Мифы и наследия (Том 2, Глава 16)

Автор: Tundara
Оригинал: Myths and Birthrights
Рейтинг: T
Перевод: RePitt
Редактор: Randy1974, Shaddar, Arri-o, Serpent

На пороге двадцать первого дня рождения простая жизнь Твайлайт Спаркл переворачивается с ног на голову. Получив то, что было ее по праву рождения, Твайлайт приходится иметь дело с тремя новыми аликорнами. Никто не знает, откуда они появились и чего хотят, а аликорны в свою очередь, похоже, намерены прятаться и скрывать свои цели. Чтобы узнать правду, Твайлайт отправится в далекие древние земли со старыми и новыми друзьями.

Ponyfiction

Том 2: Глава 16. Повелитель мертвыхТвайлайт наблюдала за поединком невидящими глазами. Она всей душой ненавидела дуэли с тех пор, как была юной кобылкой.

Как только поединок начался, молитва, стучащаяся в ее сознании, стала совсем лихорадочной. Разрываясь между дуэлью и молитвой, Твайлайт на несколько мгновений сосредоточилась на последней. Ослабив ментальную защиту, она, наконец, узнала голос, сопровождавший ее на грани восприятия с тех пор, как она села в экипаж: это была Офелия Навигатор.

Любопытствуя, почему гардемарин была так настойчива в своей молитве, принцесса ментально перенеслась подальше от жаркого города, древнего колизея и ужасной дуэли. Сущность оставалась прочно прикрепленной к телу, и только взгляд Твайлайт блуждал над океаном. По сравнению со всем диском, до «Беллерофона» было совсем недалеко. На севере все еще можно было различить Зебрику − туманный силуэт на затянутом дымкой горизонте.

Корабль преодолевал умеренное волнение, идя под стакселями при попутном северном ветре, его борта окутывал клубящийся дым. Сначала принцесса решила, что там снова проводятся тренировки со своими огромными пушками, и уже почти развернулась, чтобы вернуться в Зерубабу. Однако все изменилось при вспышках защитных щитов «Беллерофона». Железные ядра врезались в магический барьер, который уже начал трещать под натиском многократных попаданий. Осколки разлетались в стороны, оставляя сверкающие следы, похожие на хвосты метеоров. Несколько ядер нашли разрывы с чарах и врезались в древний корпус. Смертоносные дубовые щепки с невероятной легкостью пробивали такелаж, паруса и плоть. Попав на шкафут корабля, одно из ядер пролетело сквозь группу моряков, убив одного наповал и покалечив еще двоих.

В наступившей затем шокирующей тишине над палубой пронесся поток приказов, прерываемый лишь несколькими заклинаниями морских пехотинцев «Беллерофона», стоявших на мачтах. Оттуда они метали телекинетические камни, поддерживая выстрелы орудий. Пушки корабля грохотали, изрыгая пламя и едкий дым.

Развернувшись, Твайлайт проследила за траекторией полета снарядов. В двухстах метрах от них «Принцесса Платина» отразила залп, и полусферические золотые барьеры проявились, чтобы свести на нет прицельный огонь. Лишь одно ядро преодолело защиту, отскочило от волны и попало в орудийный порт, опрокинув пушку. Корабль первого класса Хакни, под белыми горами парусины, крепко держался ветра, разворачивая орудия левого борта и готовясь дать ответный залп. Когда гораздо более крупный корабль развернулся, молитвы Офелии стали еще сильнее, чем прежде.

Среди стрелков на пушечной палубе кобылка держала маленькую металлическую копию метки Твайлайт. Она подгоняла кобыл, которые были в три или четыре раза старше ее, приказывая быстрее перезаряжать пушки. Картузы, пыжи, порох, ядра − все это делалось в душной полутьме. Покрытые пеной кобылы работали с отточенной точностью.

«Защити нас, принцесса Твайлайт», − беззвучно взывала Офелия. Не только она, но почти все кобылы и жеребцы на “Беллерофоне” умоляли ее о защите.

Твайлайт прикусила нижнюю губу, сердце ее билось все быстрее и быстрее от чудовищности разворачивающейся перед ней картины. Хакни напала на Эквестрию. Пони были на грани гибели. Тут был не просто монстр, вырвавшийся из Вечнодикого леса. Как и в случае с дуэлью, которую принцесса пыталась предотвратить, перед ней предстало зрелище бессмысленной жестокости.

Оглушительный грохот и тяжелые звонкие удары вывели Твайлайт из оцепенения.

Молитва Офелии зазвучали громче.

Молодая кобылица, а по сути еще кобылка, лежала, распростершись на спине, в растекающейся багровой луже. Дубовая щепа длиной не меньше метра пронзила ее левую переднюю ногу, кровь лилась густым потоком.

Сердце Твайлайт замерло, и этот момент запечатлелся в ее памяти.

Удивление. Ужас. Боль. Лицо Офелии исказилось, когда она уставилась на торчащую из нее острую, как бритва, деревяшку.

− Мисс Пин, доставьте мисс Навигатор вниз! − рявкнула Поэтик Верс, и младший лейтенант заняла место Офелии у орудия. − Давайте, девочки, покажем этим хакнийским жопошницам, что они выбрали не тот бой! За принцессу Твайлайт!

В тот же миг она подожгла фитиль и пушка откатилась назад под выгнувшимся телом кобылы, изрыгая огонь и смерть.

Тонкие полосы энергии пронеслись над Твайлайт, синхронно с молитвами.

Совсем незначительное количество, если сравнивать с ее собственным магическим резервом или доступного ее звездам, Твайлайт даже не заметила бы такой малости эфира. Крошечная часть ее хотела остановиться и изучить эфир или природу молитв.

Если бы только у нее было время.

Нетерпение бурлило у нее в жилах, смешиваясь с ужасом битвы и отвращением к самой себе из-за нерешительности, от которой пострадали пони.

Собравшись с духом, Твайлайт прислушалась к молитвам, исходящим с «Беллерофона», и использовала их, чтобы придать форму поверхности океана. Поначалу она была напряжена, сам океан сопротивлялся, отвергая попытку вторжения.

Очередной залп «Принцессы Платины» резанул по нервам.

