+18137.89
голосов: 349
51120.99
Сила

Кобылки, кобылушки, что вы делаете со мной...

+8
в блоге Пони-писатели
СпойлерЯ приличный понь. Забочусь о чистоте своих копыт. И не только. У нас недавно установили в доме некое чудо новомодной инженерии, под названием «лифт». Я отнесся к нему с опаской — кто знает, что можно ожидать от этих новых технологий? Я долго думал — а если застрянет, оператор в отключке, а сколько воздуха хватит, чтобы выжить среднестатистическому пони в «лифте»? Меня очень волновали эти вопросы, я даже чертеж своего «лифта» подготовил, но так и не реализовал. Наконец, я решился им воспользоваться.

Лифт был, извиняюсь за выражение — обоссанный. Не от слова осанна. И не Оксана. Я потопал по привычной для каждого пони лестнице вниз. На третьем этаже выяснилась причина, собрание малолетних поняшек, которые пили дешевый сидр. Замечания я им делать не стал — явно было, что они не в настроении их выслушивать и не поняли бы ничего.

Когда я возвращался обратно, копыта также пачкать не хотелось. Поэтому я снова потопал по лестнице вверх. Признаюсь, было немного боязно, но я примерно оценил обстановку и действующих лиц, поэтому решил, что чистота копыт важнее. Когда я проходил третий этаж, одна из кобылок обнялась со стенкой, в стремительной попытке не упасть, и начала смотреть на меня межгалактическим взглядом непонятно откуда тут взявшейся Николь Кидман. Молоденькой Николь Кидман. Очевидно, она отчаянно хотела протрезветь. Выглядела конечно не очень, вся в непонятно чем, непонятно чего… Но, некая Николь Кидман из далекой, далекой галактики была в ее взгляде. Я посмотрел, послал ей протрезвляющие потоки и пошел дальше.

Дисклаймер. Это просто реальная история.

Непрерванный полет

+48
в блоге Пони-писатели


СпойлерЯркая фиолетовая вспышка расколола пространство (оказавшемуся поблизости случайному зрителю пришлось бы поневоле закрыть глаза), на землю посыпались осколки легированной — с легким оттенком привилегированной — стали, несколько догорающих обрывков материи, превращающихся в пепел при падении, и, наконец появилась Твайлайт, вот вот собиравшаяся плюхнуться на землю, но, с подобающей принцессе грацией она в последний момент расправила крылья, воспарила, чуть проверила свою прическу на ветру и приземлилась.

— Итак. Запись 69, протокол 23, прототип межконтинентальных авиалиний, — пробормотала Твайлайт, перед ней возник небольшой блокнотик, в котором она начала легким движением копытца делать заметки.

Твайлайт чихнула, недовольно, поскольку с самого момента приземления пыталась подавить этот чих и продолжила, — согласно теории Твайлайт за номером 43 ошибки при сжатии континуума быть не должно, однако…

Тут аликорн замолчала и посмотрела на стоящую неподалеку от нее единорожку. Беленькая, зеленоглазая, она стояла среди непонятно как не задевших ее обломков и смотрела на Твайлайт широко открыв глаза.

— Ой, извини пожалуйста, я тебя не заметила сразу.

В воздухе висел запах гари и слова давались Твайлайт с трудом, — ей опять хотелось чихать и кашлять, а принцессам такое не подобает, — ты как, не пострадала? Я тут, — Твайлайт отвлеченно помахала копытцем в воздухе, — занимаюсь испытаниями.

— Принцесса…

Беленькая единорожка попыталась преклонить копытца, но Твайлайт прервала эту попытку, — нет, нет, не надо формальностей, — сказала она, но не мгновенно, есть мгновения, которые не исчезают, а заживают своей жизнью, распадаются на следующие мгновения, которые уже и не мимолетны вовсе, в совокупности, обычно это «нечто» сродни летней дреме, когда солнце давит на зрачки сквозь закрытые веки, весна и каштаны в цвету, ванильное мороженое, — просто Твайлайт, а тебя как зовут?

— Лия, ваше..., — опять нечто жасминовым ароматом витало в воздухе с каждым словом, хотя их было всего два и одно недосказанное, зеленоглазая единорожка тоже запнулась, помолчала и чуть более решительно произнесла, — Лия.

Твайлайт наконец оторвала взгляд от своей собеседницы и задумчиво огляделась по сторонам. Вокруг был лишь пасторальный пейзаж, без признаков разумной жизни, в основном поле, с так и жаждущими прыснуть из под копыт кузнечиками, если начнешь свое движение, и, немножко притулившихся там сям рощиц неопределенной направленности — экзотические, занесенные из дальних стран и щедро проросшие на здешней почве растения или родные, но не менее милые «Ardis Vulgaris» — издалека определить было невозможно.

