком трусите идти с аликорном, готовым вас защитить.

– Аликорном, который не может творить магию, – раздраженно пробормотал Фаринкс, но в целом спорить не стал.

Впрочем, единственным чейнджлингом, мнение которого Сару волновало, была Оцеллус, но выражение ее лица прочесть не получалось. Однако та по-прежнему не смотрела Саре в глаза, хотя вроде как время, чтобы прийти в себя, у нее было.

“Надеюсь, что, сделав это, я не испортила все окончательно”.

Может быть, ей не нравились рога.

– Спрятать ее будет трудно, – продолжил Фаринкс. – Вооружиться самим было бы лучше после разведывательной миссии. Но мы не можем оставить ее здесь, иначе эквестрийцы могут вернуться и найти ее. Если принцесса Луна хоть немного похожа на свою сестру, или Селестия все еще жива…

Окончание фразы осталось невысказанным, да в этом и не было особой необходимости. Они все знали, что эквестрийцы делали с аликорнами, которые не соглашались с их точкой зрения.

Оцеллус, казалось, это не убедило.

– Ты в самом деле хочешь отказаться от аликорна на нашей стороне? Я уже сражалась вместе с Сарой раньше, и она спасла мне жизнь. Миссия все еще в силе. Мы не можем отправляться назад, не узнав, жива ли еще Селестия.

– Она не сможет вернуться с нами, – пробурчал Фаринкс, когда группа начала собирать вещи, чтобы идти. Сара держалась позади, пытаясь разобрать что-нибудь по тону чейнджлингов. Но они не пытались облегчить задачу.

– Я знаю, – прошептала Оцеллус, ее голос был полон боли. – Но мы не в Иркалле. Мы в Эквестрии. Мы можем работать с ней здесь. Нам нужно найти аликорна, а затем связаться с чужаками.




Фларри Харт не получала удовольствия от пребывания в космосе. Каким бы безопасным ни был полет, насколько бы далеко ни были любые угрозы, она все равно не могла избавиться от образа мстительной Гармонии, наблюдающей за каждым их движением, готовой обрушить свой гнев за нарушение ее самого главного правила.

Но ничего не произошло, если не считать визита Селестии. Даже несмотря на это, глухой удар, раздавшийся, когда «Крыло Полуночи» приземлилось, не мог быть более желанным.

Сейчас Фларри сидела на главной палубе, пристегнутая ремнями к креслу рядом со своей тетей и всеми ее друзьями. На этот раз тесниться в грузовом отсеке не стали. Как бы сильно Твайлайт ни волновалась, что это просто уловка, чтобы навредить им, ни Оливия, ни кто-либо другой из людей ничего такого не предпринял.

Во всяком случае поездка стала для Элементов приятным отдыхом. Об этом можно было судить по тому, как они играли в пинг-понг в невесомости, просматривали библиотеку человеческих развлечений или летали по кораблю.

Это путешествие не было похоже на день, проведенный в замке Твайлайт, где каждую секунду они были в окружении других пони. Пони, среди которых Элементы выросли, а теперь вынуждены были наблюдать, как все разваливаются на части, когда Король Шторм день за днем разрушал Эквестрию. Оливия и дроны Предвестника не требовали от пони ни силы, ни поощрения. Обычного дружеского разговора с их стороны было достаточно, и в итоге все получилось даже лучше, чем Фларри Харт изначально ожидала.

Но, к ее великому облегчению, они в конце концов приземлились. Но не в Отаре – она знала, что старый город теперь превращен в пепел. Фларри видела изображения, даже если и не верила всем заявлениям Короля Шторма.

С воздуха, через электронные глаза “Крыла Полуночи”, разглядеть ничего не удалось. Все просто выглядело как несколько скромных домиков в горах, от каждого из которых в вечернее небо поднимался дым от очага. Сложно было поверить, что Предвестник вообще был там.

Корабль приземлился в открытом поле, примерно в сотне метров от ближайшей шахтерской хижины.

“Какое-то оно слишком плоское. Это странно”.

Затем склон под ними пришел в движение. Но не поток щебня, каскадом низвергающийся вниз склону горы, а цельный изогнутый лист металла, поднимающийся перед камерой, пока “Крыло Полуночи” не погрузилось во тьму.

На потолке зажглись лампы, и звук двигателей корабля наконец стих. Фларри Харт заерзала еще за несколько секунд до того, как кресло отпустило ее, и она не столько пошла, сколько запрыгала, пробираясь мимо все еще отстегивающихся Элементов Гармонии и вниз по трапу. Он еще даже не закончил опускаться, но юная аликорн спланировала, приземлившись на искусственную траву, осматриваясь вокруг.