Полная отстраненность была невозможна, Твайлайт чувствовала, как ее хватка сжимает магический поток.

Она перехватила нити рассеянного эфира, плывущие от ее спящих звезд, вплетая их в свою меняющую реальность магию. Хотя они и не были такими концентрированными и мощными, как огромные потоки энергии, исходившие от Сириус во время ее падения, но тем не менее их вполне хватило, чтобы вызвать густой, разрастающийся туман. Он был таким густым, что пони едва могли разглядеть собственные копыта.

Через несколько мгновений оба корабля поглотил туман, пони на их палубах в изумлении озирались по сторонам.

Пушки и заклинания стали греметь реже, а затем и вовсе затихли.

− Это работа принцессы Твайлайт. Ее ауру в этом тумане невозможно спутать ни с чем, − заметила первый лейтенант Файтинг Спирит, подходя к своему капитану. − Что прикажете, сэр?

− Что ж, давайте не будем упускать такую удачу, − Харди не улыбнулся, все еще погруженный в расчетливую ярость, необходимую для битвы. − Пусть все остаются на своих местах, и передайте приказ соблюдать тишину. Придерживаемся текущего курса в течение часа, а затем поверните на юго-юго-восток. В конце концов, мы все еще можем выкарабкаться из этой ловушки.

Тон молитв сменился благодарностью, с отчаянием и мрачной решимостью. Собственные чувства Твайлайт все еще были в смятении, сердце билось так, словно она побывала в бою. Офелия все еще была жива, это принцесса чувствовала. Как долго она могла протянуть с такой раной, Твайлайт предпочла не думать, полностью доверившись Таймли. Он позаботится о раненых.

Она парила над кораблями, пока они медленно расходились, а «Принцесса Платина» поворачивала обратно к Зерубабе.

Твайлайт отвела свой мысленный взор от «Беллерофона» и открыла глаза как раз вовремя, чтобы увидеть героическую атаку Флёр.

Рэйнбоу сидела на краешке сиденья, Эпплджек прижала копытом хвост пегаски, чтобы та сама не рванула на арену.

− Давай, Флёр, у тебя получится! − закричала Дэш во всю глотку, трепеща крыльями, воспарив на месте.

Единорожка бросилась через арену, бесстрашная и дерзкая. Твайлайт, все еще охваченная эмоциями, хотела отвести взгляд, но тут же почувствовала, что заворожена, не в силах оторвать взгляд от происходящего. Если бы она это сделала, то не заметила бы серебристо-голубого сияния, наполнившего решительные глаза Флёр.

Луна и Твайлайт наклонились вперед, и Флаттершай ахнула, подняв копыто.

Божественное присутствие исходило от единорожки, накатывая на Твайлайт, как волны на берега потревоженного пруда. Безошибочно узнаваемое по своей природе, но слабое и блеклое. Если бы она была менее сосредоточена на Флёр, это было бы легко списать на воображение.

Принцесса нахмурила брови, когда единорожка резко затормозила неподалеку от Алголь.

− Эй, почему она остановилась?! − спросила Дэш, стукнув копытом по скамье. − Она была близка к победе!

Легкое движение, и холод пощекотал кончики ушей Твайлайт. Обернувшись, она увидела, что на балконе рядом с принцессой Хаттметрен появился тан. Захваченная поединком, Богиня Звезд осознала природу духа только в момент, когда он протянул крыло и нежным прикосновением извлек душу из тела кобылки. С тихим вздохом зебрийканская принцесса упала вперед, в последний момент подхваченная магией Твайлайт, прежде чем успела удариться об пол.

Потрясение едва успело схлынуть, как принцесса заметила, что сквозь пелену с Зимними землями появляется все больше и больше танов, это была целая стая, приземляющаяся среди толпы зебр. Всеобщее смятение, которое усилилось из-за внезапной остановки поединка в самый разгар боя, сменилось жалобными воплями. Волна страха прокатилась по трибунам, голоса, которые до этого были возбуждены, теперь полнились ужасом.

Спрыгнув со своей позолоченной скамьи, Маатшептра выхватила дочь из магической ауры.

− Хаттметрен? Поговори со мной, мой маленький цветочек! Что с ней случилось? − потребовала Императрица, бросив разъяренный взгляд на Твайлайт.

− Она тут не при чем, − вмешалась Луна, вставая, и магия заструилась по ее рогу. Серебристый свет каскадом разлился по колизею, подсвечивая каждого тана, которого касался. Трибуны наполнились новыми криками, зебры бросились врассыпную, спасаясь от надвигающихся черных фигур. Не проявляя никаких эмоций, духи шли среди смертных, забирая души у кобылок, казалось бы случайным образом.

Маатшептра крепко прижала к груди обмякшую дочь и пронзила танов яростным взглядом.

Дух с душой Хаттметрен остался на балконе, с жалостью наблюдая за Императрицей. Он продолжал крепко сжимать призрачную душу кобылки, стоя лицом к лицу с богинями. Стоявшая рядом с ним принцесса в страхе озиралась по сторонам. Она попыталась заговорить, но не смогла произнести ни слова. Ее копыта потянулись к матери и прошли сквозь Маатшептру, как сквозь дым. Положив крыло на холку Хаттметтрен, тан покачал головой и повел ее прочь.

− Стоять! − приказ Флаттершай разнесся по всей арене, в этом простом слове чувствовалась сила.

Остановившись, тан обернулся и посмотрел на Флаттершай с жалостью и смущением. Его фигура становилась все более плотной, пока бдительные стражники и Императрица не ахнули, изумленно глядя на его материализацию. Не обращая внимания на нацеленные на него копья, дух слегка поклонился аликорнам.

− Нам не доставляет удовольствия это задание, великие, − печально сказал он. − Владыка Аид приказал нам брать в заложницы всех кобылок-первенцев до тех пор, пока Его дочь не будет возвращена.

− Это сделал отец? − Флаттершай покачнулась на копытах, прикрыв рот. − Но я в порядке! Ему не обязательно нападать на смертных! Ты же тан. Ты должен направлять души смертных, а не красть их!

Покачав головой, дух ответил:

− Мы − те, кто связан честью с Аидом, и не можем ослушаться его приказов. По Его воле, каждая перворожденная дочь верных Астрее должна быть похищена до тех пор, пока вы не вернетесь к Нему.