— Дааа… Я то понятно, а ты как тут оказалась, Лия?

Во взгляде Твайлайт вспыхнул лукавый огонек и тут же погас, уступив место серьезности.

Лия уже отбросила смущение, слова, надрывные, но с облегченным вздохом, — заблудилась, у нас ферма неподалеку, — небольшое смущение, но его было не остановить, — там где была ферма Эпплджеков раньше… Когда-то была, давно, но я все помню, я люблю историю, я не знаю, как так получилось, я знаю эти места, но…

Лия замолчала. Не запнулась на полпути, а замолчала, глядя на Твайлайт.

— Поняяятно, — протянула Твайлайт, — и тут я сваливаюсь вдруг с неба. Ну что, это обязанности принцесс! Хотя вывести отсюда я тебя сейчас не могу. — Твайлайт развела копытцами, — магические силы на нуле. Помню я эту ферму, — печально добавила она, — хотя уже не одна тысяча лет прошла. И коронацию. Теперь я ее терпеть не могу — дешевая оперетка какая — то. Все пели, плясали, на ушах не стояли разве что. Я была бы более счастлива, если это была стоятельная на ушах коронация.

Теперь лукавый огонек вспыхнул во взгляде Лии. Робкий, но очень яркий в то же время.

— Так, согласно моим знаниям географии, нам в ту сторону, — Твайлайт решительно махнула копытцем, — а там, глядишь, и моя магия восстановится.

Лия кивнула и две кобылки поскакали по полю, казавшемуся золотым в лучах заходящего солнца, кузнечики не заставили себя долго ждать, послушно разлетались в разные стороны, создавая протяжный гул насекомых — пылинок, антураж, который не обязателен, но очень важен, когда происходит нечто необычное.

Легко скакавшая чуть впереди Лия так же легко и непринужденно выпалила, — а это правда, что вы, — потом замолчала, покраснела, остановилась, — ой я имела ввиду..., — стояла опустив глаза, но Твайлайт видела очень даже хорошо.

Где-то вдалеке на небесах родилось завихрение, воронка, из которой ударил луч света, заскользил по земле, как будто в поисках чего-то, затем расширился и нелепо развернувшись, превратился в немного странноватое здание.

Твайлайт помолчала, глядя на Лию, взяла ее копытцем за подбородок и ответила, — я не знаю, о чем ты, но, мне кажется что да.

Через полчаса кобылки доскакали до непонятно откуда взявшегося в лесной глуши отеля. Предположение об отеле возникло у одной, предположение о заброшенном доме с приведениями у другой. Но обоим понравилось. На массивной двери не было ручки, из украшений — лишь две переплетающиеся алебастровые змейки.

— Давайте проверим, что там, — сказала Лия и толкнула дверь. Дверь поддалась легко, без скрипа, и две кобылки проскользнули внутрь.

Солнце

+51
в блоге Пони-писатели

СпойлерЛюциус третий был пони из знатного рода, он постоянно напоминал мне об этом — за обедом, ужином, за уборкой мусора. Со временем я привык к его генеалогическому древу (он упорно протестовал против гинекологического) и запомнил все хитросплетения его прабабок, каждый листочек и блудные ветки, буйно прорастающие в неопределенном направлении, выискивая зацепки на щедро унавоженной почве реальности. К сожалению, он сам выбирал их, — в до одури заезженных грязных переулочках, нависающем над пропастью Кантерлоте — я до сих пор помню мельчайшую трещинку парапета «Северной» башни когда мы добрались до нее, зато потом можно было сидеть и плеваться на проплывающих внизу созданий, — кракенов, разрывающихся от переполнявшего их электричества скатов, бабочек однодневок, похожих на болотные огоньки, но таковыми не являющимися.

Пока нас не пригласила в тронный зал Селестия на серьезный разговор. Серьезным там было все — тревожно нависающие с потолка балки из пирамидального кедра, мозаичные окна, распадающиеся на свои отражения, те самые пылинки в редких лучах белого света, робко дрожащие, пытающиеся сбежать в направлении буйства красок, — все, кроме нее. Я привычно оценил действующую королевскую особу — как долго ей царствовать, кто будет наследником, я лениво вкушал это царство плоти, с неизбежным финалом — «даже боги»…

Она управляла солнцем, но не знала его сути. Она просила, вместе с покинувшей зал толпой, (просьбы могут быть разные, навязчивые, ненавязчивые, каждая своя, как все они) — симпатичными и в меру глупыми служанками, надменными старцами, юношами, вздорными и умными красавицами, итд итп, — каждый из них мог запечатлиться в этой торжественности, — принять участие в межпланетной экспедиции. Мы с Люциусом согласились.

Корабль был нарисован не очень. Это свойство подобных изображений — они должны быть такими, какими они должны быть. Сначала маршируют многотысячные армии, боятся, разбегаются, бьются насмерть. Потом космический корабль. Я знал, что с ним приключится.