Здесь должен был быть потайной вход или что-то еще хитроумное. Она бы поступила именно так.

Как оказалось, склон того, что раньше было небольшим холмом, превратился в лестницу, которая даже не пыталась оставаться тайной. Свет, бьющий из-за двери, был ровным белым, хотя коридор был выложен камнем, а не белым пластиком.

“Как старые руины с человеческим освещением внутри. Неужели они нашли это место, а не построили его?”

Люди могли творить невероятные вещи, но построить целый новый город так быстро после потери старого казалось магией, которая не должна была быть им доступна.

Фларри почувствовала запах еще до того, как увидела ее: мандариновое мыло с легким привкусом мяты. Она ускорилась, пролетев часть расстояния, часто хлопая крыльями, но приземлилась и постаралась вести себя прилично остаток пути. Ей оставалось идти совсем недалеко.

Из коридора показались два пони, и одна из них была той, кого хотела видеть Фларри.

– Лаки! – оставшееся расстояние она преодолела, телепортировавшись со вспышкой, достаточно яркой, чтобы сбить с толку земного пони рядом с губернатором и заставить охранников чуть дальше по коридору подпрыгнуть от неожиданности.

– Фларри! – пони заключила ее в объятия, такие крепкие, каких юная аликорн никогда не испытывала, ни в малейшей степени не заботясь о королевском достоинстве.

Было время, когда Фларри Харт стала бы переживать об этом, но не сейчас. Все равно рядом не было матери, которая могла бы отчитать ее за то, как важно подавать пример окружающим.

– Мне не следовало уходить, – выдохнула принцесса после нескольких тихих, полных слез секунд. – Когда мои родители написали… Мне следовало остаться. Эквестрии было бы лучше без меня.

Ее не волновало, что они были не одни. Было так приятно снова поговорить с подругой.

– Это неправда, – ответила Лаки, как Фларри и ожидала. – Ты была сильной ради Эквестрии. Ты выжила, ты выбралась. Ты даешь им повод на что-то надеяться.

“Неужели она не знает?”

Полные надежды слова Лаки задели еще сильнее, потому что именно она их произнесла.

“Ты бы так и сделала. Ты бы сражалась с ними, даже если бы они убили тебя”.

Лаки сражалась с Селестией, освободила ее, когда абсолютно все пытались остановить ее.

“Я не так сильна, как ты”.

– Губернатор, – произнес ее спутник. Земной пони, тот, кого Фларри Харт видела несколько раз, но никогда с ним не говорила. – Я не думаю, что сейчас подходящее для этого время. Дипломаты стоят прямо за ее спиной. Возможно, вы могли бы, э-э… продолжить… когда переговорите с ними?

Та не сразу отпустила Фларри, но тем не менее принцесса уже чувствовало себя лучше. Лаки все еще радостно сияла, когда отпустила ее, поправляя крылом гриву.

– Нам о стольком нужно поговорить, – продолжила она, как будто их и не прерывали. – Скоро мы освободим Эквестрию. Осталось не так уж долго. И когда мы это сделаем… Я не могу дождаться, когда увижу выражение его лица. Этому Королю Шторму предстоит пережить боль, которую он не скоро забудет.

Фларри Харт даже не потрудилась поправить гриву – даже если она выглядели ужасно, это не имело значения. Она не пыталась на кого-либо произвести впечатление.

Но земнопони был прав, “дипломаты” шли по коридору. Твайлайт и ее друзья, все еще нетвердо стоящие на копытах после приземления с серьезным ускорением. Но, по крайней мере, они не запинались друг о друга.

“Я рада, что здесь нет Лайтнинг Даст”.

Приемная мать Лаки должна была быть где-то поблизости, вероятно, делая что-то полезное для поселения, что каким-то образом было бы связано с погодой. Но чем дальше она будет держаться от этих пони – особенно от Рэйнбоу Дэш, – тем лучше.

Но это не означало, что все будет легко. Твайлайт Спаркл остановилась примерно в метре от Лаки, и они встретились взглядами, как пара рыцарей, собирающихся биться на арене. Фларри Харт встала между ними – она не стала бы принимать ни чью сторону в этом противостоянии. Одна из них была ее тетей, другая стала лучшей подругой.

“И, возможно, единственной оставшейся, теперь, когда я предала Эквестрию”.

– Добро пожаловать в Мазерлод, – напряженно произнесла Лаки Брейк. – Рада, что вы все добрались благополучно.