− Это ужасно! − прорычала Эпплджек, наполовину вставая между таном и Флаттершай. − Что за чудовище станет охотиться на жеребят?

− Э-это я виновата! − Флаттершай задохнулась, челюсть сжалась. − Я должна была догадаться, что он сделает что-то подобное. Он был так зол на Твайлайт, когда решил, что из-за нее я предпочла Флаттершай Артемиде.

Твайлайт удивленно приподняла бровь, но времени на дальнейшие расспросы не было. Сначала им нужно было остановить танов. Принцесса посмотрела на Флаттершай, и обе они пришли к одному и тому же выводу. Пока Твайлайт пыталась перетряхнуть свою память и прикоснуться к звездам в поисках способа отогнать танов, бывшая пегаска начала воплощать свое заклинание.

− Луна, мне нужна твоя помощь, − рявкнула Флаттершай, упираясь копытами в пол, от ее рога начал формироваться изумрудный эфирный купол. − Удерживай танов на диске своим светом.

Медленно, а затем все быстрее и быстрее, купол начал расширяться, охватывая колизей, а затем и весь город. Тан, державший душу Хаттметрен, застонал, отброшенный заклинанием через всю ложу. Стиснув зубы, он пригнулся, словно ему приходилось пробиваться сквозь сильный ветер. Застигнутые врасплох, остальные таны были отброшены прочь магией, сотворенной Флаттершай и Луной.

Обратив свой печальный взор к Твайлайт, тан прокричал:

− Верни то, что украла у Него, Астрея. Верни Артемиду, и Он вернет смертным их дочерей. Он ждет тебя в Шпилях Южного Камня.

С этими словами тан прорубил крылом брешь в Зимние земли и исчез вместе со своим заложником. Над головой его собратья кружили над куполом, словно волки во тьме вокруг круга, освещенного костром.

Находясь в спокойном центре разыгравшейся бури, Твайлайт знала, что должна действовать, и она будет действовать. Вопрос был только в том, как.

На мгновение ее взгляд упал на арену, где на расстоянии нескольких шагов друг от друга стояли Флёр и Алголь. Ведь дуэль так легко было предотвратить. Твайлайт ругала себя за то, что вообще позволила ей случиться, за то, что позволила себе принять политические и основанные на традициях аргументы

На мгновение перед глазами вспыхнули картины Южной Пранции, разрушений, вызванных битвой между Фауст и Зевсом. Гора расколота, дома и целые города разрушены, леса превратились в пепел, а в сердце некогда зеленых земель зияет глубокий каньон. Даже если бы Рэрити была жива и Элементы Гармонии были в распоряжении Твайлайт, она бы ни за что не втянула своих подруг в битву с геянским аликорном.

Флаттершай защищала город, крепко зажмурив глаза, пока творила заклинание, чтобы держать танов на расстоянии. Рэйнбоу и Эпплджек, скорее всего, разозлятся, что их не взяли, но с Флаттершай и Луной они будут в большей безопасности.

Тысячи молитв лились на Твайлайт каскадом, исходя из сердец зебр по всему городу. Они просили, умоляюще взывали и требовали ее защиты.

Точно так же, как несколько мгновений назад молился экипаж «Беллерофона».

Свежие воспоминания о том, как Офелию несли на нижнюю палубу, вспыхнули в голове.

«Принцесса Твайлайт, − кричали тысячи зебр в нестройном унисоне. − Услышь наши мольбы, спаси наших дочерей. Защити их».

Все встало на свои места, как будто она попала в эпицентр бури. На принцессу снизошло озарение и понимание, что она должна сделать. На Марелантисе она отказалась действовать, и из-за ее бездействия пострадали пони. Погибли. На этот раз она отказывается оставаться в стороне, пока страдают ее маленькие пони.

Твайлайт устремилась ввысь, Луна и ее подруги призывали ее подождать. Уверенность и целеустремленность тянули все выше и выше. Есть проблема, которую она могла решить. Появилось Великое Зло, и она встретит его лицом к лицу. Направляя магию через крылья, принцесса с грохотом неслась по вечернему небу. Она никогда не летала так быстро, никогда не смела и мечтать, что подобное возможно. Рэйнбоу Дэш последовала за ней, пытаясь догнать и оставляя за собой шлейф радужного света. Прошептав, что ей очень жаль, Твайлайт еще ускорилась, и через несколько мгновений Дэш исчезла в дымке на горизонте.

Зебрика неслась под ней все быстрее и быстрее. Холмы и зеленые поля превращались в золотистые луга, кое-где виднелись одинокие деревья и перелески. Города с толстыми светлыми стенами тяготели к рекам и ручьям, а деревни теснились вокруг водопоев.

Сердце тянулось к каждому городу и деревне, мимо которых она пролетала. Она должна была защищать их. Оберегать. Обеспечить безопасность. Даровать покой. Это был ее долг как самой могущественной пони.

Надо только начать действовать.

Вот под ней появилась огромная армия, марширующая по саванне. Судя по полосатым шкурам и шлемам с перьями, это была имперская армия. Они смотрели на Твайлайт снизу вверх, когда она проносилась над ними, и многие молились, прося защиты в войнах, в которых участвовали.

Принцесса презрительно фыркнула.

Не было необходимости ни в армиях, ни в войнах.

Больше нет.

В поле зрения появился Южный Камень, гора, затененная густыми, зловещими облаками. Злоба и ненависть пропитали воздух, окутывая Твайлайт, как едкий туман. От ее дыхания во внезапно ставшем холодным воздухе шел пар. Не было ни тепла, ни жизни. Улицы были пустынны, а окна домов темны. Смерть нависла над городом, подтверждая, что действия Твайлайт правильные.

Аид сиял, как факел, среди всей этой пустоты, и принцесса направилась туда, где он ждал. Она двигалась напрямик, врата и двери разлетались перед Твайлайт вдребезги, и она вошла в бывший тронный зал Шпилей Южного камня.