137, 45, 12.

Обшивка оставляет желать лучшего. Если постучать кулаком, с нее пыль банально отрывается, мы видим неопознанные летающие объекты.

138, 45, 12.

Дождался. Метеор располовинил корабль на две части, я в скафандре падаю на солнце. Я всегда не любил это слово. Оно подразумевает многое. Но не сейчас. Когда ты в космосе, когда в зените не непонятное множество частиц, а только ты и приближающаяся, сверкающая миллиардами лет неотвратимость, это слово приобретает истинный смысл.

Про погоду


СпойлерПрости меня за все что было,
За осень летнюю прости.
За облака, что не застыли —
За эту слякоть и дожди.

Стрелялся что, как Маяковский
Я на крыльце твоем подчас —
Ты не сказала философски,
Что думала тогда не раз.

Спасибо, что дожди и солнце
В рассветной радуге сплелись,
И за открытые оконца,
По госту из которых ввысь.

Ты научила, я стараюсь.
Про марианщину молчок.
Но втайне все-таки пытаюсь
Лизать ваш тонкий каблучок.

Про Ленина и Солнце


СпойлерКогда людская копоть — то прах на ветру, то вместе,
Тоскливой струной время играет унылую песню.
Но если любимые рядом, живые все понемножку,
Можно в ванильном костюмчике на даче копать картошку.

И небо будет пространным, смыкая пространство и время,
Тот океан, тот самый, где пена — молекул племя.
Чертогами утра ласкает, росчерком ДНК,
Стаю птиц направляет эфира стальная рука.

Здесь под небесной гладью сто тысяч и двадцать лье,
Скаты морские порхают, о них не мечтал Жюль Верн.

Еще есть особенность солнца, если чисты глаза,
С прищуром Ленинским можно, смотреть на него, за.

За вдохновение спасибо одной древней игростроительной конторе

Афродите


Я честно десять минут пытался найти автора картинки, но не вышло. Если это табунчанин, приношу извинения.

СпойлерЗастыли черным абрисом сады
Притихшие в преддврье лета,
И ты ответишь скромно-да…
Хоть я и не просил ответа.

От тяжести земной опять спасен,
А солнце трепетно колеблется в груди,
И на Олимп я снова вознесен,
Хоть и не знаю я, что там впереди.

Покоишься в садах из янтаря,
Пронзенна пчел жужжаньем и истомой,
Повозка остановится не зря —
И в золото окрасятся ладони.

И будет вечен тот костер,
И не погаснет, как бы не пытались.
Пока людская плоть гореть не перестанет,
По прежнему все тот-же разговор.

Стих Твае

СпойлерДрожит усталой яростью толпа
И негой истекает от истомы.
В бетонные вонзаясь берега,
И розой расцветает на ладони.

Милее для меня других миров цветы,
Магическая, сумрачная — Ты.

Поняша, что затмила красотой,
Все, что только можно было в мире этом, —
Сплетенные в созвездия куплеты
Астральной, эфимерною мечтой.

Но… Эфимерность эфимерностью, а ты красива.
И сексуальная еще.
Твоя растрепанная грива…
Твое, твое, твое, твое.

Копытца стройные, о коих я не раз
Слагал свой незатейливый рассказ.
Глаза неугомонные, пленившие меня —
Настойчивые, словно торфяной пожар,
Сожгут, не надо им огня,
Хоть под луной а хоть при свете дня.

Ну и все прочие поняшьи части тела.
Моя любовь к ним очень прикипела.

Сон о Флаттершай

СпойлерЯнтарной палитрою лета согрет
Твой домик, закутанный в розовый свет.
Неслышно петуньи цветут под окном,
Вот в общем и все, здесь закончился сон.

А дальше Твайлайт со мной рядом идет,
Загадка вселенной — и пламя, и лед.
Сияет рассвет, холодеет закат
С копытцами стройными в такт.

Безжалостный ветер напрасно поет
О времени на века вперед,
Я знаю, ты время и ты закон —
Пока не закончишь тот сон.

Теги:

  • В избранное
  • 5

Сонет Твае

СпойлерЧитал тебя по книгам, что прочла,
Твое движенье каждое — вселенная, начало.
И сердце биться все еще не перестало,
И с запада — восток, и розовеет мгла.

Твай, сумрачная искорка одна
Имен твоих в истории осталось…
Гай Юлий Цезарь позавидует немало,
Захочет знать, как называлась ты сама.

Да что тебе все эти имена.
Принцесса. Ты затмила красотой
Весь этот мир придуманный тобой.

Мечты звучанье, сотканной из сна,
Ты можешь вырезать на плоти полотна.
А я… А я лишь буду восхищаться.