Хотя, когда она это говорила, ее взгляд был прикован к Фларри Харт.

– Сможете поблагодарить меня позже, – крикнул Перес, протискиваясь мимо Флаттершай вдоль стены. – Победа в войне – вот с чем вам придется разбираться.

Твайлайт Спаркл просто проигнорировала дракона, даже когда Лаки напряглась. Но если та и ожидала, что это усложнит ситуацию, то Твайлайт не выказала никаких признаков неудовольствия.

– Спасибо, – ответила она, ее голос почти соответствовал тону Лаки. – Эквестрия благодарна вам… Наверное.

– Посмотрим, – добавила Рэйнбоу Дэш, прищурив глаза, когда увидела Лаки. – Подожди минутку, я тебя раньше не видела? В тебе есть что-то знакомое…

Лаки неловко переступила с ноги на ногу.

– Ты была судьей на конкурсе юных летунов. С тех мы не встречались.

– А, точно, – выражение лица Рэйнбоу смягчилось. – Что ж, полагаю, тебя стоит поздравить с рогом.

Она прошла мимо, вслед за Пересом.

– Не знаю, о чем ты так беспокоишься, Твай. Пони, которая так усердно тренировалась, чтобы летать как “Вондерболт”, меня вполне устраивает.

– Не могу сказать, что я поклонница подобного декора.

Рэрити оглядела каменный коридор, который выглядел так, словно его выгрызла машина, с единственным пучком проводов, прикрученным к потолку.

– У меня есть несколько друзей в Мазерлоде – в конце концов, настоящее серебро больше нигде не достать. Думаю, я могла бы попытаться договориться с ними насчет ночлега, если кто-нибудь еще предпочтет этому… – единорожка закашлялась. – Ненавижу тоннели.

– Теперь мы здесь, – сказала Эпплджек, ее голос был менее обвиняющим, чем у Твайлайт. – Поздравляю, вы нас заполучили. Я надеюсь, что именно теперь ты расскажешь нам о своем плане.

– Да, – ответила Лаки. – Но не стоя же посреди коридора? Прошу вас познакомиться с генералом Циньчжи.

Она отступила в сторону, и земной пони вышел вперед.

Он почтительно поклонился каждому по очереди, по крайней мере тем, кто еще не ушел.

– Я… рад… – произнес он на эквестрийском, – встретить вас.

Переводчика на нем не было.

– И не только он, – продолжила Лаки. – Другая аликорн, Мелоди, только что родила жеребенка и не может присоединиться к нам. Но ее супруг будет присутствовать вместо нее вместе с несколькими другими пони. Но мы надеялись сначала разместить вас в комнатах. Сейчас середина ночи, и большинство наших интеллектуалов лучше всего работают после полноценного сна. Может, вы тоже не откажетесь?

– Я бы предпочла начать прямо сейчас, – заявила Твайлайт, хотя и без настойчивости. – Но в твоих словах есть смысл. Первым делом с утра мы приступим к работе. Мои друзья и я пришли сюда не для того, чтобы прятаться; мы пришли сюда, чтобы спасти Эквестрию. Если вы нам не поможете, тогда нам нужно будет искать помощь в другом месте.

– Не волнуйтесь, – произнёс генерал Циньчжи медленно, но четко и уверенно. – Помощь нашла вас.

К началу ^
⇦ Назад
Далее ⇨

3 комментария

Ну, все потихоньку закручивается…
RePitt
+2
Все истории понемногу закручиваются…
vlad2005vlad
0
Изменён автором
Некоторые скатываются…
RePitt
+1
Сначала Тия такая «я уйду, но не уйду, а вы уйдёте», а теперь «я вернусь, но не вернусь» =) Эпический камбэк, короче)
корабль “Штормбрейкер”, зависший на высокой орбите над городом
Я что-то с трудом могу себе представить, как можно «зависнуть на орбите» над точкой кольца: если «висеть» в продольном направлении, ты будешь всегда отставать от самого кольца, поскольку более дальняя орбита даёт меньшую линейную скорость; если в поперечном — то поскольку кольцо не вращается как тор по малому кругу, стационарной точки на орбите быть не может...
тем не менее принцесса уже чувствовало себя лучше
Принцесса оно то ещё существо, да))
Она представляла, что повышение привилегий пользователей будет ощущаться так же, как и на Земле, – абсолютно никак.
Да уж, на земле ты просто бахаешь эксплоит и получаешь решётку вместо доллара в промпте баша, никакой такой фееричности, как с Гармонией =)
makise_homura
0
Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.
Скрыто Показать