Бог Мертвых восседал на своем троне, голубые глаза сузились в ненавидящие щелочки, копыто лениво постукивало по подставке для ног от нетерпения. Брони, подобной той, что носил жеребец, Твайлайт никогда раньше не видела. Выкованный так, чтобы соответствовать контурам широкой груди и боков, доспех казался почти мягким и податливым, без металлического блеска. С ужасающим пониманием принцесса осознала, что он одет в кожу − доспехи, сделанные из шкур других пони. Рядом с ним парил черный двузубец с двумя остриями, похожими на танцующих змей.

Твайлайт начала одну из своих речей, собираясь объяснить, как она остановит происходящее безумие и спасет всех пони, но слова застряли у нее в горле. Рядом с Аидом знакомая троица засияла от радости, увидев принцессу, а вместе с ними стояла Талона и… последнего юного аликорна опознать не удалось.

Все пять кобылок начали шуметь, но их всех утихомирил взмахнувший крыльями Аид. Жеребец поднялся со своего трона и посмотрел на Твайлайт сверху вниз с убийственными намерениями.

− Где моя дочь? Где Артемида? Верни ее, и все будет прощено.

− Флаттершай в Зерубабе, защищает город от тебя! − прорычала Твайлайт сквозь стиснутые зубы. Она не ожидала появления Меткоискателей. Когда они были рядом с Аидом, она не могла напасть, и оставались лишь неизбежные монологи и насмешки, которые злодеи, на удивление, считали обязательными. Ей нужно было отвлечь бога от кобылок. − Какой трус крадет души кобылок и использует их как щит? Из всех безумных богов, с которыми я сталкивалась, ты самый жалкий.

Аид с грохотом опустил свое оружие, и замок наполнился глубоким, звенящим грохотом.

− Грехи бога обрушились на его верующих. Именно твои действия навлекли эти страдания на смертных.

Скривив верхнюю губу, он шагнул вперед.

Жеребец замедлился, колеблясь. Твайлайт ухмыльнулась, возражение о силе дружбы уже вертелось у нее на языке. Вместо этого Аид сдвинул брови и посмотрел на нее сначала со смущением, а затем с весельем.

− Похоже, все это не имеет значения, поскольку информация Алголь верна.

Настала очередь Твайлайт растеряться. Кобылки за спиной Аида тоже ощетинились, Меткоискатели что-то бормотали друг другу, прежде чем Скуталу крикнула:

− Хватай его, Твайлайт! Покажи ему, кто здесь главный!

Жеребец проигнорировал кобылок. Черты его лица стали бесстрастными, все эмоции улетучились как сухие листья, осыпающиеся с камня.

− На колени.

К своему ужасу, Твайлайт почувствовала, как ее колени сгибаются. Она напряглась, борясь с приказом, мышцы напряглись, как стальные тросы, и заскрипели от усилия. Она затряслась, пытаясь преодолеть принуждение. Огонь вспыхнул в каждой мышце. Пол под ней потрескался, пока она боролась за власть над собственным телом.

− На колени! − прогремел Аид, и основание его двузубца со звоном ударило в пол.

Рычание застряло в горле принцессы, одна из ног подогнулась. Казалось, что Сол и Селена навалились ей на спину, придавливая к полу своим огромным весом. Твайлайт стиснула зубы, борясь со своим собственным телом, которое стремилось подчиниться приказу Аида.

Это было невозможно! Ни один из многочисленных барьеров, защищавших ее разум, не был даже тронут попыткой вторжения. Ее разум по-прежнему принадлежал ей, но она продолжала медленно сгибать колени.

Дыхание стало прерывистым.

Ее крылья упали на пол, за ними последовало еще одно колено.

Широко улыбаясь, Аид подошел к Твайлайт и наклонился к ее уху.

− Ты отправишься в Зерубабу. Ты вернешь мою дочь, независимо от того, какое бы имя она себе ни выбрала, и приведешь ее ко мне.

− Я. Отказываюсь, − удалось прорычать Твайлайт, с трудом выговаривая слова.

− Ты, моя глупая Твайлайт, не в том положении, чтобы оспаривать мою волю.

Уперев копыто в грудь принцессы, он добавил:

− Ты уже мертва, − и толкнул.

Его копыто погрузилось в грудь, пройдя сквозь тело, словно сквозь дым, и Твайлайт подавила резкий вздох, когда лед прожег ее насквозь. Он погладил оборванные нити, лежащие на берегах ее магического резерва, а затем коснулся копытом более глубокой пустоты. Сущность принцессы содрогнулась от его нереального прикосновения. В самом сердце ее сущности затрещали серебристые молнии, пытаясь отразить вторжение Аида, но это только подчеркнуло провал в глубине ее сущности.

Нет! Она отказывалась ему верить.

Это был трюк, такой же, как у Найтмэр Мун, Дискорда или Кризалис.

Твайлайт ухватилась за все нити, как те, что были оборваны и изношены временем, так и за те, что все еще сияли и соединяли ее со звездами. Она натянула их все, втягивая в себя.

Высоко в небе, невидимом для всех, кроме Сола, который начал свой спуск к западу, и Селены, только что взошедшей на востоке, звезды исчезли. Твайлайт призвала их к себе и внутрь себя, наполнившись их светом, словно на мгновение призвав их на диск. Поначалу сбитые с толку, вырванные из сна, звезды требовали ответов оглушительной какофонией. Принцесса заставила их замолчать одной лишь мыслью. Она была звездами, а они − ею, и они будут повиноваться.

Ее шерсть сияла, и от кончиков крыльев по всему телу разлилось ослепительное свечение. Грива отросла и превратилась в обсидиановый покров, лишенный какого-либо намека на ее естественные лавандовые тона, сменившиеся почти ослепительным сиянием звезд.

Напрягаясь, Твайлайт боролась, чтобы удержать звезды, призвать их к порядку, пока все они не заговорили единым голосом. Ее голосом. Резонирующим с теми голосами, что принадлежали ее звездам. Принцесса никогда не ощущала столько силы, столько эфира, струящегося по ее телу, грозящего сжечь ее, не будь она аликорном. Эфир сочился из ее глаз, с кончиков перьев, остриженных щеток и даже из гривы и хвоста.

Твайлайт медленно встала и подняла глаза как раз вовремя, чтобы увидеть, как Аид с криком творит заклинание.

Тело Твайлайт стало вялым, удар пришелся ей в грудь, и она отлетела назад. Пол под ней проломился, разрываемый на части энергиями, с треском вырывающимися из черного ядра магии Бога Мертвых. Помимо физического тела, магия терзала ее душу, разрывая на части саму ее сущность. Она издала пронзительный крик, от которого занемело горло. Принцесса приземлилась на край ящика, вокруг разлетелись щепки, и она покатилась, пока не уперлась в разрушенную каменную арку.

Аид спланировал через дыру на распростертых крыльях, не дав возможности собраться с мыслями.

Кровь наполнила рот и нос Твайлайт, вырвавшись наружу в долгом, рваном кашле. Серебряная струйка потекла по пыльному полу. Ноги дергались, не желая подчиняться приказам. Все тело онемело, а звезды, наполнявшие ее, только усиливали смятение.

Приземлившись, жеребец разочарованно прищелкнул языком.

− У тебя был какой-нибудь план, когда ты явилась сюда? − язвительные слова слетели с языка, а взгляд был почти жалостливым. − Ты настолько самоуверенна? Я Король Тартара. Позиция, которую я отстаивал бесчисленные годы против заговорщиков и посягательств десятков богов. Богов, в присутствии которых ты увяла бы, как робкий цветок.

Высоко подняв крылья, Аид указал на город за окном.

− И здесь, в Тартаре, я все еще король. Я призвал свои владения в это жалкое захолустье мира. Вот почему, даже со всеми твоими звездами и даже не будь ты полумертвой внутри, я бы все равно превзошел тебя. Здесь ты никогда не представляла угрозы, и в сражении не было необходимости. Все, чего я хотел, − это вернуть мою дочь. Но ты забрала ее. Украла ее воспоминания. Исказила ее. Сбила с толку. Заставила поверить, что она смертная. Смертная!

Холодная ярость полилась из льдисто-голубых глаз и исказила лицо жеребца. Он занес свой двузубец над Твайлайт, целясь ей в горло.

− Мистер Аид! Нет! − закричала незнакомая кобылка, ударившись о жеребца всем своим невеликим весом.

Этого было достаточно, чтобы сместить удар, и острия вонзились в камень рядом с Твайлайт. Бог Мертвых потерял концентрацию и повернулся, чтобы посмотреть на кобылку сверху вниз. Ярость исказила черты лица, сделав его диким и устрашающим. Кобылка ответила на пристальный взгляд, вздернув подбородок, и по ее лицу потекли слезы.

− Вы обещали мне, мистер Аид. Вы обещали мне!

На мгновение решимость жеребца поколебалась, и Твайлайт воспользовалась представившейся возможностью.

Ей нужно было сбежать. Скрыться и составить план. Завеса здесь была тонкой. Настолько тонкой, что она почти могла видеть Зимние земли невооруженным глазом. Звезды наполнили каждую клеточку ее существа, она потянулась копытом и толкнула барьер. Возникло мягкое, податливое сопротивление, и затем она провалилась в Зимние земли, а затем и за их пределы.

Позади раздался рев Аида, полный сдерживаемой ярости.

Твайлайт падала, и падала, и падала сквозь крутящуюся пустоту.

Это было совсем не похоже на перемещение в потоках эфира при телепортации. Пустота не была ни холодной, ни горячей. Света тоже было, но принцесса прекрасно видела свое копыто. Узнавание кольнуло ее. Она уже бывала здесь раньше, потерянная и кружащаяся, падая сквозь бесконечную пустоту, окружая и защищая девять драгоценных предметов.

Всплыли смутные воспоминания, словно старые детские фотографии в альбоме. Воспоминания, которые не были ее собственными. Воспоминания, которые начались с пламени и скорби, а затем растянулись на бесконечность, которую невозможно представить.

Как и в воспоминаниях, Твайлайт потерялась.

Потерялась и падает.

Перед собой она увидела пылинку, похожую на одинокую звезду. Но это была не звезда. Все звезды были внутри нее, в ужасе цепляясь друг за друга, пока их госпожа стремительно летела сквозь пустоту между мирами. Тело пылало, Твайлайт развернулась к свету. Она знала, что это ее единственная надежда. Принцесса потянулась, отчаянно пытаясь добраться до света, пока он не погас.

Он становился все ближе и ближе, увеличиваясь, пока не достиг размеров Сола. Твайлайт с ужасом поняла, что ей не удастся дотянуться до него, что она пролетит мимо и исчезнет. Первобытный страх придал крыльям новую силу. Отчаяние охватило принцессу. Крылья не могли оттолкнуться от пустоты. Поверхность светящейся сферы прояснилась, и на мгновение Твайлайт увидела лабиринт. А затем свет пронесся мимо нее.

В последний момент ее копыто задело край света и прочно прилипло к нему. Словно жидкость, свет обволок ее, а затем втянул внутрь. Последовал еще один момент падения, потом Твайлайт ударилась обо что-то твердое и деревянное, вокруг нее разлетелись какие-то предметы, а затем принцесса оказалась на каменном полу, уставившись в сводчатый потолок высоко над головой.

Измученная, она наконец позволила сознанию покинуть ее и погрузилась в беспокойный сон.

---

Тошнотворное чувство страха охватило Флёр в тот момент, когда Твайлайт скрылись за горизонтом. Все это было ловушкой. Приезд в Зебрику, торжественный прием, внимание, проявленное Императрицей, дуэль − все было тщательно спланировано.

Алголь рассмеялась. Демоническая Звезда рухнула на круп, слезы радости потекли по ее лицу. Она откинулась назад, глядя в небо, взгляд ее блуждал по голубому небосводу. Медленно ее взгляд опустился на паникующую толпу, на родителей, пытающихся разбудить своих дочерей, и она рассмеялась еще громче.

− Итак, монета брошена. Какой стороной она упадет? Извращенные оттенки безумия и глубокая грусть отчаяния? Или она найдет свой путь к розовому и золотому? Мне еще столько всего нужно сделать, прежде чем я смогу отдохнуть, − вздохнув, Алголь поднялась и отвернулась от Флёр.

− Ты действительно демон, − выплюнула единорожка, дрожа от бессильной ярости.

Пегаска замедлила шаг и бросила мечтательный взгляд через плечо.

− Нет, я только общаюсь с ними время от времени.

С этими словами Алголь расправила крылья и взмыла ввысь. На мгновение Флёр решила, что пегаска собирается последовать за Твайлайт, но вместо этого бывшая звезда сделала круг над колизеем, а затем, спикировав пониже, направилась к Золотому Дворцу.

Не зная, что еще она может сделать, Флёр покинула арену и направилась к императорской ложе. По пути она скинула остатки своих доспехов, сняв их с помощью магии, словно платье после утомительного гала. Осталась только Алтанаирис, новый артефакт медленно восстанавливал свой блеск, поглощая окружающую магию.

Быстро двигаясь по коридорам, единорожка беспокоилась о планах Алголь. Как бы Флёр ни старалась, но имея так мало информации, она могла лишь заключить, что у бывшей звезды были и другие планы как навредить принцессе Твайлайт. В остальном все скрывала неизвестность, начиная от способа, как Алголь творила свою магию и заканчивая ее конечной целью.

Флёр резко остановилась, едва не столкнувшись с Пинки Пай, возглавлявшей остальные Элементы Гармонии, Императрицу и небольшое количество стражей. Флаттершай и Луна, однако, отсутствовали.

− Пинки, нас только трое! − протестовала Эпплджек, из ее горла вырывалось глухое рычание, как будто она пыталась проглотить свои слова. − И я даже не должна тебе говорить, что без Твайлайт у нас нет никакого плана.

− Флёр! − воскликнула Рэйнбоу с радостным удивлением, перепрыгивая через Пинки, чтобы игриво толкнуть единорожку, тем самым прерывая разговор. − Эта схватка была сумасшедшей, а? Напомнило мне о нашей драчке с Найтмэр Мун. Ты была довольно крута на арене. Полагаю, тренировки принцессы Луны принесло свои плоды, а?

Дэш широко улыбалась, но в ее глазах светились едва сдерживаемый гнев и беспокойство. Ее шерсть была покрыта тонкой пленкой пота и грязи. Если она и пыталась отвлечься или сделать Флёр комплимент, то эффект был быстро нарушен тем, что процессия едва замедлила шаг, направляясь прочь из колизея.

− Эй, не тормозите, теперь нам нужно отлягать деревья побольше, − крикнула Эпплджек, через плечо.

Пожав плечами, Рэйнбоу пристроилась рядом с земнопони, Флёр поспешила присоединиться к ним.

− Что произошло на балконе? − спросила единорожка, пытаясь восполнить пробелы в своих знаниях. Ей нужно было узнать больше, прежде чем гадать о следующем шаге Алголь.

− Принцесса Луна и Флаттершай остановили воров, которые больше не будут красть души, − ответила Эпплджек, а затем подробно рассказала, что сказал тан перед тем, как Твайлайт отправилась к Аиду.

Флёр прижала уши. И из-за жестокости Аида, из-за Алголь и той роли, которую она сыграла в ужасе, охватившем город. Единорожка бросила подозрительный взгляд на Императрицу. Та тоже принимала в этом участие, хотя как и почему ускользнуло от Флёр.

Казалось нелепым, что кто-то мог замышлять заговор против аликорнов. Даже не будь они главами сильнейшего государства на диске, они все равно были бы далеко за пределами власти любого королевства смертных или империи. Принцессы повелевали днем, ночью и другими фундаментальными силами. Устраивать заговор против одной из них было глупо, а Императрица показалась Флёр кем угодно, но только не дурой.

Но как бы то ни было, в данный момент Твайлайт отсутствовала, а Луна и Флаттершай были «заняты», обеспечивая безопасность города. Хотя происходящее никак не касалось Селестии, Кейденс, Фауст и особенно Иридии. Флёр навострила уши и снова огляделась по сторонам, пытаясь разглядеть хоть одну из королев. У нее внутри все оборвалось, когда ей сообщили, что они обе покинули город еще до начала дуэли.

Задумчиво опустив голову, единорожка забралась в карету и молчала, пока их везли по пустым улицам ко дворцу. Из окон выглядывали встревоженные лица, устремленные на мерцающий купол, накрывший Зерубабу. То тут, то там по улице, словно в оцепенении, брели зебры. На территории Тамил-Тахри собралась большая толпа, повозки с грохотом разъезжались в стороны. Зебры падали ниц, распевая молитвы, некоторые избивали сами себя или кричали в истерике.

Флёр ехала рядом с Рэйнбоу Дэш, и всю дорогу они молчали. Лицо пегаски было суровым, а копыто неосознанно поглаживало живот. Независимо от того, как бы ни протестовали остальные, пегаска не хотела, чтобы ее во второй раз оставили на скамейке запасных.

Очень скоро они подъехали к дворцу.

Прежде чем экипажи остановились, Пинки выскочила из кареты, и строгий голос Эпплджек приказал ей притормозить. Лицо розовой пони было решительным и она, не обратив на окрик никакого внимания, бросилась во дворец. Вздыхая, Флёр не отставала от Рэйнбоу, пока они с Эпплджек бежали, стараясь не отставать.

Пинки носилась по дворцу, подныривая под ноги зебр, перепрыгивая через препятствия с помощью сальто или пробегая по стенам. Благодаря рефлексам, граничащим с предвидением, земнопони пробиралась сквозь хаос, охвативший дворец. За ней оставался след из несколько десятков распластавшихся зебр, которые пригибались, вставали на дыбы от шока или спотыкались, пытаясь избежать столкновения с гораздо меньшим мастерством.

Из-за того, что им пришлось пробираться сквозь заторы, Флёр и остальные быстро остались позади. Только Рэйнбоу старалась не отставать, разбрасывая бумажки и зебр, когда пролетала над их головами, чтобы догнать подругу. Оставаясь все дальше и дальше позади, Флёр и Эпплджек были вынуждены продираться через толпу, в то время как Императрица и ее свита величественным шагом следовали за ними.

В приступе жеребячьего раздражения, споткнувшись о ползающего пажа, единорожка применила магию, отбросив толпу зебр к стенам. Несмотря на то, что она удерживала под потолком одновременно около двух десятков брыкающихся зебр, Флёр едва ли заметила этот впечатляющий подвиг и только позже стала беспокоиться насколько же сильно изменило ее вторжение Афины в саму ее сущность.

Когда они дошли до перекрестка, единорожка краем глаза заметила Алголь, которая вела за собой другую пегаску на железной цепи.

Резко остановившись, Флёр повернулась и посмотрела на быстро удаляющихся Эпплджек и Сириус. Единорожка пару раз моргнула. В глубине ее сознания что-то треснуло, а затем разлетелось вдребезги. На нее нахлынули воспоминания о встрече с Сириус и об их обнаружении Алголь. Флёр пошатнулась, ее рот приоткрылся, а горло наполнилось желчью.

− Флёр! Ну где ты там? − позвала Эпплджек, обернувшись через плечо.

Сладко улыбнувшись, Алголь поднесла перо к губам и прошептала:

− Увидимся в Шпилях Южного камня, − раскинув широкие крылья над Сириус, тени взметнулись вверх и поглотили бывшие звезды.

Пообещав, что при следующей встрече с Демонической Звездой они закончат дуэль, Флёр поспешила за Элементами.

Удивительно, но Пинки повела их не в комнаты, которые она делила с Флёр и подругами, а к покоям Твайлайт. К тому времени, как Флёр догнала ее, земнопони стояла, выпрямившись, рядом с открытым окном, с большим розовым кристаллом, бывшим Аутеей, который она держала подальше от того места, где стояли Эпплджек и Рэйнбоу.

− Пинки, что ты делаешь? − пегаска сделала полшага вперед, но остановилась, когда земнопони подняла кристалл повыше.

− Помогаю! − закричала Пинки, ее лицо исказилось от противоречивых эмоций, копыта задрожали, а длинная грива упала на глаза.

− Давай поговорим об этом, сахарок, − Эпплджек попыталась подманить Пинки ближе. − Мы все беспокоимся о Твайлайт, но…

− Я слышу ее! − всхлипнула Пинки, придвигаясь поближе к окну. − Я слышу призрак аликорна. Ей так, так гру-у-у-устно. Я нужна ей.

Затем земнопони ударила себя кристаллом по голове, а ее подруги закричали, чтобы она остановилась. Кристалл с громким стуком отскочил от головы, выскользнул из копыт, приземлившись с тяжелым, характерным звуком «бум» на каменный пол. Кристалл не разбился, не треснул. Он даже не отскочил. Однако в том месте, куда он упал, на полу осталось небольшое углубление, покрытое паутиной трещин.

Застонав, Пинки потерла лоб, на котором уже начала образовываться шишка.

− Похоже от этого останется ойка, − простонала земнопони между свистящими вдохами.

− Что ж, в следующий раз слушай, когда мы говорим тебе придержать коней, − заметила Эпплджек скорее раздраженно, чем одобрительно. Она схватила Пинки за щеки, поворачивая голову подруги то в одну, то в другую сторону, чтобы осмотреть растущую шишку. − Ты вбиваешь себе в голову самые безумные идеи.

− Чего ты вообще надеялась добиться? Нам нужно отправляться за Твайлайт, а не возиться с камнями, − Рэйнбоу стиснула зубы, переминаясь с копыта на копыто и поглядывая на дверь и окна.

Пока Элементы подшучивали и подбадривали друг друга, Флёр потянулась магией к кристаллу. Ее аура была схвачена, сжата такой холодной хваткой, что обожгла основание ее рога. Чужие мысли вторглись в голову, подменяя собственные, проникая в сознание и заставляя разум идти странными путями.

Покои Твайлайт исчезли, сменившись дымом, пламенем и смертью.

Цитадель Света пылала. По коридорам стелился густой едкий дым. Пол устилали тела, защитники Цитадели отказывались уступать захватчикам хоть шаг. Пони, дриады, минотавры и грифоны смешались в смертельной схватке. Все содрогнулось, когда гигантские пылающие валуны врезались в укрепленные магией стены. Ярость, не принадлежащая Флёр, сдавила горло, и она целеустремленно шагала сквозь смерть. Паллада и Эгида парили по бокам от нее, древнее оружие было таким же жаждущим битвы, как и их хозяйка.

В серебристой вспышке, заставившей Флёр замереть, Цитадель исчезла, сменившись холмистыми, поросшими травой полями и теплым весенним днем. На соседнем холме стоял небольшой храм, белые мраморные колонны поддерживали купол, выложенный голубой черепицей.

У подножия небольшой лестницы стояла жрица. На ней были простые украшения: ожерелье из бисера, сандалии на шнуровке и легкая воздушная накидка, туго перетянутая веревочным поясом. Ничего не сказав, жрица поклонилась, когда Флёр приблизилась, а затем первой вошла в храм.

Аутея, склонившаяся перед собственной статуей, улыбнулась при появлении единорожки. Ее ярко-голубые глаза озорно блеснули, и, взмахнув рогом, она призвала длинный стол, уставленный яствами из рога изобилия и графинами с охлажденным вином.

− Что ж, это интересная встреча, − хихикнула Богиня Надежды и жестом предложила Флёр сесть рядом с ней. Склонив голову набок, Аутея прищурилась и всмотрелась в лицо единорожки. − Ты кажешься мне знакомой. Мы раньше не встречались?

− Кузина, неужели тебе обязательно всегда валять дурака? − Флёр вздохнула и, приподняв крыло, раздраженно потерла висок. − Мне нужна твоя помощь.

Несколько раз моргнув, как будто она смотрела на солнце, Аутея откинулась назад и вздохнула.

− О, ты тоже здесь? Что ж, тогда это будет веселая беседа. Я не могу обещать ответы, на которые ты надеешься, только те, которые тебе нужны.

Аутея хихикнула над собственной шуткой, глаза ее искрились весельем.

Фыркнув, Флёр взяла со стола свежий гранат и с особой тщательностью очистила его от кожуры.

− Олимпийцы становятся слишком дерзкими. Аид похитил Никс, и теперь на небесах царит хаос.

− А ты бы предпочла, чтобы он забрал Персефону, а Деметра лишила мир Весны жизни? − возразила Аутея со сдавленным смехом. Когда Флёр в замешательстве склонила голову набок, она продолжила: − Другая история из другого мира, где игроки очень похожи на нас, дорогая. Пожалуйста, продолжай.

− Он причинил нам зло, и мы должны нанести ответный удар. По крайней мере, спасти нашу тетю, − Флёр взмахнула крыльями, и мощный порыв ветра вырвался из храма, пронесся над солнечными лугами. − Олимпийцы смеются над нашей слабостью, над тем, какими робкими мы стали.

− Хм, тогда Гемере следует обратиться с этими жалобами к лорду Зевсу. Все остальное приведет к войне. Или, по-твоему, лучше мне пойти к отцу? Заметь, он прислушивается ко меня не больше, чем к любому другому. Единственное мнение, которому он доверяет, − это его собственное… на данный момент. Со временем он найдет себе равного, но ты не будешь ждать, пока они встретятся, − Аутея подняла копыто, предупреждая возражения Флёр. − Нет, не говори больше ничего, дорогая, и я дам тебе совет…

Она положила подбородок на копыто и посмотрела на поля перед своим храмом. По узкой, вымощенной булыжником дорожке двигалась длинная процессия верующих. Она прищелкнула языком. Склонила голову набок. У богини вырвался странный смешок, и в глазах появились морщинки.

− Кузина, хватит! Мне нужны ответы, − Флёр раздраженно расправила крылья.

− Ответы? С чего ты взяла, что я занимаюсь ответами? Нет! − огрызнулась Аутея, весело переступая копытами. − Ты пришла сюда в поисках подтверждения тому, что тебе уже известно. Ты и та, другая.

− Какая еще «другая»? − Флёр прищурилась и поискала взглядом того, кто за ней шпионил. Она не обнаружила ничего, что указывало бы на попытку подслушать их разговор. Даже другие боги знали, что лучше не подслушивать в чужом храме.

И снова, жестом попросив Флёр замолчать, Аутея ответила:

− Хорошо, если после этого ты уйдешь, я дам тебе Надежду. Доверяй себе. Доверяй своим планам. Я не обещаю ни успеха, ни того, что все пони вернутся домой, только то, что, если ты будешь упорна, у тебя будет шанс. Прости, что говорю только общие банальности. Ты проделала долгий путь в поисках ответов, но даже я не могу заглянуть в будущее. Все, что я вижу, − это потоки Надежды и пути, куда они могут направить.

Замолчав, богиня одарила Флёр долгим, пронзительным взглядом, и ее голубые глаза засияли еще ярче. Затем она наклонилась и поцеловала ее в щеку.

− Я хотела бы быть полезной, но меня уже нет, и этот совет − все, что я могу дать, − улыбка Аутеи стала печальной, и, глубоко вздохнув, она сказала: − Что касается тебя, дорогая Афина…

И с этими словами Аутея, храм и залитые солнцем поля растаяли, уступив место великолепию Золотого дворца. Пошатнувшись, Флёр наткнулась на сильное плечо, которое удержало ее от падения.

− Эй-эй-эй! Ты в порядке, сахарок? − спросила Эпплджек, поддерживая единорожку.

− У тебя было еще одно видение, да? − спросила Рэйнбоу, подходя, чтобы подхватить крылом кристалл Аутеи.

Кивнув, Флёр прочистила пересохшее горло. Когда ее подвели к креслу, она рассказала о том, что она видела.

− Откуда какая-то пони из другого мира может знать, что происходит здесь и сейчас? − спросила Эпплджек, прикусив щеку и нахмурив лоб. − Значит, она разговаривала с тобой, несмотря на то, что мертва? Грива Селестии, у меня от такого голова раскалывается.

− Вряд ли это имеет значение, поскольку она все равно велела Флёр сделать то, что мы и так собирались сделать, − Рэйнбоу фыркнула, расправила крылья и направилась к двери.

Единорожка выразительно кивнула.

− Да. Я должна найти Алголь. Я верю, что она истинный враг, о котором предупреждала меня Аутея, и она захватила Сириус. Она каким-то образом причастна к нападению танов в колизее.

− Алголь − моя самая доверенная советница, − произнесла Императрица, распахивая тяжелые двери и неторопливо входя в покои. Стиснув зубы, с яростным блеском в драконьих глазах она слегка топнула ногой. − Она вырастила меня, научила всему, что я знаю. Она бы никогда не предала меня.

− Не думала, что ты проигнорируешь простую правду, даже когда она ударит тебя в челюсть, − возразила Эпплджек.

На мгновение задумавшись над этими словами Маатшептра медленно кивнула.

− Если это правда, то я должна привлечь Алголь к ответственности. Лорд Халфамет!

Услышав свое имя, крупный зебр протиснулся в дверь. Под шлемом, на хмуром лице, глаза горели красным от переполнявшей его магии. От его бронированного тела исходил жар, так что воздух вокруг его дрожал.

− Лорд Халфамет, вы с дахкритами должны сопроводить Элементы Гармонии к моей армии. Захватите Шпили Южного Камня, используя любые необходимые средства, а затем помогите Элементам войти в город. Если найдешь Алголь, приведи ее ко мне, но даже она имеет второстепенное значение. Не возвращайся, пока души моих подданных не будут спасены. Сжигай все на своем пути, если понадобится, но я не хочу, чтобы мои подданные страдали из-за вражды богов.

Крупный жеребец низко поклонился и взглядом указал Элементам следовать за ним, прежде чем развернуться на месте и удалиться.

− Это, э-э, очень мило и все такое, − у Эпплджек дернулся глаз, − но мы постоянно занимаемся подобными вещами. Мы привыкли действовать небольшой группой.

Подскочив к Эпплджек сзади, Пинки прощебетала:

− Как подруги!

На ее лице появилась приторно-сладкая улыбка, а змеиные глаза Маатшептры заблестели.

− Здесь не о чем спорить, леди Эппл. Вы можете попытаться пересечь мою империю в одиночку, если пожелаете, но моя армия сокрушит крепости грифонов раз и навсегда. С вами или без вас, моя армия выступит, и я буду той, кто спасет своих подданных.

− Тогда нам просто нужно добраться туда первыми, − ответила Эпплджек, для пущей убедительности надвинув шляпу на лоб.